Независимый бостонский альманах

Кавказ подо мною. А также сверху, рядом и вокруг. Евреи тоже есть

01-01-1998

ГАЗИ АЛИЕВ :

Вот что заявляет как бы мимоходом Юрий Черняков в Лебеде N 90 в статье "Эдуард Тополь как зеркало либерального идиотизма в России" в праведном гневе возмущаясь тем, что удачно в свое время переведенную с лиц еврейской национальности на лица кавказской стрелку некто Тополь снова переводит обратно:

"И может даже мстительное, хотя и неосознанное, желание утащить кое кого из соплеменников, проживающих в России, с собой за компанию. Хлопнуть напоследок дверью, и все такое. (Примерно также, если вдуматься, можно объяснить гипертрофированную любовь представителей нацменьшинств к русским женщинам, когда сексуальное удовлетворение усиливается торжеством мести за унижения детства. Не так ли обстоит дело у негров с белыми женщинами? Наши «меньшие братья», например, только об этом и говорят. Чем больше трахнул представительниц титульной нации, тем раскованнее себя чувствуют. Вроде, не зря жизнь прожил)."

Куда хочет Тополь утащить соплеменников? В Америку? Так они ему за это будут только благодарны. Спрашивается, причем тогда двери и все такое? И причем тут, господи, любовь представителей нацменьшинств к руской женщине?

Тополь, скажу честно, мне не друг – ни в качестве писателя, ни в качестве провокатора. Речь не о нем. Речь о "представителях нацменьшинств", в отличие от Тополя, любящих русских (и не только русских) женщин.

Недавно в одной из российских газет попались строки о том, что в Москве промышляет около 300 тысяч проституток. Не много найдется городов на национальных окраинах России, где бы проживало столько же жителей, включая женщин и детей, сколько проституток живет в одной только Москве. А проститутки же, как пишут в тех же газетах журналисты-черняковы, – брезгуют нацменами и «работают» исключительно с лицами иных национальностей. В таком случае кого же, спрашивается, «трахают» (каков слоган литератора!) оскорбленные, униженные и гипертрофированные притом нацмены?

И самое смешное – это как обижаемые в детстве трусливые мальчишки вдруг выросли в сексуальных гигантов, на глазах у бывших обидчиков «трахающих» налево и направо их женщин. И кому и за какие унижения детства мстят русские женщины, «трахающиеся» с этими самыми представителями нацменьшинств – Черняков нам не объясняет. И не сможет никогда объяснить, пока он будет ставить женщин в один ряд с пивом. Пока он не задумается о том, почему белые женщины любят негров и почему русские женщины любят представителей национальных меньшинств.

Так и быть, помогу. Потому что женщины склонны любить мужчин, которые их любят, оберегают, ухаживают за ними. И поменьше пьют. И всего-то делов. Если же я стану утверждать, что среди белых американцев и русских россиян нет достойных женской любви мужчин - буду также смешон, ибо желая унизить нацменов, унизил бы и себя, и всех русских женщин.

Напрасно Юрий Черняков считает, будто Кавказ комплексует. Будто Кавказ был по настоящему завоеван сто лет назад и будто Кавказ чувствует себя порабощенным кем бы то ни было сейчас. Честное слово, я отнюдь не высокопарен, но я знаю, что Кавказ и рабство - понятия несовместимые. По крайней мере так было до сегодняшнего дня.

Сегодня, возможно, то, чего не удалось добиться русским в течение двух столетий, удается американскому доллару. Увы! И слава Богу - Зеленоглазому, Хрустящему, Квазидвумерному притом. Такова не худшая и не лучшая жизнь в этом нашем прекрасном из миров в гильбертовом четырехмерном пространственно-временном континууме .

Зря также Юрий Черняков думает, что в детстве кавказские мальчики так вот и дают себя обижать кому бы то ни было. И не только в детстве, но и в отрочестве и во все последующие периоды. Не надобно сильно углубляться в дебри психологии, чтобы понять, кто именно комплексует в данном случае.

Комплексует несчастный русский мальчик, униженный в армии своими соплеменниками-дедами и своими же соплеменниками-офицерьем (рифмуется со зверьем). Комплексует русский мальчик, который видел, что кавказских ребят унизить в той же армии было гораздо сложнее, чем его. Комплексует мальчик, который не уверен, что не сопьется со временем, видя, что тот же кавказский мальчик уверен, что не сопьется. И комплексы свои этот мальчик, вырядившись ментом-петушком, вымещает на всех безоружных брюнетах с пропиской ли, без прописк
и ли, оказавшихся волею судьбы либо торговли в поле зрения своей головки-дубинки. Вооруженных он обходит стороной. Но не потому, что он набрался мудрости у кавказских старцев или у торгующих петрушкой русских бабулек, а потому что боится. Могут ведь и впендюрить.

