Независимый бостонский альманах

БЕЗ КОММЕНТАРИЕВ

04-05-1997

CЛУХИ

Интриги вокруг газеты "Известия" после перепечатки ею заметки из Монд о 5 миллиардах Черномырдина продолжаются. По сведениям, просочившимся в прессу, на место главного редактора "Известий" Голембиовского прочат спецкора этой газеты в Вашингтоне Владимира Надеина. Тот факт, что на днях спецкором "Известий" в Вашингтоне назначена молодая особа Юлия Латынина (мы недавно о ней не писали в связи с экономическим анализом в России - поздравляем ее с успехом) косвенно подтверждает какие-то намечающиеся перестановки в недрах газеты.
КОРЖАКОВ НЕ ЛЮБИТ ПРЕЗИДЕНТА, потому как сам хотел стать им
Коржаков дает интервью журналу "Коммерсантъ"
-- Ситуация с коробкой из-под ксерокса завершила некую логическую цепочку?
-- Да, думаю, она стала последней каплей. Не секрет, что когда организовалась служба, я многое увидел по-новому. Стала поступать информация -- и из отдела "П" (отдел СБП по борьбе с коррупцией в правительстве), и из отдела по регионам. Она докладывалась президенту. Он не хотел этого слышать. Президент должен работать с информацией. Он этого не делал.
-- Федеральная службы безопасности президента была создана 11 ноября 1993 года. Вскоре после октябрьских событий. Это случайно?
-- Нет. Президент решил, что необходимо свое мини-КГБ, которому он мог бы доверять.
-- Это решил президент, или вы, или вы вдвоем с президентом? Сейчас произошло фактическое уничтожение службы. Остались лишь функции физической охраны. То есть задачи службы безопасности президента сведены к тому минимуму, который был во времена событий, предшествовавших Форосу.
-- Вы считаете, что охрана президента ненадежна?
-- Я считаю, что сейчас президент от Фороса не гарантирован. Мы делали так, чтобы этого не допустить.
-- Вы знаете, каково настроение тех ваших подчиненных, которые остались в Кремле?
-- Настроение кладбищенское. Люди дорабатывают до пенсии. Мне стало известно, что один из руководящих чинов в правительстве позвонил начальнику ФСО Крапивину и посоветовал сдержать увольнения и постараться пристроить людей и дать им работу, потому что это обойдется дешевле, чем если эти люди уйдут к Коржакову. -- Одной из задач СБП, как это декларировалось, было максимально полное информирование президента.
-- Считаете ли вы, что президент сегодня получает полную информацию?
-- Нет, президент не имеет полной информации. Думаю, что и не стремится к этому. Приятного узнает мало.
-- А из чего вы делаете вывод, что президент не обладает информацией?
-- При мне президент каждый день получал доклад от руководителей спецслужб из первых рук: и от нас, и от ФСБ. Так, кстати, было не только при Барсукове, но и при Степашине, и раньше -- при Иваненко, Баранникове, Голушко. А сейчас директор ФСБ Ковалев даже боится спросить, как уволить Барсукова. Ведь и он до сих пор не уволен. И мой рапорт никак не могут до Ельцина донести. Боятся напомнить обо мне. В результате формально я так и не уволен. К тому же глава администрации фильтрует информацию.
