Независимый бостонский альманах

НАТО: УРОК МЕЖДУНАРОДНОГО ТЕРРОРА

22-10-1999

 РЕЗУЛЬТАТЫ СОГЛАШЕНИЯ ПО КОСОВО

После 72 дней бомбардировок Белград согласился на более тяжелые условия, чем те, которые он отверг накануне войны.

Соглашение подверглось ярым нападкам со стороны Радикальной партии вице-премьера Воислава Шешеля, второй по численности фракции скупщины. Сразу же после голосования (134 проголосовали "за" и лишь 76 -- "против"), Шешель заявил о выходе радикалов из правительства.

В актив российской дипломатии можно занести три момента: упоминание верховенства ООН, под эгидой которой должна проходить вся операция; решение о разоружении Армии освобождения Косово и согласие Запада на присутствие (пусть и незначительное) сербских войск в Косово, в частности для охраны сербских святынь и государственной границы.

Все остальные положения отражают преимущественно позиции Запада. Если прежде речь шла об автономии в составе Сербии, то теперь говорится о "праве автономии в составе Союзной Республики Югославия". То есть фактически речь идет о том, что Косово становится третьим субъектом федерации (наравне с Сербией и Черногорией).

Кроме того, Запад закрепляет за собой право на контроль за послевоенным устройством не только Югославии, но и всего региона, включая не только экономические, но и военно-политические аспекты ("выполнение пакта о стабильности в Юго-Восточной Европе, широкое международное участие с целью развития демократии и экономического процветания, стабильности и регионального сотрудничества"). А это означает долгосрочное присутствие НАТО на Балканах.

По некоторым оценкам, одной только провинции Косово для ликвидации последствий войны потребуется свыше 16 миллиардов долларов. А в целом в Югославии разрушено на многие десятки миллиардов.

(По материалам прессы)

 Додавили сербов. Не столько Милошевича-Милутиновича, сколько Скупщину, да и население тоже. В армии наметилось дезертирство. Вот только что будут делать с вольной партизанщиной Косовской освободительной армии? Это же псы войны, они помимо острой, рисковой жизни мыслить себя уже не могут, и в трудовые пресные будни добровольно не вернутся.
А беженцы? Их же сейчас калачом не заманишь в нищее Косово, они предпочтут палаточные городки и ежедневную пайку калорий, и всеми силами будут стараться быть при западных лабазах. А если еще учесть их, знакомую нам по чеченцам, вспыльчиво-обидчивую "горскую психологию" с закваской на мстительности, так я могу себе представить головную боль западных доброхотов. Плюс юридический казус с признанием головки военными преступниками, в то время как с ними, как с властью, нужно заключать правовые соглашения. Так что кто там проиграл - еще будет видно.

     Редактор "Лебедя".


Авторский коллектив приносит извинения за некоторую отрывочность текста, связанную с наличием закрытых фрагментов. Основная часть таких фрагментов обозначена символом «(...)». Просьба направлять отклики по адресу электронной почты: deliagin@pol.ru.

 

Введение. РЕАЛИИ И ПРОБЛЕМЫ ОДНОПОЛЮСНОГО МИРА
      «Холодная война», рассматриваемая рядом аналитиков как Третья Мировая, завершилась полной победой США и их союзников по НАТО. Принципиально важно, что, хотя она была относительно «мягкой» и носила в основном бескровный, информационный характер, ее последствия для побежденных были значительно более разрушительными, чем последствия Первой и Второй Мировой войн: главный противник США - Советский Союз - был полностью уничтожен как государство, а его обломки и население - необратимо разобщены и ослаблены. Его экономические придатки - т.н. «страны социалистического лагеря» - были решительно и эффективно превращены в экономические придатки стран-победителей.

Таким образом, несмотря на меньшую жестокость по отношению к отдельным людям средств ведения «холодной», то есть «информационной», войны, эти средства доказали свою качественно большую эффективность, то есть жестокость по отношению к обществам. Это было достигнуто за счет переноса центра тяжести с физического уничтожения противника на изменение его сознания, то есть на его идейное и психологическое уничтожение.

Осознание последствий этого для военного дела произошло достаточно быстро: военная доктрина США стала исходить из необходимости достижения «информационного превосходства» над противником как первого этапа военных действий, лишь по достижении которого можно переходить к обеспечению превосходства в воздухе, то есть к традиционной войне.

Осознание внешнеполитических последствий победы и предоставленных возникновением «однополярного мира» прав и возможностей, напротив, затянулось. В полном объеме США смогли обобщить результаты своих побед лишь в 1997 году. (...).

