Независимый бостонский альманах

БЕЗ КОММЕНТАРИЕВ

26-04-1997

Еженедельник "КоммерсантЪ"  &nbspВторник, 22 Апреля 1997 г.

Продажная доля

 

В двух московских акционерных обществах происходит передел собственности. Это ординарное событие, достаточно стандартное по коммерческой схеме, разворачивается в жанре громкого политического скандала. По одной простой причине: упомянутая собственность -- газеты.

Главный редактор "Комсомольской правды" Валерий Симонов:

-- На самом деле происходит очередная операция, весьма далекая от коммерческих каких-то интересов, а весьма близкая к политике. Это грустновато.

Заместитель главного редактора "Известий" Сергей Агафонов:

-- Мы имеем дело с властью, которая пытается сделать прессу подконтрольной.

По мнению Симонова и главного редактора "Известий" Игоря Голембиовского, политическую подоплеку наезда на издания подтвердил традиционный обед для избранных журналистов и главных редакторов 14 апреля у Чубайса.

Симонов так вспоминает о своем наиболее ярком впечатлении от обеда:

-- Анатолий Борисович мне как бы орден напоследок выдал, и в короткой характеристике "Комсомольской правды" трижды употребил слово 'омерзительно'. Омерзительная газета, омерзительная статья.

По словам Голембиовского, за обедом Чубайс дал понять, что правительство имеет возможность и будет влиять на СМИ через владеющие ими компании.

Для справки: традиционные беседы "за обедом у Чубайса" ведутся, что называется, off the records (не для записи). До сих пор это джентльменское соглашение соблюдалось неукоснительно.

В 1992 году почти одновременно оба издания акционировались. "Известия" стали обществом открытого типа: 51% акций остался у коллектива, 49% отошли

Госкомимуществу. Которое в соответствии с законом о приватизации продало их на чековом аукционе и на инвестиционном конкурсе. В тот момент крупнейшими совладельцами газеты оказались "Тройка-Диалог" и Межпромбанк. Совладельцами, но не инвесторами. Между тем в инвестициях "Известия" очень даже нуждались. И потому совсем не расстроились, когда на вторичном рынке 41% акций приобрел заинтересованный в инвестициях ЛУКОЙЛ.

Игорь Голембиовский признает:

-- Мы сами пошли на сотрудничество с ЛУКОЙЛом -- сочли, что это менее опасный для нас компаньон. В пользу нового компаньона говорили его стабильное финансовое положение, приличная репутация, умение работать на рынке, а также надежда, что компания будет и дальше качать нефть и не полезет в редакционные дела. Так оно и было. Еще с осени 1996 года вместе со специалистами ЛУКОЙЛа менеджеры "Известий" начали отрабатывать варианты инвестиционных программ: развитие региональных отделений, создание издательского дома, развитие инфраструктуры связи. В общем, все вместе готовились к плановому собранию акционеров, которое 22 апреля должно было утвердить совет директоров (4 места из 7 -- за ЛУКОЙЛом). С чего, собственно, и планировалось начать новую жизнь "Известий".

Но 1 апреля случилось событие, никакими бизнес-планами не предусмотренное. Газета перепечатала заметку из Le Mond, зачислившей российского премьера в миллиардеры. Премьер обиделся. Начался скандал.

Александр Василенко, начальник управления ЛУКОЙЛа по связям с общественностью:

-- Это было на пресс-конференции президентов нефтяных компаний ЛУКОЙЛа, посвященной открытию выставки "Нефтегаз-97". Она шла 55 минут, из них 3 минуты говорили об "Известиях". Был такой вопрос: как вы оценили ту заметку? Алекперов сказал дословно (если я вспомню): "Меня расстроила публикация. Получается какая-то несолидная вроде бы как газета. И, естественно, я должен подумать: может быть, вообще этот пакет продать". Вот и все.

В последовавшей за этим передовой статье газета объяснила реакцию Алекперова угрозой срыва контракта на участие ЛУКОЙЛа в разработке прибыльного Карачаганского нефтяного месторождения (Казахстан). Участие компании в проекте зависело, по мнению "Известий", от подписи премьера. А ради этой подписи ЛУКОЙЛ якобы готов ввести цензуру.

Обличительные первополосные статьи стали появляться ежедневно. Возможности отвечать на них ЛУКОЙЛ не имел. Он просто ждал акционерного собрания, чтобы утвердить новый состав совета директоров, в котором у него, напомним, большинство. И акционер он самый крупный.

На сегодняшний день известинские акции распределяются следующим образом: 22% -- у физических лиц, в том числе и сотрудников газеты, чуть более 20% -- у дочерних предприятий "Известий", 41% -- у ЛУКОЙЛа, 7% -- у инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" и около 10% распылены между несколькими юридическими лицами.

Каковы же перспективы "Известий"? Заместитель главного редактора "Известий" Сергей Агафонов:

-- В тех условиях, которые существуют сегодня в стране, цивилизованные отношения с большими деньгами при сохранении политического курса и позиции газеты невозможны. Эти тенденции являются извращением демократических идеалов и даже рыночных отношений, которые не основаны на превращении всех и вся в нечто измеряющееся только деньгами.

Помните, как оценил Голембиовский сотрудничество с ЛУКОЙЛом? "Наименее опасный для нас партнер". Не наиболее выгодный, а наименее опасный.
Газета "КоммерсантЪ-DAILY" Вторник, 22 Апреля 1997 г.

