Независимый бостонский альманах

УМ - ХОРОШО, НО БЕЗ УМНИКОВ ЛУЧШЕ ?

01-01-1998

torchil2Роберт Оппенгеймер, который был не только "отцом атомной бомбы" но и крупным методологом науки предсказывал возможность "гибель" науки к концу текущего столетия, если только она не выработает какие-то новые принципы функционирования . Но поскольку мировая наука пока еще работает более или менее традиционным способом (и похоже до гибели дело еще не дошло ) то меня больше всего интересует то, что в рамках этого способа происходит с наукой в России.
Из многих статей становится очевидным действительно трагическое положение ученых и науки в России (цитаты - "аномально низкая материальная обеспеченность науки" "аномальная ненужность науки стране", "аномальная. . . информационная изолированность российские ученых от мирового сообщества" ) . Что же поставило науку в такое положение и держит в нем именно сейчас?
Такому положении науки есть две основные причины. Первая причина от науки не зависит и связана с сутью сегодняшней ситуации в России и, главное сегодняшнего правления Россией. Вторая - имманентно присуща российской науке с того момента как она стала наукой советской. А поскольку именно такой по сути пока и остается то и эта причина никуда не делась.
Тот факт, что довольно многие внешние свободы (свобода информации, в первую очередь, а также относительная свобода перемещения ) из еще недавно несбыточной мечты превратились в реальность, слабо изменил природу российского государства , которое к демократии в ее традиционном западном понимании продвинулось мало . Речь вовсе не идет о низкопоклонстве перед Западом - просто именно там идея демократии возникла и получила свое обоснование и воплощение - Так что, если мы используем этот термин, то надо ориентироваться на его установившееся содержание , или же следует придумать для наших дел какое-то новое чисто российское название. Главное различие заключается в том, что наш вариант свободы слова и демократии не является системой с "обратной связью". То есть, те, кто не при власти, могут говорить, что хотят , но те , кто при власти, продолжают делать что хотят, не обращая на все эти разговоры ровно никакого внимания или используя их только тогда когда им самим это выгодно в борьбе за власть или за деньги внутри своего узкого слоя. Впрочем, это тема особого разговора и может увести нас далеко от предмета .
Для нас важно то, что государство, мало изменившись (как по существу, так и по персональному составу начальства) , практически не изменило своего отношения к науке Более того, как ни странно, правители прежнего Союза относились к науке даже лучше , поскольку воспринимали научное соревнование как один из аспектов борьбы с Западом. И хотя им было совершенно наплевать на содержательную сторону исследований, ( если она не была связана с "военкой"), но престижные международные премии приравнивались к олимпийским медалям спортсменов или даже к запуску очередной ракеты-носителя, поскольку демонстрировали мощный потенциал страны. На На это не жаль было и кое-чего подбросить . Нынешним руководителям (которые, что бы они там ни говорим вслух, про себя , похоже, поставили крест на статусе России как великой державы ) совершенно наплевать на то, что завтра в стране без науки не станет сначала технологии, а потом и собственного производства. Правительству важно усидеть при власти и доходах здесь и сейчас, а поэтому надо срочно латать текущие дыры , а не работать на перспективу . Тем более , что разрядившаяся международная обстановка позволяет с легкостью закупать за рубежом новые продукты и даже новые технологии (пусть даже и разработанные уехавшими из России учеными) , расплачиваясь за них имеющимся пока что в изобилии сырьем. Им не важно, что на деле это будут уже несколько устаревшие технологии, и научно-техническое отставание страны от мировых. лидеров будет непрерывно увеличиваться После них может быть хоть потоп. Не они первые исповедуют эту философию,
При этом утечка мозгов из России вполне может трактоваться ими и как существенная экономия (такая мысль невольно приходит в голову при взгляде на финансирование российской науки) , когда не надо будет тратить деньги на все более дорогостоящие научные исследования с проблематичной отдачей - проще купить уже готовое за нефть или за алмазы. Не говоря уже о том, что с отъездом за рубеж наиболее активных ученых понижается и вероятность диссидентского брожения в обществе, поскольку сам алгоритм научного мышления требует подвергать все сомнению и проверке (напомню, что в Coюзе роль ученых также и в политическом диссидентском движении была очень заметка ) То есть гибель фундаментальной науки как бы даже в интересах того государства , которое сейчас образовалось в России.