Хоть убейте, будучи кавказцем, никак не могу представить в роли своего господина и повелителя вдрызг пьяного бедолагу-ханыгу. Ну и что, что ханыга-бухарик правит страной, где живут и те, и другие? Власти-то он не имеет ни над теми, ни над другими. А что случилось, когда захотелось очень власть употребить? Получил между глаз. Властью ведь пользоваться тоже нужно уметь. Она ведь как-никак чуть сложнее устроена, чем полицейская дубинка.

Странны сравнения Российской Империи с Римской, вернее, удивительны не сравнения, а совершенно нелепым выглядит русский в сравнении с римлянином.

А теперь внимание, граждане римляне: однажды, в один прекрасный день, Рим объявил собственный суверенитет и с этого воистину прекрасного дня Рим и римляне празднуют свою независимость от собственной же империи. Ура, банзай, но пасаран! Бабульки с петрушкой - не пройдут.

Согласен с г. Черняковым, у рабов, возможно, и считалось высшей доблестью переспать с римлянкой, но то было у рабов. Смею уверить, на Кавказе переспать с русской женщиной никогда не входило в число особо почетных заслуг - обычный блуд, если это происходило на стороне, и почти трагедия для родителей, если их влюбленное чадо заявляло о своем желании жениться на русской.

Но не комплексуя в одном, несомненно, я комплексую в другом. Если вы увидите человека без комплексов – не верьте глазам своим. Он свои комплексы либо прячет глубоко в шахтах, либо пропил, либо продал развивающимся странам.

Так, в чем же заключается комплекс моей неполноценности? Отвечаю: в моей неполноценности как гражданина своей страны.

Полтора года хожу и днем и ночью по улицам чужой страны и ни разу, представляете, ни разу меня не остановили полицейские и не потребовали показать паспорт. Все время паспорт при мне, но никто его не требует, даже неуютно как-то. Иногда хочется самому подойти к полицаю и показать ему свой паспорт, красивую такую непросроченную еще голографическую визу в нем, поболтать о тяжелых полицейских буднях, пройтись под ручку в отделение, оставить там свои ни с чем не сравнимые узоры от пальцев… Но нет. Ни мой паспорт, ни мои узоры на фиг никому не нужны. Потому что я - не преступник. В чужой стране. В своей же родной стране я - преступник.
Какие-то казачьи дружины охраняют от меня Петербург, будто Петербург – казачья станица, а я – конокрад. Какие-то одетые во все оттенки серого хари шманают мои документы и этой своей харей лезут во все записи в них. Ну не хочу я, чтобы эта харя читала имена моей жены и дочери, не хочу! Я не верю во всякие там кармы и астральные тела, но уверен, что они кровоточат и задыхаются от прикосновения этих ублюдков в мундирах.

Я комплексую как гражданин страны, правителями которой год от года являются либо маразматики, либо шуты, либо изверги.

Я комплексую как гражданин страны, где власть враждебна народу, а народ враждебен самому себе. Где во всех своих бедах обвиняют кого угодно, но только не себя.

Я комплексую как гражданин страны, которая давно уже и не страна вовсе, а только пространство. Холодное, враждебное, бездушное пространство. С холодной, жестокой и бездушной системой порабощения собственных граждан, делая из них худшую из разновидности рабов: рабов, думающих, что они - свободные люди.

А Кавказ тут ни при чем.

Ваш Гази Алиев.

ЮРИЙ ЧЕРНЯКОВ :

Не понимаю, в чем обида Гази Алиева? Разве русские не завоевали его родной Кавказ, а большевики не присоединили его потом силой? Разве маленькая нация, порабощенная великой, не комплексует по этому поводу? И не ищет любого повода отыграться? Мировая история только о том и свидетельствует. Да, еще у римских рабов считалось высшей доблестью переспать с римлянкой. Я только постарался дать объяснение, почему Тополь так много и со вкусом пишет об утехах с русскими женщинами.