«Гуманитарная акция» по уничтожению Югославии, начатая в марте 1999, интересна именно тем, что явилась хотя и не первым, но наиболее выразительным и ярким результатом осознания однополярности сложившегося мира.

Действия США и их вассалов по НАТО, впервые в полном объеме воспользовавшихся своими возможностями, убедительно демонстрируют человечеству новые правила международной жизни. Они основаны на абсолютном финансовом, технологическом, пропагандистском (шире - информационном), управленческом и военном уже не превосходстве, а господстве США, что обеспечивает им полное доминирование и в сфере политики.

Подобное соотношение сил делает в принципе ненужной дипломатию (о бессмысленности которой при наличии «большой дубинки» так убедительно говорит М.Олбрайт) и международное право как таковое, ибо любое серьезное желание реализуется прямым действием (неважно, информационным или военным). «Юристы - это для слабых». Такой подход делает ненужным признание за окружающими странами и народами каких-либо прав: любые, даже самые фундаментальные человеческие права (в том числе на жизнь) признаются США де-факто, - а значит, и существуют - только в той степени, в которой не противоречат сиюминутно понимаемым «национальным интересам США».

Доминирование США делает «политическую цену» жизни одного американца неизмеримо выше такой же цены десятков тысяч граждан других стран. Сухопутное вторжение в Югославию позволит соотнести «политическую цену» жизни граждан США и стран НАТО, однако воля американского руководства в проведению такой операции при наглядном стремлении рисковать жизнями не американцев, а представителей других стран НАТО, дает представление об ответе на этот вопрос.

Фактически такой подход возрождает забытый после Второй Мировой войны в развитых странах деление людей - правда, уже не по цвету кожи, а по степени лояльности правительств их стран к руководству США. Люди «первого сорта» - американцы: ценность их жизней абсолютна. Смерть даже десятка граждан США, по оценкам, может резко изменить отношение руководства США к войне. Люди «второго сорта» - граждане развитых стран - членов НАТО. Их жизни имеют ценность, но она недостаточна для влияния на принятие решений (ибо сегодня вопросы мировой политики и даже внутренней политики многих стран решаются исходя из соотношения сил во внутренней политики США). Остальные, по-видимому, являются в глазах американского общества некоторым аналогом недочеловеков - «унтерменшей» гитлеровской Германии.

Сходство этого мировоззрения с фашизмом шокирует, но оно бесспорно. Точно так же, как гитлеровских убийц оправдывало в их глазах расовое превосходство, сегодняшних натовских преступников оправдывает принадлежность к более демократической (то есть более развитой, более сильной) стране. Людоедское в своей простоте объяснение правоты пилота натовского самолета, уничтожившего колонну албанцев за то, что они пытались вернуться к своим очагам в Косово, простым фактом принадлежности к «силам демократии» - не оговорка, а честное выражение фундаментальной идеологической установки на то, что людьми в полном смысле этого слова являются только жители развитых стран, а остальные - «недочеловеки», неразумные туземцы, которых нужно приводить к удобному для себя виду всеми средствами, вплоть до прямого истребления.

То, что в начале этого века звалось «бременем белого человека», в его конце называется «бременем демократии».(...)

Таким образом, разрушение мирового баланса сил после полной победы НАТО в «холодной войне» поставило человечество на грань возвращения в средневековое варварство.

Моральное осуждение подобной практики со стороны заведомо более слабых стран, даже внутри самой НАТО, если и сможет проявиться, будет иметь еще меньше значения, чем 60 лет назад. Ведь США и их соучастники (в первую очередь Великобритания и Германия) обладают абсолютным превосходством на информационном поле и фактически формируют мировое общественное мнение, о чем доктор Геббельс не смел даже мечтать.

Необходимо уточнить: сегодняшние США и НАТО являются прямой угрозой остальному человечеству не из-за аморальности своей политики. Многие государства, в том числе и члены НАТО, обходятся со своими или чужими гражданами с не меньшей жестокостью, чем США и НАТО - с гражданами Югославии.

Угроза, исходящая от США и НАТО, исключительна не по причине какой-то особой аморальности их лидеров, но только из-за исключительности их потенциала, позволяющего безнаказанно совершать практически любые преступления. Полное отсутствие силы, уравновешивающей агрессоров, сохранит это положение до тех пор, пока процессы внутреннего развития (интеллектуальное, административное и психологическое перенапряжение из-за «сверхответственности» и следствия этого - замедление технологического развития, деградация управления и др.) не позволят остальному человечеству создать убедительный противовес новому, постиндустриальному фашизму.

