Независимый бостонский альманах

РОССИЯ В УСЛОВИЯХ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ

04-10-1997

Этот материал "круглого стола", проводившегося Экспертным советом при Комитете Совета Федерации по международным делам совместно с редакцией журнала "Вопросы философии". С наиболее интересными результатами этого круглого стола мы познакомим читателей в этом и последующих номерах "ЛЕБЕДЯ".

На мой взгляд, русский вопрос обсуждается недостаточно. Мне кажется, что вредно (и абсурдно) противопоставлять русский путь тем общим тенденциям, которые существуют в мире. Но в то же время я абсолютно убежден в том, что игнорирование особенностей нашей цивилизации может привести к чрезвычайно опасным последствиям. Отличие цивилизации восточных славян от цивилизации европейского полуострова проявилось еще в конце первого тысячелетия. И в некотором смысле неприятие Западом Византии распространилось и на славянские народы, принявшие христианство по византийскому образцу. Это глубокое отличие цивилизаций прошло сквозь всю историю, и на этот счет можно говорить очень долго, и вряд ли нужно сегодня вспоминать многие исторические факты. Первым об этом сказал Данилевский в 1861 году. Более того, он сказал о том, что цивилизация России - это особая, самостоятельная цивилизация. Позднее ситуацию очень хорошо описал В.Соловьев, когда он говорил об отличии понятий "совесть" в славянской интерпретации и "честь" в западногерманской. А Тойнби указывал, - и это было одним из его фундаментальных утверждений, - что религия формирует культуру и нацию, отсюда и происходит различие католическо-протестантского Запада и православного Востока Европы.
В действительности, мне кажется, дело обстоит иначе; нация, ее цивилизация сама выбирает ту или иную религию и затем адаптирует ее к своему миропониманию. Вот почему выбор православия был совершенно не случаен и определялся не только близостью и влиянием Византии. Кстати говоря, и православие-то русское было гораздо ближе к изначальному христианству, чем к православию византийскому. Это различие цивилизаций и породило неприязнь к латинянам, которая прошла сквозь всю нашу историю. Заметим, что она была абсолютно взаимной. Вспомните, что по этому поводу говорилось на Западе, с каким восторгом воспринималось уничтожение империей Карла Великого славян и других народов, - "внутренних варваров", хотя многие из них к тому времени были крещеными и были крещены раньше, чем Киевская Русь (причем не только Византией, но и Римом). Так что мы имеем дело действительно с разными цивилизациями. По границам России проходит определенный цивилизационный разлом, который сохранялся постоянно, и игнорировать этот факт нельзя и опасно. Заметим, что стремление русских императоров "войти в Европу" всякий раз оканчивалось для нас катастрофой. Самый яркий, классический по существу пример, это созданный Александром Первым Священный Союз, который окончился тем, что русские войска использовались в качестве жандармской силы для подавления революционных движений в Европе, ну а потом в "благодарность" последовал разгром под Севастополем, потеря Аляски, Карской области и все остальное.
Собственно, такая же вещь случилась и после Великой Отечественной войны. Во всяком случае, Россия в третий раз поставила заслон созданию на территории европейско-азиатского континента единой империи и снова защитила своей кровью Европу. Мне в 50-е и 60-е годы пришлось довольно много ездить по заграницам, и я часто сталкивался с откровенной неприязнью, неприятием, признанием "сквозь зубы" тех жертв, которые мы принесли ради Запада, и той роли, которую мы сыграли. Для меня это всегда было больным чувством, которое сохранилось до сих пор, поскольку я сам прошел войну и видел все своими глазами.
И еще одно маленькое замечание. Когда на Куликовом поле сошлись орды Мамая и русское ополчение, то из Червонной Украины князь Боброк привел рать. Тогда все части Руси назывались Украинами, Московии еще не было, это была Залесская Украина, Киев назывался Днепровской Украиной, а Галиция называлась Червонной Украиной. Она еще в XIII в. приняла унию с Римом, и папа римский присвоил князю Даниилу Галицко-Волынскому титул "Rex Russian minoris" (Король Малой России). Отсюда и пошло слово Малороссия, которое постепенно распространилось и на Днепровскую Украину. Мне во время войны пришлось оказаться в Червонной Украине, и в глаза бросилось то, сколь отличным от традиционного православия сделался менталитет и вся система ощущений, восприятий в католической Украине. Тогда мы уже научились хорошо воевать, и за это время мой авиационный полк почти ничего не потерял во время боев в воздухе, но сколько мы потеряли на земле! И виной тому не только дивизия СС "Галитчина" Стреляли отовсюду. Этот месяц до вступления в Польшу для нашего полка был самым кровавым месяцем войны, в которой я участвовал. Линия раздела действительно проходила где-то здесь...