Понятно, ему хочется поговорить на тему, почему менты, проверяют в Москве паспорта у брюнетов. Кстати, у меня тоже проверяют, поскольку я той же масти, и в роду было достаточно венгров и цы
ган, хотя нет кавказцев. Но я на ментов не в обиде, поскольку, в отличие от Алиева, не понаслышке знаю, что здесь происходит.

Проблема Алиева, это проблема гордого человека, обиженного тем, что его подозревают, как преступника. Но если бы он жил здесь, то, возможно, как ученый, то бишь объективный человек с аналитическим складом ума, увидел бы эту проблему иначе. Когда-то Россия - огромная, рыхлая, неповоротливая - напоролась на кавказский нож и до сих пор истекает кровью. Кстати, я никогда не говорил, будто она поработила Кавказ, и превратила его гордых сынов в рабов. Скорее, наоборот. При сталинском режиме некоторые закавказские республики были на привилегированном положении. Но вот что Кавказ мстит России до сих пор, вольно или невольно, неосознанно или сознательно, на мой взгляд, только этим можно объяснить то, что здесь происходит. (О Чечне - разговор особый, тяжелый, и надо собраться с духом, чтобы высказаться на эту тему). А катастрофические последствия для России почти тридцатилетнего правления Иосифа Джугашвили - разве нельзя отнести к изощренной мести?

Конечно, меня проще всего обвинить в шовинизме. И сказать, будто подобных уродов хватает в любом народе. Безусловно, среди русских, думаю, их не меньше. Дело в том, что сегодня Москва притягательна именно для бандитов, именно с Кавказа, с его суровыми горскими нравами. У себя в ауле или маленьком городке, где все друг друга знают, если мужчина прошелся с местной девушкой, ему придется на ней жениться. Если он там кого-то убил, его самого и его родню ждет кровная месть. Здесь он может, проезжая по улице на машине, выхватить из толпы приглянувшуюся девушку, затащить ее в салон, и больше ее никто не увидит. Это и привлекает подонков всех национальностей - в огромной и богатой Москве легко ограбить, убить, изнасиловать, похитить, а потом затеряться, лечь на дно.

Что происходит в Москве сегодня? В начале девяностых сюда хлынули русские беженцы из новых «суверенных» республик. У них не было, и нет до сих пор, ни жилья, ни работы. Потом сюда хлынули те, кто их изгнал. До пресловутого «развала» Советского Союза в Москве не было столько представителей братских народов, сколько сейчас. Особенно - из Азербайджана. Это лица мужского пола, которые сбежали во время карабахской войны, когда их силой загоняли в армию, терпящую от армян поражение за поражением. Чем они здесь занимаются? Как правило их поприще - все московские рынки, на которых они ведут себя, как хозяева, нет, как завоеватели, запугивая, терроризируя русских торговцев, подкупая милицию, устанавливая свои цены. Наркотики, оружие, фальшивая, вернее, отравленная водка - сплошным потоком, оттуда, с Кавказа. Бесконечные разборки с здешними группировками, в результате - кровь невинных. В отличие от русских беженцев, ютящихся по вокзалам и подвалам, свои квартирные вопросы они решают всерьез и надолго - сначала снимают квартиры, потом выбрасывают на улицы одиноких стариков, одних убивая, других запугивая. И старики превращаются в бомжей в своем родном городе. Далее, эти завоеватели подкупают, либо опять же запугивают работников ЖЭКов и милиции, особенно тех, у кого есть дети. Словом, уж извините, такую репутацию для своих народов создали именно эти подонки.

Сегодня в школах и институтах, а также по телевидению наших детей заклинают: не подходите, если возле вас останавливается машина, а если вас подзывают, отбежать, позвать на помощь. И мои дочери знают, о ком прежде всего идет речь: о гордых сынах Кавказа. Не я им об этом говорю, они мне рассказывают о том, что происходило с их подругами и знакомыми...

Свою лепту в происходящее внесли, не могли не внести, конечно же наши российские либералы.

Просто удивительна их способность усугубить любую проблему! «Преступность не имеет национальности!» - вот лозунг, больше похожий на заклинание, который они произносят, как только речь заходит о проверке паспортов у брюнетов. Мол уже в Европу вступили, а все дикость свою показываем. Обижаются также интеллигентные кавказцы, порядочные люди, с многими из которых дружу. Они, как правило, давно живут в Москве. Но им тоже трудно объяснить, что проблему создали не эти пацаны в милицейской форме, о которых с таким омерзением пишет г-н Алиев, а их соплеменники.