Пока же формирование нового миропорядка на основе изложенных правил является беспрецедентным в истории мировой цивилизации вызовом, брошенным небывало узкой и небывало более сильной частью человечества его небывало широкой и небывало более слабой части. Этот вызов столь же однозначен и оставляет его жертвам так же мало вариантов возможных ответов, как и тот, что был брошен гитлеровской Германией и ее союзниками сталинскому Советскому Союзу 22 июня 1941 года.

Цель настоящего исследования - извлечение из агрессии США и НАТО максимальных уроков, пригодных для выработки Россией адекватного ответа на вызов, брошенный в том числе и ей.

 

РАЗВИТЫЕ СТРАНЫ: НОВЫЕ ЦЕЛИ И НОВЫЕ МЕТОДЫ ИХ ДОСТИЖЕНИЯ
      Главной официальной целью натовской агрессии против Югославии является защита албанского населения Косово от притеснений сербов и предотвращение «гуманитарной катастрофы», которая якобы могла произойти в результате этих притеснений. Лживость такой мотивировки в целом уже ясна даже общественности самих натовских стран, однако полезно еще раз подчеркнуть наиболее важные моменты:

Сами притеснения со стороны сербов были спровоцированы странами НАТО, в первую очередь США, которые последовательно подогревали активность заурядного сепаратистского движения косовских албанцев.

Значительно более серьезные притеснения против национальных или религиозных меньшинств своих стран осуществляли и осуществляют многие страны мира, включая членов НАТО - Великобританию (Ольстер) и Турцию, применявшую (так же, как и режим Саддама Хусейна) против курдов даже химическое оружие. На территории бывшей Югославии значительно более жестокие, чем в Косово, методы применяли, например, власти Хорватии. Однако недовольство США (не говоря уже об агрессии) вызвали только сербы.

Агрессия НАТО не то что не предотвратила, а, напротив, сама по себе стала главной, если не единственной причиной гуманитарной катастрофы в Косово. Ни в коей степени не оправдывая практику этнических чисток, надо отметить, что руководители США, как страны, одной из первых применившей этот метод (после нападения Японии на Пирл-Харбор все японцы, жившие в США, были вне зависимости от гражданства брошены в концлагеря, где находились до конца войны), лучше других должны были понимать неизбежность этнических чисток в отношении людей, официально названных агрессорами причиной нападения.

Вызывает сомнения сам факт действительно широкомасштабных этнических чисток в Косово. Сообщения о них основаны на словах самих косоваров, связанных племенной солидарностью, зависимых от НАТО и запуганных наркотеррористами из поддерживаемых НАТО группировок. Факты же говорят о другом: 120 тысяч косовских албанцев бежало на территорию Югославии! Большее их количество бежало только в саму Албанию. Немыслимо, чтобы жертвы этнических чисток бежали к своим палачам. Следовательно, люди бежали не от чисток, а от бомбежек НАТО, интенсивность которых была наибольшей именно в Косово. Таким образом, главной причиной гуманитарной катастрофы на Балканах является именно преступная агрессия, развязанная США и НАТО, причем сама гуманитарная катастрофа была одной из целей агрессоров (иначе интенсивность бомбардировок мирных объектов не была бы максимальной именно в «спасаемом» Косово, и натовцы не препятствовали бы албанцам возвращаться в свои села). Вероятное объяснение последнего заключается в маргинализации косовских албанцев как народа, которая обеспечит быстрый приток десятков тысяч в нормальных условиях мирных людей в ряды боевиков, призванных частично заместить войска НАТО в сухопутном вторжении, особенно в наиболее опасных операциях, и таким образом качественно снизить уровень их потерь.

Таким образом, прокламируемые цели агрессии не имели отношения к действительности. (Авторы обладают достаточной информацией, чтобы не испытывать ни малейшего сочувствия к Милошевичу и его режиму, однако он не лучше и не хуже многих режимов, не замечаемых или прямо поддерживаемых США. Приведенные выше положения наряду с другими убедительно доказывают, что агрессоры равнодушны к характеру югославских властей (исключая разве что национализацию заводом влиятельного американского предпринимателя, бывшего премьера Югославии Панича) и используют ссылки на их действия только для оправдания собственных действий и маскировки собственных интересов).

Каковы же были цели, ради достижения которых США и НАТО пошли на попрание всех норм международного права, официальное выделение средств на свержение законного правительства суверенного государства и прямой союз с наркомафией, доходящий до обучения наркопартизан натовскими инструкторами и, возможно, совместным участием в боевых действиях?