В результате сознательно созданное тотальное безденежье душит любые научные начинания и ученых - как класс. Наука - дорогое удовольствие , и бедным странам она не по карману. Эпизодическая западная помощь некоторым (Западом же и выбранным ) направлениям дело меняет мало - она не только оставляет за бортом большую часть отраслей, но даже и те которым предназначена привязывает к руке дающего и почти автоматически налагает на них собственные критерии оценки и переводит из разряда соревнователей в разряд последователей, что, согласимся , в науке не великая честь.
Вторая беда в том, что наука в значительной мере осталась как бы репликой общественные отношений недавнего прошлого и , как ни странно , меняться не торопится или , точнее , ей меняться не дают. Будучи интегральной частью тоталитарной системы советская наука (а за ней и российская ) твердо впитала основной принцип этой системы -" любым делом или процессом надо руководить и руководить должно руководство. При этом было как-то совершенно упущено из вида что наукой нельзя руководить - ее нельзя даже направлять или организовывать. Ее можно лишь координировать. Кстати, именно принцип координации положен в основу функционирования американской науки, успешность которой не вызывала ни у кого сомнения и задолго то того , как она стала обогащаться "мозгами из России". Ничего подобного в России пока не привилось, поскольку в неизменном виде с прошлых времен сохранилась как схема вертикальной организации науки, так и взгляд на научное начальство как на реальных руководителей процесса накопления научного знания. И, разумеется, сам директорский и вообще руководящие научный корпус никогда на изменение такой системы добровольно не пойдет, ибо любое изменение может быть направлено только на сужение его власти за счет уменьшения контроля над тем, КОМУ , СКОЛЬКО И За ЧТО ДАТЬ .
Более того , в отличии от американской науки (раз уж все время российская наука сравнивается именно с американской, а не с какой-нибудь, скажем, французской) российская наука страдает от относительной неразвитости инфраструктуры. Мы всегда считали само собой разумеющимся и даже гордились тем, что значительная часть науки сконцентрирована в системе Академии Наук и немногих крупных городах. Это однако, означало прискорбную ситуацию, когда малая группа лиц с высоким положением в науке могла контролировать (и до сих пор нередко контролирует ) целую научную область . Так что если у реального ученого возникали научные или персональные разногласия с "руководством", то его научная карьера оказывалась под вопросом " - просто некуда было податься внутри системы . А другой системы не было . В американской же науке ее децентрализация приводит к невозможности единоличного или группового контроля над областью в целом. Так что американским ломоносовым не надо брести с обозом в Нью-Йорк. Донесли бы ноги до ближайшего городка с колледжем.
Неразвитость инфраструктуры приводит и к тому, что в стране очень трудно создать действительно независимые группы экспертов для оценки , например, грантов и для градации учены. Если, скажем, в какой-то области в России работает 5 лабораторий, то все их руководители не только друг друга знают , но и связаны обычно целой сетью формальных и неформальных отношений, которые заранее предопределяют результат любой экспертизы. В то же время, в Америке , где в аналогичной области может работать 50 лабораторий, вовсе не все они связаны прочными связями и включающий 50 профессоров экспертный совет вполне может выносить объективные решения. А мы снова уперлись в доставшуюся от "пирамидальных" времен организацию.
Впрочем, достаточно о "старых традициях".
Наибольшую опасность для будущего российской науки представляет отъезд молодых ученых. У них, как правило, очень хорошее образование (пока ! ) и исключительное желание работать. И они, безусловно, вырастут в ученых именно той страны, куда их вытолкнула не нуждающаяся в умниках Россия . Такие потери не восстановить. Однако, меры, предлагаемые сейчас для ограничения этого оттока, не кажутся серьезными. Менталитет российские жителей (особенно молодых ) за последние годы изменился разительно Конечно многим из них было бы приятно получать дипломы , премии и награды , но не вместо, а придачу к нормальному материальному положению. Профессура, подрабатывающая ночным извозом - абсурд.
