Независимый бостонский альманах

АЛЕКСАНДР ЛЕБЕДЬ И ВЛАСТЬ

01-01-1998

Игорь Олейник, директор Института стратегий развития и национальной безопасности. Консультирует команду А.И.Лебедя с весны 1996 года. Он любезно прислал нам главы и послесловие из его книги «Александр Лебедь и власть». М., «Русь-фильм», 1998. Эти главы мы будем печатать с продолжением в нескольких последующих номерах.

Фигура генерала нам тем более интересна, что на той неделе он был в США, выступил перед нижней палатой конгресса, где держался очень уверенно и произвел хорошее впечатление на конгрессменов. Американская печать доброжелательно отозвалась о его аналитических способностях, юморе, находчивости и информированности. В высказываниях некоторых конгрессменов и журналистов звучала мысль, что Лебедь - совсем неплохая замена нынешнему президенту.

Итак, слово Игорю Олейнику


Глава 3. Управленческий стиль.


«Все делают ошибки. Только мы платим за них свои деньги, а государство - наши»
 


Рональд Рейган
         Управленческий стиль Лебедя широкой публике практически не известен, поэтому она нередко домысливает недостающую информацию, исходя из сложившегося имиджа генерала. И весьма часто при этом ошибается.

Александр Иванович пока еще не закостенел как управленец и предпочитает не слишком повторяться в своих ходах. Его любимый принцип: «Нельзя делать то, что ожидает от тебя противник». Так что пытаться «раз и навсегда вычислить» его подход к решению конкретных проблем - занятие не очень благодарное. Тем не менее, анализ его управленческого опыта позволяет выделить какие-то общие, переходящие из одной проблемной ситуации в другую черты, складывающиеся в стиль. Я попробую набросать эскизный список таких черт. Предупреждаю, что это именно «эскиз в хронологическом порядке моих впечатлений», а не исчерпывающее и системное изложение темы.

Я начал собирать информацию, относящуюся к управленческому стилю Лебедя, осенью 1996 года исключительно из соображений своего уязвленного профессионального самолюбия. Дело в том, что к этому времени лично у меня накопился слишком неприличный по объему опыт ошибочных прогнозов относительно поведения Александра Ивановича. Меня это и раньше раздражало, а тут еще я проиграл заключенный с одним своим коллегой спор о том, через сколько конкретно месяцев Ельцин уволит Лебедя с поста Секретаря Совета Безопасности.

Не знаю уж, насколько это было случайным и насколько психологически закономерным, но черта управленческого стиля Лебедя, которую я вычислил для себя первой по времени, несколько успокоила мое уязвленное самолюбие системного аналитика. Оказалось, что Александр Иванович весьма активно пользовался в своей работе методами спецпропаганды, в т.ч. методами введения оппонента в заблуждение и перехвата психологической инициативы в противостоянии. Правда, если Жириновский получил в этой сфере профессиональное образование (это его военная специальность), то теоретическая подготовка Лебедя в этой области сводилась к краткому курсу, читавшемуся в Рязанском училище, и спецпропагандист он скорее по интуиции.

Предполагаю, что описание ряда таких мероприятий Александра Ивановича во время приднестровской «командировки» наверняка войдет в классические примеры соответствующих учебников. Чего стоит одна только так называемая операция «Два Лебедя над Днестром»! Десантный полк, которым командовал младший брат Лебедя - Алексей, дислоцировался тогда вблизи Кишинева. Вывод полка на территорию России молдаване блокировали - фактически полк находился на осадном положении. Попытки Александра Ивановича решить проблему дипломатическим путем оказались безуспешными. И тогда генерал решил перевести ситуацию в новое качество другим способом.

Началась не слишком маскируемая от молдаван рекогносцировка переправы танков через Днестр в трех местах. А когда кишиневские военачальники, делавшие свою карьеру в основном в системе ДОССАФа, были уже в должной степени обеспокоены непонятными действиями 14-армии, то жуткую картину предстоящей им катастрофы прояснила тщательно организованная утечка «сверхсекретной» информации из штаба Лебедя о характере готовящейся операции российских войск. Название операции было соответствующим - «Два Лебедя над Днестром».