На завершение я хочу рассказать об одном случае, иллюстрирующих важную причину националього отчуждения.

Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь внятно с
казал: сами евреи должны правильно понимать и принимать как данность такое свойство характера коренного населения, как подозрительность к тем, кто держится скрытно, особняком, не отвечает на его открытость такой же открытостью. Мой отец много лет работал в Лианозово на вагоноремонтном заводе. Там работала та еще публика - в основном бывшие уголовники, строители канала Москва - Волга, отпущенные вождем за ударный труд ( у меня есть на эту тему рассказ «Последний сеанс», опубликованный в «Новом мире» пару лет назад, есть он и в Интернете в сайте журнала). Не надо объяснять, какой густопсовый антисемитизм царил в этом заводском поселке. Возможно, потому что евреев там и близко не было, ибо им там было лучше не показываться. Но вот, совершенно неожиданно, в этом поселке, называемом Соцгород, высадился целый еврейский десант - уволенные специалисты, инженеры и ученые, из шарашки на Почтовой, где они под присмотром Берии создавали первые отечественные радиолокаторы. Это произошло незадолго до смерти Сталина, общественность тогда находилась под впечатлением от дела врачей - отравителей, и этих спецов сочли неблагонадежными для знания и хранения ими же созданных секретов. Но стране позарез нужны были радары, как ракеты и атомное оружие. И потому было принято соломоново решение: их отправили на этот самый вагоноремонтный завод, где самыми точными инструментами были лом и кувалда, с заданием создать современный радиозавод.

«Контингент» ошалел было от неожиданности, ибо столько «отравителей и вредителей» - одновременно и в непосредственной близости - там еще не видели, и опомнились лишь увидев у себя в руках паяльники. «Агенты сионизма» работали с ними день и ночь, в самом тесном контакте. Выучились пить спирт для промывки контактов и ругаться матом, но, одновременно, научили антисемитов ловить микроны там, где прежде нормальным допуском считалось плюс-минус полметра. И предприятие, на удивление тем, кто уже готовил расстрельные списки за саботаж, заработало. Первые радары появились уже через год. Бывшие уголовники уважительно раскланивались с «Абрамычами» и «Исаакычами», которые были там, как правило, завлабами и ведущими конструкторами, но никогда не занимали «ключевых» должностей вроде директора, главного инженера, парторга и предместкома. (Ими могли быть только члены партии с благонадежным составом крови, закончившие, как минимум, университет марксизма-ленинизма).

Те, кто еще не знал о коренной перемене здешних нравов, теперь запросто могли схлопотать по морде за само слово «жидяра». (Причем самому объекту оскорбления приходилось оттаскивать своих непрошеных телохранителей.) После армии, поступив в вечерний МАИ, я пару лет проработал на этом заводе, там мной командовали уже постаревшие кандидаты и доктора наук Шульман, Тейтельман, Рабинович и Фрумович. Это было самое анти - антисемитское сообщество, которые я когда-либо знал и видел, включая Союз писателей и разного рода дискуссионные клубы московской интеллигенции.

Кстати, один штрих. Спецы с Почтовой всегда предупреждали «контингент» об опасности радиации СВЧ, но те благодушно лезли грудью на излучатели, особенно зимой, чтобы согреться, снисходительно оглядываясь на боязливых «Абрамычей». А потом, искренне недоумевая, умирали от белокровия в относительно молодом возрасте. Что касается «Абрамычей», то многие живы до сих пор, хотя им за семьдесят. Говорят, некоторые еще работают. И сменили по несколько русских жен.

В этой связи вспоминается история с Германом Герингом, у которого в штабе авиации работал генерал Удет. Они вместе воевали в первую мировую войну, давно знали друг друга, и когда за Удетом пришли из гестапо, объявив, что у него еврейские корни, Геринг их выгнал, высказавшись в том духе, что ему виднее, кто у него в штабе еврей, а кто нет.

И уж совсем на закуску эпизод от 6 ноября - почти что праздника трудящихся всех стран.

В этот день по ТВ- в передаче «Акулы пера» показали генерала Макашова на встрече с молодыми журналистами. Он к ним обратился в полном соответствии с моей статьей «Э. Тополь, как зеркало либерального идиотизма в России», будто читал ее : «Не жидитесь, как сказал вам ваш Тополь!» Причем жиды для него начинаются с Горбачева...

Комментарии, думаю, излишни.

С уважением, Юрий Черняков.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?