Суд над бывшим дружком Бориса Немцова

(Сам Немцов проходил свидетелем)

В Нижнем Новгороде завершился суд над предпринимателем Андреем Климентьевым и бывшим директором навашинского судостроительного завода "Ока" Александром Кисляковым. Их признали виновными в присвоении $2 млн 462 тыс. из бюджетных средств. Но бывший друг первого вице-премьера Бориса Немцова Климентьев виновным себя не считает. Он уверен, что за его делом стоит бывший губернатор Нижегородской области. Свидетель Немцов, давая показания, это отрицал.

Климентьев уже сидел -- за распространение порнографии Впервые об Андрее Климентьеве в Нижнем Новгороде узнали в 1982 году, когда его и двух его младших братьев осудили за изготовление и распространение порнографической продукции -- они устраивали просмотры видеофильмов. Младшие Климентьевы получили по 2,5 года. Андрея уличили еще и в "попытке мошенничества в особо крупных размерах", потому что нашли какие-то приспособления, которые суд признал "оборудованием для шулерства". Его приговорили к 8 годам лагерей.

Отбыв срок, Климентьев стал предпринимателем. Собирался переехать в Норвегию, но раздумал. С бывшим губернатором нижегородской области Борисом Немцовым познакомился, играя в теннис (губернатор выиграл). В дальнейшем Климентьев уверенно занял вторую позицию в областном рейтинге "самых популярных людей Нижнего Новгорода". На первой был Немцов.

"Такого громкого процесса в Нижнем Новгороде не было давно, -- рассказывает адвокат Климентьева Сергей Беляк, -- Зал каждый день был набит битком. На каждом заседании работало по пять телекамер".

Климентьева происходящее явно забавляло. Сначала он предложил суду просто переписать решение норвежского суда о снятии ареста со счетов Aroko и Russian Shiping (компании Климентьева) и считать его оправдательным приговором. Судья Владимир Содомовский мрачно заметил: "Если я так сделаю, то Верховный суд сойдет с ума".

Прокурор Шевелев усмотрел в климентьевской прибыли хищение. Климентьев взорвался и назвал прокурора старым коммунистом. После очередной обидной реплики Шевелев не выдержал: "Я коммунистом никогда не был!" Климентьев живо нашелся: "Все равно - скотина" . Судья Содомовский успокоил обидчивого прокурора: "Вы вот первый раз в процессе. Здесь и не такое бывает, иной раз такой мат стоит".

Но больше всего зал оживился, когда давал показания Борис Немцов. Его вызвали свидетелем. На допросе настоял Климентьев, объяснявший, что за уголовным делом стоит Немцов, который старался не допустить его к участию в выборах в Госдуму.

Борис Немцов выступил в суде спустя несколько часов после своего назначения первым вице-премьером правительства России. Он рассказал, как к нему за кредитом пришли Климентьев, Кисляков и Шаталов. Потом заявил, что никто в администрации области не имел отношения к тратам бюджетного кредита и не давал распоряжений НБД-банку об открытии депозита и валютного счета. Выходило, что Немцов ничего не знал и о строительстве судов. Однако, по словам адвоката Беляка, документы о перечислении денег в Норвегию он подписывал вместе с Кисляковым.

Выслушав первого вице-премьера, Беляк стал задавать ему вопросы (всего он намеревался задать 42 вопроса). Немцов искал у судьи защиты от адвоката. Содомовский советовал "не распаляться" и отвечать кратко. Все вопросы адвокат так и не задал, и тогда компромат на Немцова выдал сам Климентьев. Он поведал суду, как губернатор просил его заплатить американскому Bank of New York долг в $2 млн за банк "Нижегородец". При этом Немцов хотел получить $400 тыс. от перевода. У Климентьева не нашлось тогда свободных денег, и за "Нижегородец" расплатился Инкомбанк. По утверждению Климентьева, Немцов также рассчитывал получить $800 тыс. за помощь заводу "Ока" в получении кредита.

Немцов обиделся, заявил, что это неправда, и попросил суд "унять, наконец, человека в клетке". Климентьев огрызался и продолжал рассказывать. О том, как вместе с Немцовым, министром финансов Борисом Федоровым и его заместителем Андреем Вавиловым отдыхал на даче у Егора Гайдара, где и обсуждался вопрос о выделении кредита.

Немцов факта встречи на даче не отрицал. Но говорил, что "это не то", что "человек в клетке опять лжет". В ответ Климентьев набрасывался на Немцова с руганью. Судья возмущался:"Не оскорбляйте свидетеля!" "Какой он свидетель! -- горячился Климентьев, -- Я ему сам запонки и галстуки покупал, Бревнов ему свою золотую карточку VISA давал, когда в Англию ездили".

После допроса Немцова судья Содомовский объявил перерыв в заседаниях. При этом он сделал заявление для прессы и для прокурора, сказав, что на суд давят. Кто и как -- не сообщил. Потом были прения, последнее слово и приговор. Климентьев и Кисляков были признаны виновными в присвоении $2 млн 462 тыс. (ст. 160.3 УК России). Кисляков получил минимальное наказание -- пять лет условно с испытательным сроком в один год. Климентьеву дали срок меньше минимального, предусмотренного этой статьей -- полтора года и четыре дня тюремного заключения. Он был освобожден в зале суда, так как этот срок отсидел в СИЗО. После окончания процесса он дал краткое интервью корреспонденту "Коммерсанта-Daily".

-- Как вы оцениваете приговор?

-- Судья Содомовский спас прокурора Шевелева. Судите сами, из 11 эпизодов дела суд принял только один. Приговор обжалуем. Месяца через три все закончится в нашу пользу.

-- Будете ли участвовать в выборах губернатора?

-- Решим позже. Если я из тюрьмы чуть не стал депутатом городской думы, то уж на свободе...

-- Будет ли вынут из тайников компромат на Немцова?

-- А разве того, что уже известно, мало?

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?