Молдавские генералы «узнали», что через несколько дней им скучать не придется. Потому что из донесения «надежной» агентуры следовало, что братья-десантники согласовали совместные действия на определенное число. И якобы полк Алексея Лебедя должен всей своей огневой мощью взломать хилую молдавскую блокаду гарнизона и пойти на прорыв в направлении Тирасполя. А войска старшего Лебедя якобы должны были тремя танковыми колоннами форсировать Днестр и обеспечить коридор отхода десантного полка в Приднестровье.

В возможностях 14-й армии дойти до Кишинева за три-четыре часа танковой атаки молдаване после событий 9 июля в ночном лесу близ Бендер уже не сомневались. Тем более, что Днестр с небольшими, примерно двухметровыми, глубинами в этом месте был единственной серьезной преградой для бронетехники на пути в Кишинев - после переправы российских танков ситуация менялась кардинальным образом. Поведение молдавского руководства в отношении полка младшего Лебедя мгновенно стало другим. Было не только дано разрешение на вывод, но и «во избежание возможных провокаций с российской стороны» молдавские войска отвели от маршрута следования полка. Десантники покидали гостеприимную землю Молдавии с высоко поднятой головой - они отстояли честь, достоинство и профессионализм российской армии в непростой ситуации.

И в политике Александр Иванович часто использует маневры, отвлекающие внимание оппонентов от направления его «главного удара». В общем-то, у него пока и нет особенного выбора в стратегии обеспечения необходимой информационной безопасности своей политической деятельности. Самый дешевый и надежный способ скрыть до поры до времени важную информацию - это не прятать ее, а выставить открыто в длинном ряду отвлекающих, дезинформирующих вариантов. И пусть каждый из оппонентов в меру своей тенденциозности гадает, какой же из всех этих весьма правдоподобных вариантов - настоящий, а какие - подставные.

К качеству публичной деятельности Лебедя заинтересованная аудитория (к примеру, из предпринимательской среды) может совершенно обоснованно предъявить массу претензий: например, что его игра носит слишком непоследовательный, «рваный», слабо предсказуемый характер. Однако внимательный анализ показывает, что во всех этих внешне хаотичных движениях время от времени рождается прорывной ход, позволяющий перехватить инициативу и перевести ситуацию в новое качество. Именно эти ходы и особенно авторский стиль их исполнения делает Александра Ивановича трудным «спарринг-партнером» для его политических оппонентов - в частности, создается устойчивое впечатление, что действуя в рациональной манере, переиграть его в «длинной» комбинации значительно труднее, чем в «короткой».
Александр Лебедь: «Весь мой жизненный опыт говорит о том, что хороший авантюризм - это глубоко продуманный авантюризм. Мои действия кажутся спонтанными только для поверхностного наблюдателя.

Профессиональный управленец все свои «авантюры» просчитывает. Есть такая присказка: «Мы не логичны, и поэтому мы непобедимы». Но эта внешняя нелогичность на самом деле должна быть проявлением логики неординарной, логики более высокого порядка. Здесь можно провести аналогию с игрой в шахматы. Логика игры на два-три хода вперед, логика «реагирования на текучку» понятна всем. А вот логика незнакомого игрока, считающего на 10-15 ходов вперед, дилетантам по поры до времени кажется странной и спорной. Пока позиция на доске не покажет им конечные результаты якобы нелогичного поведения профессионала».2.

Чем больше я изучаю управленческий стиль Александра Ивановича, тем более уверенно могу говорить о нем как о «рациональном управленце, прячущемся за иррациональным имиджем». Конечно, у него образная речь и склонность к популистским выступлениям перед толпой (а какой же профессиональный политик может быть без этого!). Но лично для меня вне всякого сомнения, что его неординарная интуиция при принятии решений тесно связана с хладнокровным «математическим» расчетом. Об этом говорит стиль, в котором Лебедь обсуждает проблему со специалистами. В частности, он при случае без особого затруднения приводит на память целую кучу цифр, относящихся к обсуждаемой проблеме.