Я хочу подчеркнуть, что русские императоры все время стремились войти в Европу не в качестве партнера, а в качестве сочлена этого европейского семейства (благо они все родом были не русские, а немцы!), войти в этот дом, под эту общую крышу. А русский люд тем временем шел на Восток в поисках земли, в поисках воли и дошел до Тихого океана. И вот возникло совершенно уникальное явление, возникла цивилизация океанов, общепланетную ценность которой нельзя переоценивать. Она и есть залог нашей стабильности. Причем ведь не с огнем и мечом мы туда шли. Да, мы "воевали с татарами", но воевали не с народом, а с династией чингисидов. Ведь мало кто помнит о том, что во время взятия Казани в русской армии всеми полками командовали татарские князья - не чингисиды, а коренные волжане! Поэтому наш выход к Тихому океану определялся прежде всего тем, что у русских, в отличие от жителей европейского полуострова, не было чувства превосходства по отношению к тюркам и другим нациям. Русские умели по-доброму сосуществовать с другими народами. Вот почему в казачьих отрядах, которые выходили к Охотску, были не только православные - русские, украинцы, белорусы, но и якуты, татары, монголы. И такая "уживчивость" в сегодняшних условиях создает нам огромный потенциал "выживаемости", на который мы должны опереться. Особенно важно естественное тысячелетнее сожительство с тюркскими народами. А если к этому добавить, что тюркские народы сейчас будут испытывать страшное давление с Востока, то становится понятным, какой смысл сегодня надо вкладывать в евразийство.
При решении геополитических проблем надо быть прагматиком. Я считаю, что русский вопрос и вопрос евразийства надо сегодня изучать с позиций самого ближайшего будущего как направления, позволяющие максимально использовать те потенциальные цивилизационные возможности, которые есть у нашей страны и народа, для того, чтобы Россия могла снова превратиться в сильное государство, чтобы народ снова вернул себе самоуважение, чтобы, если угодно, он почувствовал собственные мускулы.
Вот существует реально север Евразии, территория с тяжелым климатом и слабо развитой инфраструктурой, однако связывающая два океана, два центра экономической власти, которые после разрушения двух центров военной власти, может быть, являются наиболее важным фактором современной геополитической обстановки в мире. Через нас идут самые короткие пути. И этим надо воспользоваться так же, как после завоевания исламом Средиземного моря, когда самый короткий путь из Европы на Ближний Восток шел через Новгород и Киев, и этим обстоятельством воспользовались наши предки, объединив славен Новгорода и полян Киева, создав действительно сильное средневековое государство. Мы не имеем права сегодня упускать подобного шанса. Но это аспект экономический. Есть еще один аспект - военный.
Когда я говорю о евразийстве, я имею в виду тот Восток, который мы называем "Дальний Восток". Для нас Казахстан - "восток Назарбаева" - это Юг. Тот факт, что мы тысячу лет живем в мире с этим Югом, не считая турецких войн, которые были уже в Европе, дает нам огромный шанс сыграть роль своеобразного стабилизирующего обруча. Россия действительно "северный обруч планеты'' !
Заметьте, что сегодня, когда стала ясна бесперспективность и недопустимость крупномасштабной ядерной войны, далеко не все "ядерные" вопросы сняты. Нельзя забывать существования тактического ядерного оружия. Что такое тактическое оружие? Позвольте здесь говорить на более профессиональном языке. Это снаряды гаубицы калибра от 132 до 203 миллиметров, начиненные ядерной взрывчаткой. Такой снаряд можно провезти в моих "Жигулях" через границу. Ну, а его разрушительная мощь от 1 до 15 килотонн , то есть в пределах той мощности, которой обладала бомба, взорвавшаяся над Хиросимой. Вот что такое современный снаряд ядерной артиллерии. Точно так же нельзя забывать и о ракетах ближнего действия.
Существует множество группировок в исламских странах, которые желали бы получить такое оружие! И только стабилизирующий фактор России с надежными границами, плюс к этому с огромным потенциалом воздействия - мирного доброжелательного воздействия на мусульманские народы - может позволить избежать появления подобного оружия у фундаменталистских сил.
Поэтому вопрос о евразийской идее требует специального рассмотрения, возрождения этой идеи в новом качестве с ясным пониманием тех стабилизирующих возможностей, которые в ней содержатся. И, конечно, в евразийском проекте огромная роль должна быть уделена глубокому взаимному проникновению русской и исламской культур. Заметим, что нам легче находить общий язык с традиционным исламом, чем с "латинским" христианством!
Я хотел бы подчеркнуть, что реализацией евразийского проекта будет достигнута и внутренняя стабилизация хотя бы потому, что он исключает всякие серьезные поползновения к расизму, фашизму и исключительному положению русского народа.
В.Л. ПОДОПРИГОРА: (Председатель Комитета Совета Федерации по международным делам).
У меня возник чисто практический вопрос. Я вспомнил листовку- воззвание Наполеона, с которой он обратился к своим солдатам, когда объявил поход на Россию. Он написал примерно следующее: Россия гордо и независимо присутствует в Европе уже 50 лет, пора положить этому конец... Так вот, насколько нам нужно измениться, и возможно ли это изменение в России, чтобы мы действительно вошли в европейский дом как полноценные члены семьи?