Каковы же были цели, ради достижения которых, еще до перехода операции «в активную стадию» уже были совершены фактически преступления против человечества, в принципе аналогичные тем, за которые 53 года назад были по приговору Международного трибунала в Нюрнберге торжественно казнены уцелевшие лидеры одного из нынешних членов НАТО?

Надо оговориться: несмотря на жестокость и эффективность политики США и НАТО, не следует считать их всеведущими и всемогущими людоедами. Совершенно очевидно, что они грубо ошиблись, нападая на Югославию, недооценив масштабы войны, которую они надеялись завершить в течение месяца, и, соответственно, масштабы своих преступлений.

Косвенным подтверждением ошибки является то, что понадобилось два месяца непрерывных бомбежек, убийство тысяч и изгнание сотен тысяч ни в чем не повинных людей, чтобы непосредственный инициатор этого кошмара, президент США У.Д.Клинтон признал наконец осуществляемую под его руководством террористическую агрессию «войной», а не обычной «гуманитарной акцией», ничем в принципе не отличающейся от «гуманитарной помощи» России американским зерном. (...)

Главная задача, которую решали США, начиная агрессию против Югославии, находилась в сфере глобальных финансов и заключалась в дестабилизации евро и исключении возможности его превращения во вторую мировую резервную валюту.

Напомним, что введение евро грозило резким сокращением мировой потребности в долларах за счет таких основных механизмов, как:
изменение структуры золотовалютных резервов в пользу доллара, намеченное во многих странах мира, включая Китай;
сокращение долларовых резервов стран еврозоны;
перевод в евро части традиционно осуществляемых в долларах внутренних расчетов стран еврозоны (только перевод на евро внутриевропейских расчетов на нефтяном рынке привело бы к высвобождению около 100 млрд.долл.);
в перспективе - и перевод в наличные евро части наличных долларовых сбережений и оборотных средств во всем мире

Массовый приток долларов в экономику США привел бы в этом случае к ее необратимой дестабилизации и деградации.

Анализируя влияние введения евро на финансовую систему США в августе 1998 года, специалисты ИПРОГа указывали на жизненную необходимость для США осуществления дестабилизации экономик третьих стран в целях повышения с их стороны спроса на доллары и «впитывания» ими высвобождающейся из-за введения евро долларовой массы. Справедливость этих прогнозов подтвердили осенне-зимние события в Бразилии, однако возможности этого механизма изначально были ограниченными, а издержки на его реализацию - чрезмерными.

В связи с этим специалисты ИПРОГа сосредоточили свое внимание на уязвимости еврозоны по отношению к дестабилизирующим воздействиям на ее периферию и особенно на смежные с ней «неустойчивые» страны. Вместе с тем, указывая на качественное доминирование США в современном мире, авторы доклада не сделали из него должных выводов и сосредоточили свое внимание на традиционных финансово-экономических и политических ударах, полностью исключив из рассмотрения военную сферу.

Приходится признать: интеллектуально-управленческое преимущество США проявилось и в том, что их специалисты и лидеры смогли перешагнуть рамки привычных представлений и решительно ввести мир в новую эру, - эру свободного и не сдерживаемого ничем волеизъявления США.

Сегодня, в отличие от осени 1998 года, США больше не нужен Сорос (чем во многом объясняется его обиженность на современный капитализм и доктринерские попытки навязать миру глобальный финансовый Госплан на основе американской ФРС), ибо они сокрушают финансовые системы, потенциально способные противостоять им, непосредственно - при помощи грубой военной силы и мощного информационного воздействия, не прибегая более к услугам относительно независимых финансовых операторов.

(....) Еще в конце 1998 года был сделан вывод о том, что гарантированную защиту доллара от конкуренции со стороны евро может обеспечить только достаточно разрушительная и болезненная война в Европе, ведущаяся с активным участием европейских стран НАТО. Было рассмотрено два варианта (...). Наиболее эффективной была признана война против Югославии из-за притеснений албанцев в Косово и венгров в Воеводине.

Гуманитарная напряженность и сотни тысяч беженцев, тесно соприкасавшихся у себя на родине с организованной преступностью и наркомафией, очаг долговременной напряженности в центре Европы, значительные разрушения и экологическая катастрофа, - все это надежно дестабилизировало экономику Европы и ограничило потенциал евро на ближайшие годы статусом не более чем региональной валюты.

В последнее время приходится сталкиваться с мнением, что европейские члены НАТО были втянуты в преступную агрессию против Югославии чуть ли не обманом и не понимали последствий своих действий для будущего евро.(...)