Как профессиональный разработчик, я утверждаю, что его стиль мышления весьма алгоритмичен и близок к стилю мышлению разработчика. Сделаю важную оговорку: разработчика не столько «коротких» тактических, сколько «долгосрочных» стратегических задач, которые могут быть решены только в результате сложных многоходовых комбинаций, рационально подготавливающих переход проблемной ситуации в новое качество. У меня постепенно складывается гипотеза, что Александр Иванович более силен как стратег, чем как тактик. И именно выбор сильной стратегии позволяет ему более или менее успешно преодолевать последствиях ряда тактических промахов и огрехов.

Спорные и даже весьма спорные решения на каком-то коротком промежутке времени у Лебедя, безусловно, были - и в избытке. Но если отвлечься от «текучки» и посмотреть на результаты, достигнутые им за продолжительный период, то нельзя не признать, что они оставляют впечатление или какого-то фантастического везения упрямого генерала, или высоких темпов его самообучения искусству перспективной политики.

В течение 1997 года у россиян практически не было возможности оценить Лебедя по новым управленческим результатам. Пожалуй, единственным сколько-нибудь видимым для широкой публики объектом административно-организационной активности Александра Ивановича стало создание Российской народно-республиканской партии. В самом этом факте ничего неожиданного и любопытного нет. Строительство собственных партий - одно из любимейших занятий российских политиков. Любопытно другое - организационный стиль Лебедя в партийном строительстве.

В России 1997 года создавать новую политическую партию федерального уровня гораздо сложнее, чем в России начала 90-х годов. То есть, конечно же, судя по прессе, партии и общественные объединения продолжают множиться в стране как инфузории в гнилой воде. Но золотой век партстроительства явно уже позади. Сегодня создание партий федерального уровня - это труднейший заплыв против течения. В 1997 году «против течения» попытались пробиться три политика с федеральными амбициями: Березовский (под творческим псевдонимом «Рыбкин»), Лебедь и Лужков (в косвенной форме, через Шанцева).
А пробился лишь один Лебедь, демонстрируя справедливость поговорки: «Голь на выдумку хитра». По заявлениям его штаба, к концу 1997 года в РНРП было зарегистрировано более 28 тысяч членов и 1080 первичных организаций практически во всех субъектах Российской Федерации. Проходившие весной и летом выборы местной власти, как правило, показывали крайне слабое влияние местных организаций РНРП. Но ближе к концу года Лебедь накопил критическую массу опыта и в ситуации произошел перелом.

По итогам своего «личного политического 1997 года» Александр Иванович получил возможности весьма серьезной игры через свои партийные структуры в системе местной власти, по крайней мере, четырех субъектов Федерации с очень интересной экономической базой: в Краснодарском, Красноярском и Приморском краях, Мурманской, Самарской и Челябинской областях. Для политика, стремящегося к имиджу регионального лидера, такие результаты за довольно короткое время впечатляют.
Особенно они впечатляют на фоне застоя в партийном строительстве у Березовского и Лужкова, располагающих несопоставимо более мощными финансовыми базами. Многие участвующие в политических играх российские предприниматели имеют весьма сомнительный в моральном плане стиль своего бизнеса; но почему-то Борис Абрамович даже на этом фоне умудрился сформировать себе настолько «скользкий» имидж, что его теперь ни за какие деньги не отмоешь добела в глазах российских избирателей. Для человека с несомненными способностями системного аналитика такие проколы просто удивительны. Создается впечатление, что Борис Абрамович пытается совместить в рамках своей системы ценностей принципиально несовместимые элементы (так сказать, гоняется сразу за несколькими зайцами, бегущими в разных направлениях). Что же касается отсутствия видимых результатов «лужковского» партстроительства, то здесь узкое место явно не в личном имидже Юрия Михайловича, а в порядком запутанной системе сдержек и противовесов, по крайней мере, четырех ключевых сегодня фигур российской политики.