Часто высказываемое предположение о том, что работа за границей это нечто вроде курсов повышения квалификации, и любому ученому при желании вернуться в Россию, когда для этого возникнут соответствующие условия (которое действительно есть у очень многих) будет легко возобновить научную работу дома, представляется крайне наивным. А где им (нам) найдутся места? В своих бывших институтах (это если они остались)? Но наши комнаты не стоят пустыми. Типичная ситуация - в моем бывшем кабинете, например , сидит худший (и с научной и с человеческой точки зрения ) из моих бывших учеников, но зато он добрался до положения, к которому рвался зубами и когтями, за сохранение статус кво он будет воевать изо всех сил, поскольку больше ни на что сил и не расходует , а мне будет жалко времени. А выбор новых мест для работы, как я уже писал, сильно затруднен в связи с неразвитостью научной инфраструктуры.
Мне представляется несколько наивной и надежда на то , что улучшение информации о финансирующих организациям может увеличить количество попадающих, в Россию грантов, Дело в том, что сейчас большинство попадающих в Россию грантов носит благотворительный характер , и никто не собирается так уж строго контролировать как и на что они израсходованы. Другое дело - "настоящие" гранты, которые выплачиваются деньгами налогоплательщиков (соответствующие агентства снабжаются ив госбюджета ) и по которым требуются самые подробнее отчеты. Давать эти деньги в Россию, по мнению специалистов , все равно, что бросать их в черную дыру , поскольку ожидать таких отчетов из России, где даже правительство в любой момент может изменить финансовую политику и , например , закрыть валютные счета институтов, дело крайне сомнительное. Особенно , если это будут обычные для Штатов гранты на 3 и более лет.
Подведу некоторые итоги. Во-первых, для нормального развития российской науки нужно значительное расширение ее инфраструктуры, тогда как мы наблюдаем непрерывное сужение этой инфраструктуры (закрытие многих лабораторий или даже целых институтов и непрерывный отток перспективных научных кадров). Во-вторых, вышестоящие инстанции должны отказаться от попыток руководить наукой и примириться с тем, что от них требуется только координирующая функция (увы, пока что наблюдается все большая концентрация власти в руках тех, кто стоит поближе к распределительным краникам) . В-третьих, правительство должно осознать важность науки для долгосрочного выживания и процветания страны и от крокодиловых слез по поводу утечки мозгов (вовсе им не нужных) перейти к стабильной политике финансовой и материальной поддержки науки, Мы же, однако, если и слышим об интересе государства к науке то он, как правило , связан с поисками того, что бы еще можно было у науки отнять и кого сократить.
Без этих кардинальных изменений меры типа приплаты ведущим специалистом, или устранение взгляда на российских ученых, работающих сейчас за рубежом, как на зрительных, или даже удачное использование выделяемых заграницей грантов и их справедливое распределение мало что смогут изменись в безрадостном состоянии отечественной науки.
На всякий случай, заранее не соглашаюсь с упрекам типа того, что вот сидит он (я ) в Америке и откуда ему знать наши проблемы? Во-первых, я регулярно бываю дома. Во-вторых, в Бостоне , где я работаю, не иссякает поток научных визитеров из России, которые тоже привозят самые свежие новости и мнения ; в-третьих, молодые ученые , приезжающие в Штаты с надеждой здесь пожить и поработать тоже дают немало пищи для размышлений; в-четвертых, проводящие через мои руки (как рецензента ) статьи и заявки на гранты из России тоже позволяют понять, что происходит в науке и с наукой. Так что я знаю, о чем говорю, хоть это мне самому радости не доставляет.
Заканчиваю самоцитатой: "Можно не сомневаться, что при нашем богатстве на таланты и умные головы будут в России и хорошие работы и даже отличные лаборатории. Не будет главного - науки как инфраструктуры. А цепь маленьких оазисов большого урожай не даст. Поэтому остается утешать себя тем, что мировая наука едина и при нынешней системе коммуникаций хорошая работа, где бы она ни была выполнена, принадлежит всем, кому интересна".

В связи с важностью темы приводим полные "выходные данные" автора: Владимир Петрович Торчилин Доктор химических наук, проф., лауреат Ленинской премии, проф. Медицинской школы Гарвардского ун-та, завлабораторией изучения рака Mass. General Hospital в Бостоне (лучшее медико-научное заведение мира). e-mail: vladimir@cipr.mgh.harvard.edu

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?