Н.Н.МОИСЕЕВ:
Мне кажется, что разговоры о вхождении под крышу европейского дома - очередная вредная утопия. Надо понять, как, опираясь на ту самоценность, которую представляет наша цивилизация, сделаться эффективными партнерами с западными странами, не имея своей идентичности. Этим, кстати говоря, занимается довольно много людей - представителей научно-технической и инженерной интеллигенции. Мы об этом думаем, много дискутируем. Главная задача - добиться, чтобы наша деятельность была выгодна нашим партнерам, а не только нам самим. Это и даст ту безопасность нашей стране, которую никакие генералы, никакие политики дать в принципе не могут.
Здесь также нужно заметить, что российскую цивилизацию иногда называют "идеократической". Действительно, идея играет огромную роль в нашей судьбе. Кстати, это очень неплохо понял Ленин, когда Кржижановский и некоторые другие русские инженеры выдвинули в 1920 году идею ГОЭЛРО. Вспомним, что тогда еще Врангель был на Украине, а японцы на Дальнем Востоке. Ленин нашел необходимое количество хлебных пайков - доклад был подготовлен, а через год он объявил план ГОЭЛРО второй программой партии.
Я происхожу из потомственной инженерной русской семьи. Я помню, как мой дед приехал из Каширы, где тогда строилась одна из первых электростанций, и говорил отцу буквально следующее: а ты знаешь, Николай, большевики не такие уж прохиндеи, они все-таки, наверное, восстановят Россию. Русское инженерство начало работать, отнюдь не будучи настроенным пробольшевистски, потому что появилась идея - идея восстановления России. Они почувствовали, что началось настоящее дело. Надо думать о том, чтобы и у нас началось дело, началась работа на будущее. Такие уж мы русские - нас не воодушевит американская идея "дома с газончиком". Нам подавай ИДЕЮ.
Я уверен в том, что сегодня в течение года лучшими мозгами нашей страны, а не "мальчиками из Гарварда" может быть сделан новый "план ГОЭЛРО". Конечно, уже не как план директивный, а как направление деятельности, которое позволяло бы использовать те богатства цивилизации, которые имеют обе стороны нашего евразийского моста. И цивилизации Тихоокеанского региона, и региона Атлантического. Нам есть чему поучиться не только на Западе.
Посмотрите, например, что умеют делать японцы. Какой скачок в постиндустриальное общество они сделали за послевоенные годы. И это совершенно другая культура, абсолютно не похожая на европейскую. Для того, чтобы это понять, нужно, во-первых, прочитать Гончарова "Фрегат "Паллада", вспомнив о том, что он писал на этот счет, и сравнить с другой удивительно интересной книжкой - "Пятнадцатый камень сада Рендзи!" написанной Цветовым. Прошло 100 с лишним лет между этими книжниками, а образ японца, его духовный мир - один и тот же, он не изменился. Однако японцы сумели адаптировать свою цивилизацию к техническим возможностям XX в., к общемировым тенденциям. Вот об этом я и говорю. Надо суметь адаптировать нашу цивилизацию к современным условиям, а не "ложиться под чужую цивилизацию", что будет противоестественно, с чем справиться мы все равно не сможем. В этом и состоит трагизм русского вопроса, если его решать методами "русских императоров".
Вопрос из зала: В свете концептуальных построений, которые Вы изложили, не могли бы Вы прокомментировать или высказать свое отношение к той линии государственного, политического и национального строительства, которую сейчас проявляет Татарстан в составе России.
Н.Н.МОИСЕЕВ: Мне кажется, что там сейчас есть некоторая временная стабилизация, которая, тем не менее, как мне кажется, не является достаточно долговременной. Во время бесед в Татарстане я укрепился в той убежденности, что нужно развивать, совершенствовать "русско-татарскую совместимость", вдумываться и оценивать перспективы - причем это должно быть некое коллективное творчество как татар, так и русских, - в развитии концепции евразийства. В некоторых слоях сильны пантюркистские идеи. Но эти идеи порочны в своем общепланетарном контексте. Время национальных, этнических государств прошло. Будущее - цивилизационные консенсусы и компромиссы. Вы легко можете увидеть, что, несмотря на то, что мусульманство и православие, казалось бы, очень разные религии, на самом деле это в общем все- таки религии "Запада". Настоящий Восток начинается за Индом. Там, где исчезает единый Бог.
Тот мир действительно уже совершенно другой. Говоря о цивилизациях, мы видим очень широкий спектр. Цивилизации очень по-разному решают одни и те же вопросы. Очень важно видеть эти различия. Понимать, что это выражение тысячелетних судеб народов, уметь уважать сложившиеся представления и т.д. Если во все это вдуматься, то мы увидим, что два тысячелетия жизни с татарами и их предками сформировали у нас близкие менталитеты. И поэтому наш синтез с исламским миром при достаточно глубоком взаимном уважении и понимании реален. Но если мы его не достигнем, то нам грозит беда, в этом я убежден.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?