Анализ уставных и организационных документов РНРП показывает, что Александр Иванович задает себе гораздо более жесткие правила партийного строительства, чем остальные российские политики. В частности, РНРП является, по-видимому, единственной в России партией, членство в которой нужно подтверждать письменным заявлением ежегодно. Не подавший заявление в течение января-февраля каждого нового года автоматически считается выбывшим из партии. Интересно отметить, что данная новация заимствована Лебедем у Французской коммунистической партии, неоднократно получавшей за эту особенность своего Устава нарекания от братской КПСС. Так или иначе, состоятельность экс-Секретаря Совбеза как партийного строителя будет подвергнута серьезному испытанию уже в марте 1998 года - при подведении итогов первой перерегистрации.

Заслуживает пристального внимания аналитиков и начавшая обозначаться в последнее время тенденция ухода РНРП от имиджа партии так называемого лидерского типа со всеми ее уязвимыми сторонами, хорошо видимыми сейчас на примере партии Жириновского. Александр Иванович через ряд организационных установок задал курс на постепенное приобретение РНРП относительно самостоятельного имиджа «партии среднего класса», на уход от вождизма и развитие самоуправления. Предполагаю, что реальные и имиджевые результаты такой стратегии проявятся не ранее двух циклов перерегистрации членов партии, то есть не ранее весны 1999 года и начала официальной кампании выборов депутатов Государственной думы. В этом тоже просматривается логика «дальней игры», поскольку в случае победы на президентских выборах Лебедь предполагает оставить пост лидера партии - Президент России и «силовые» министры должны быть внепартийными.

Год назад я весьма скептически оценивал перспективы создававшейся тогда партии именно потому, что РНРП начинала строиться во многом из социального материала, с которым раньше успешно работал Владимир Вольфович. Естественным было предположение, что партия Лебедя станет очередным объединением маргиналов, заинтересованных повысить в будущем свой социальный статус за счет сегодняшней близости к перспективному политику. Такой исход казался мне весьма вероятным хотя бы потому, что тогда на фоне Александра Ивановича особенно активно старался «засветиться» разношерстный сброд микрохаризматиков с одиозной репутацией и не вполне адекватным поведением. Кстати, этот волнующий общественность процесс и сейчас еще не вполне затих.

Линию партийного строительства лично я поначалу воспринимал как чисто имиджевую. Мол, короля играет свита и свою партию Лебедю полагается иметь для самоуважения («кандидат в Президенты без собственной партии все равно, что атаман без золотого запаса»). Тем не менее, уже к концу 1997 года эта гипотеза не выглядела «убедительной на все 100%».

Ради статистики наблюдений я стал при виде людей, пришедших встретиться с Лебедем в офис или на митинг, задавать себе тестовый вопрос: «Этот человек похож на бывшего избирателя Жириновского?» и отслеживать примерное соотношение ответов типа «да» и «нет». В первые месяцы 1997 года по моим сугубо субъективным оценкам «экс-жириновцы» составляли примерно 96-97%. А вот сейчас, с моей точки зрения, их доля уже явно ниже 85%. И эта тенденция лично меня обнадеживает. Стали просматриваться не только тревожно экзальтированные «аутсайдеры постсоветского общества», но и взвешенно ведущие себя люди, производящие впечатление вполне состоятельных в профессиональном или экономическом плане. Думаю, что эту тенденцию скоро смогут уже замерить и социологи.

Меня не удивит, если уже к концу 1998 года у РНРП начнут проявляться какие-то черты потенциальной «партии власти». Не исключаю даже, что скоро столичная интеллигенция начнет понемногу менять свою резко критичную сегодня оценку Лебедя как политика и интеллектуала. Ведь перефразируя русскую пословицу, можно сказать: «Встречают по фуражке, а провожают по уму...»
Кстати, о «фуражке». Лебедь высоко ценит тот жизненный опыт, который ему дали годы армейской службы. Когда в его присутствии о нем говорят как о бывшем генерале, Александр Иванович всегда поправляет: «Генералы бывшими не бывают. Можно быть бывшим в смысле конкретной генеральской должности. Я бывший командир дивизии, я бывший заместитель командующего ВДВ, я бывший командующий армией. Но насчет бывшего генерала, уж извините. Генерал я - настоящий. Никому не дано отнять у меня то, что я умею и знаю».