-- Вы сказали, что президент и раньше не всегда реагировал на ту информацию, которую получал. Можете привести конкретный пример?
-- Например, по НФС. 2 апреля 1996 года Барсуков принес мне бумагу. Президент не очень хорошо себя чувствовал, и поэтому Барсуков пошел не напрямую, а через меня. Это был сводный трехстраничный документ: сколько денег поступало, тратилось, сколько валюты, акцизных марок. В общем, полный расклад. Подсчитанный в документе ущерб государству от НФС составил $1,6 млрд за два года деятельности Федорова. Работало над документом экономическое управление ФСБ. В документе предлагалось, чтобы контрольное управление при президенте провело ревизию. Президент собственноручно написал: "Поже". Именно так. Поставил число и подпись.
-- Но если все обстояло так, то какой же смысл был во всей этой вашей работе -- в оперативной, в аналитической, в оперативно-технической. Собственно, в той, ради которой, как я понимаю, и расширялись полномочия первоначальной охранной структуры? Если президент не хотел ничего знать, то ваша работа была ни к чему. Почему вы оставались?
-- Нас связывали мужские отношения, и я поклялся быть с президентом до конца. Я не считал себя вправе уйти. Слишком много соли мы съели вместе. У меня выслуга 38 лет. Для 85-процентной пенсии достаточно 32, так что я уже проработал лишних 6 лет.
-- Совсем недавно уволили пятерых ваших бывших подчиненных...
-- В этой ситуации меня волновало не столько увольнение ребят, сколько метаморфоза, которая произошла с президентом. Когда Коржакова уволили из КГБ на второй день после того, как он поздравил тогда министра Ельцина с днем рождения, Борис Николаевич страшно возмущался, переживал за меня. Поливал Горбачева, Крючкова, Плеханова. И этот же человек увольняет людей за то, что они поздравили Коржакова с победой на выборах в Туле.
-- Как это было?
-- Мне позвонил мой референт Козлов и сказал, что ребята хотят поздравить меня с победой. И пять человек -- каждый из них сказал по телефону свою фамилию -- по очереди меня поздравили. Все пятеро уволены. Был еще и шестой человек, который позвонил в тот день. Он работает. Я делаю из этого свои выводы.
-- Пока вы работали в Кремле, общим местом стала фраза: "Коржаков всех слушает". Вас теперь слушают?
-- Думаю, что телефонный контроль есть.
-- Что вы ставите себе в заслугу на посту шефа СБП?
-- Основная заслуга, что нашему президенту ни разу не съездили по физиономии и ни один волос с его головы не упал
-- Вы жалеете о тех годах, которые провели рядом с Ельциным?
-- Я не жалею об этих годах. Я жалею о том, что так бездарно разрушили службу. А по поводу президента... Знаете, месяца за два до того случая с коробкой у меня был разговор с Татьяной. Он был связан с определенной ситуацией, и Татьяна просила, чтобы я поговорил с отцом, "чтобы он больше так не делал". Я спросил, почему то же самое не может сказать семья? Она ответила: "Вы же так его любите". Тогда я ей сказал: "Если я вам скажу, что я его не люблю, я слишком мягко скажу". Она прищурилась и попятилась из кабинета.