На мой взгляд, Александр Иванович довольно быстро преодолел обычно весьма мучительный для отставных военных период адаптации к гражданской жизни. Сейчас, в начале 1998 года он уже вполне профессиональный политик. Детские болезни становления в новой сфере в основном позади - пора спрашивать в полной мере.
Весь 1996 год я сам придерживался точки зрения, что Александр Иванович принадлежит к так называемым менеджерам кризисного типа. Проще говоря, к тем управленцам, которые настолько комфортно ощущают себя и свои сильные стороны именно в кризисных ситуациях, что порой не слишком стремятся к преодолению кризиса - чтобы пропадала возможность демонстрировать свои достоинства. Однако более внимательный анализ показал, что управленческий стиль Лебедя ориентирован на локализацию конфликтов, а не на их разрастание. Накопленная мною масса фактов, как мне кажется, позволяет достаточно уверенно говорить о том, что Лебедь - совершенно вменяемый управленец, для которого стремление к взаимодействию имеет гораздо большие стратегические приоритеты, чем стремление к подавлению сопротивления своей точке зрения.

Александр Лебедь: «Чтобы сделать кого-то своим смертным врагом, достаточно и пяти минут. Мне неоднократно приходилось становиться свидетелем того, как в результате массового нервного срыва вырастали груды покойников. И я давно пришел к выводу, что проще локализовать разрастание кризисной ситуации в зародыше, чем потом долго и дорогой ценой ликвидировать ее последствия.
Если говорить о политике, то в ней не существует вечных врагов или вечных друзей. Поэтому нужно опираться на изменяющуюся систему интересов. Если хотя бы в каком-то регионе и хотя бы на каком-то отрезке времени интересы с какой-то структурой совпадают - значит можно и нужно начинать согласованную работу. Если не совпадают, тогда сосредотачиваемся на поиске компромиссного варианта. Не сумели найти компромисс - тогда договариваемся о цивилизованном нейтралитете на определенный срок и в определенных рамках. Если оппонент - человек вменяемый, то он пойдет на договоренности. А если уж с нами не хотят цивилизованного нейтралитета, если не держат слова, обманывают, юлят - тогда нужно переходить к жестким и интенсивным методам воспитания ответственности за свои поступки».

Из рассказов Александра Ивановича я могу сделать вывод о том, что он заботится об убедительности и своеобразной «профессиональной эстетике» такого жесткого воспитания. Для Лебедя дело профессиональной чести - провести воспитательное мероприятие, во-первых, по-джентельменски, т.е. после предупреждения о последствиях нарушения правил игры и констатации факта нарушения. Во- вторых, мероприятие должно демонстрировать явное превосходство в профессионализме силового противостояния, т.е. проходить стремительно и без излишних (т.е. выходящих за пределы поставленной задачи) потерь для оппонента.

Александр Иванович склонен время от времени делать «скандальные», шокирующие публику заявления. Не все они, на мой субъективный взгляд, достаточно взвешены. Но если составить исчерпывающий список этих эпатажей, то приходится признать, что с течением времени подтверждается объективная глубина ряда заявлений Лебедя, выглядевших поначалу чисто конъюнктурными и эмоционально поверхностными. Один из последних тому примеров - нашумевшая история с т.н. ядерными чемоданчиками, существование которых в СССР и США получило документальное подтверждение в результате журналистских телерасследований (причем правительство США даже было вынуждено рассекретить для обеспокоенной общественности ряд материалов, касающихся испытаний и поставок в войска ранцевых ядерных устройств).

Точность всех цитат прямой речи А.И. Лебедя в этой книге проверена первоисточником.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?