ПРОКУРАТУРА НЕ ЛЮБИТ ЧУБАЙСА

Интервью корреспондента "Коммерсанта" с начальником московского управления службы безопасности Евгением Савостьяновым.
Евгенией Савостьянов: Коржаков повел себя по-мужски, когда генералы в "девятке" давали ему взбучку за Ельцина (речь идет о 1987 годе). Это был жесткий и грубый разговор: или кончай отношения с
Ельциным, или уйдешь из управления. И он ушел, хлопнув дверью. Об этом тогда много говорили. Рассказывают, что напоследок он бросил: "Я еще вернусь, и посмотрим, кто из вас останется".
И вернулся. "Девятка" перестала существовать при Коржакове. Я считаю, что это была его месть. В 1991-1992 годах начался мощный отток людей. Нельзя было рубить направо и налево. Это была очень профессиональная структура. На мой взгляд, качество охраны и качество людей, которые пришли в охрану Ельцина, было... уже другим. "Девятка" перестала существовать при Коржакове. Я считаю, что это была его месть.
-- Профессионалы в службе были, права и возможности у службы были огромные, выход прямо на президента был обеспечен, а результатов нет? Может, просто результаты игнорировались, как в истории с НФС (Национальная Федерация спорта)?
-- По НФС я вам отвечу. Именно служба Коржакова становилась порой "крышей" для неблаговидных деяний. Первыми вопрос о злоупотреблениях в НФС подняли сотрудники московского управления госбезопасности. И не в 1996 году, а в 1994. О наших претензиях к НФС Коржаков был мною проинформирован. Но по настоянию Генпрокуратуры наше дело по НФС было закрыто тогдашним приятелем Коржакова генпрокурором Ильюшенко. Прояви тогда Коржаков принципиальность, немалые деньги могли бы для страны сэкономить. Коржаков -- это обычная конъюнктура, не имеющая ничего общего с принципиальной позицией. Когда я начинал работать начальником московского управления тогда еще Министерства безопасности, то отвечал за оперативное обслуживание правительственной трассы -- Рублево-Успенского шоссе. И когда ко мне пришли с предложением поставить вдоль трассы рекламные щиты и делиться деньгами, я выставил ходоков за дверь. После увольнения увидел, что щиты все же появились. Функция обслуживания трассы была передана СБП.
-- Сейчас оставлена охрана в чистом виде. Это надежная охрана?
-- В большинстве своем в охране остались те же люди, что и были. И если воспользоваться выражением Коржакова, прошло какое-то время после его ухода, и ни один волос с головы президента не упал. Хотя я полагаю, что люди Коржакова, исходя из той ненависти, которую они испытывают к бывшему патрону, могли бы причинить вред.
-- Может быть, не стоит утрировать? В конце концов, как было записано в положении о СБП, они служили и защищали интересы "президента и государства"
-- В отношении систем подобного рода должен всегда существовать вопрос: кому они служат -- государству или конкретному человеку, в данном случае Коржакову. Надо обеспечивать безопасность президента, а не быть слугами Коржакова. Не все смогли пройти это испытание, и эта преторианская ориентация некоторых людей не могла не повлиять на отношение к службе. Были люди, которые мне ясно говорили: я пришел сюда не Коржакову служить. А были те, которые после каждого разговора бегали советоваться к Коржакову. СБП решала задачи личных политических интересов самого Коржакова.
-- Вы можете их сформулировать?
-- Думаю, Коржаков мечтал стать преемником Ельцина на его посту. Он занимался не тем, чем надо.

КоммерсантЪ-DAILY от 30 апреля 1997 г. сообщает:

Сотрудники прокуратуры Москвы вновь арестовали замдиректора Федерального управления по делам о несостоятельности (ФУДН) Петра Карпова. Год назад его уже отправляли в СИЗО по обвинению в получении взятки, но потом отпустили под залог. Новый арест стал полной неожиданностью и и для Карпова, и для его адвоката Генриха Падвы. Они по-прежнему не исключают, что в деле есть политическая подоплека: с помощью Карпова правоохранительные органы по-прежнему надеются добыть компромат на Анатолия Чубайса. Источники, близкие к президентской администрации, предположили, что обиженные промышленники могли обратиться за помощью к Александру Коржакову (бывшему руководителю службы безопасности президента) и Михаилу Барсукову (бывшему шефу ФСБ), которым был необходим компромат на Чубайса. Те воспользовались полученной информацией и быстро вышли на Карпова, решив, что взамен на свободу он расскажет о Чубайсе все, что знает. Подтверждает эту версию тот факт, что, по информации из ФСБ, разработку по замдиректора ФУДН курировал лично Барсуков. Необходимых ФСБ показаний Карпов не дал, но в октябре прошлого года, когда Барсуков и Коржаков уже были в отставке, его отпустили под залог. Но в начале этого года по указанию Генпрокуратуры дело Карпова передали в прокуратуру Москвы, сотрудники которой перепредъявили ему обвинение и вновь арестовали. На этот раз его отправили в СИЗО "Матросская тишина".
Генрих Падва, которого корреспондент "Коммерсанта-Daily" попросил прокомментировать случившееся, был в полной растерянности: "Я даже не знаю, чем это вызвано, вот в чем ужас". От политических мотивов прокуратура открещивается, но не исключено, что от Карпова вновь будут требовать показания на первого вице-премьера.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?