Недостаточность этого мнения состоит в том, что оно крайне односторонне учитывает особенности европейского капитала и, соответственно, европейского мышления (за исключением Англии - здесь более разумно говорить скорее о «континентальных» капиталах и мышлении). Ведь, если капиталы США действуют на глобальных финансовых рынках, то континентальные капиталы более близки к реальному сектору и не отрываются от него совсем, как их американские партнеры. Поэтому они действительно могли не видеть последствий югославской войны для евро, - но при этом они рассчитывали на реализацию с ее помощью своих специфических интересов.

Наиболее наглядным проявлением ограниченности континентального сознания является поразительный уровень беспечности, проявленный при введении евро. Так, специалистам ИПРОГа не удалось найти прямых признаков проведения не то что комплексного количественного, но даже простого качественного анализа последствия введения евро для стран еврозоны и их внешних связей. (...) Строго говоря, возникновение глобального финансового противоречия еврозоны с США в результате введения евро, возможно, вообще всерьез не анализировалось странами еврозоны.

Однако другим следствием отдаленности континентального сознания от проблематики глобальных финансов является специфическая система мотиваций, также неблагоприятная для Югославии. (....) Развитые страны Европы нуждаются в объекте широкомасштабного и эффективного инвестирования. Эта потребность усиливается, с одной стороны, расширением инвестиционных ресурсов после сокращения внутренних банковских резервов еврозоны, вызванного переходом на евро, а с другой - сокращением сферы потенциального инвестирования после дестабилизации развивающихся стран. (Последняя является результатом как глобальной тенденции к усилению разрывов в развитии, вызванной переходом к новому поколению технологий, так и конкретных действий американских капиталов по захвату командных высот в перспективных национальных экономиках; классическими примерами являются дестабилизация с последующим «освоением» Южной Кореи и Бразилии).

В этих условиях реализация нового «плана Маршалла», то есть масштабных инвестиций в разрушенную (то есть идеально подготовленную к модернизации) экономику при полном политическом контроле и баснословной дешевизне квалифицированной рабочей силы, является для развитых стран Европы исключительно благоприятной перспективой.

А чтобы реализовать план Маршалла в какой-либо стране, ее нужно соответствующим образом к этому подготовить, и механизм такой подготовки полвека назад создали именно США - ковровыми бомбардировками Германии и Японии. По этому проторенному пути, доказавшему свою историческую целесообразность, и двинулась современная Европа - и голоса о необходимости нового «плана Маршалла» для послевоенной Югославии уже звучат.

(...) Таким образом, нападение на Югославию стало возможным потому, что оно соответствовала насущным интересам не только США, но и европейских стран - членов НАТО. Поэтому не следует надеяться на то, что некоторые разногласия, наблюдаемые в НАТО, перерастут в раскол без значительных потерь, связанных с сухопутным вторжением: каждый участник агрессии, как бы ни старался он «сохранить лицо» намеками о своей «особой позиции», успешно преследует собственный интерес.

(...) При этом последний в полном соответствии с т.н. концепцией «непрямого действия» не имеет практически никакого отношения к официально заявляемым причинам агрессии. Основная проблема практической реализации этой концепции (т.н. «капкан непрямого действия») состоит в том, что по достижении цели нет никаких видимых оснований прекращать осуществляемое действие. Так в Югославии: цель войны достигнута, она потеряла смысл для США и НАТО, но завершить «просто так» ее невозможно.

(...) В результате приходится непрерывно наращивать удары и переходить от уничтожения легко восстанавливаемой информационной инфраструктуры к ликвидации на порядок более капиталоемкой транспортной (в том числе чтобы не допустить дальнейшего бегства косовских албанцев в Югославию, мещающего мифу о тотальных этнических чистках), а затем и еще более дорогостоящих энергетической и коммунальной инфраструктур, что отбрасывает Югославию в пещерный век и существенно снижает ее послевоенную инвестиционную привлекательность, подрывая тем самым насущные интересы европейской части агрессоров.

Это принципиально важный для понимания современной политики США нюанс: для них первичными являются отношения не союзничества, но глобальной конкуренции. В соответствии со своим положением сверхдержавы они склонны рассматривать отношения союзничества преимущественно как инструмент, позволяющий им произвольно и безнаказанно ущемлять интересы своих младших партнеров, обеспечивая себе таким образом безоговорочное преимущество над ними в международной конкуренции. Особенно эффективным является такое ущемление, если оно проводится в процессе достижения «общих задач».

Наиболее ярким примером подобной деятельности, наряду с целенаправленным снижением послевоенной инвестиционной привлекательности Югославии, следует признать хакерскую войну США против крупнейших европейских банков, развязанную под предлогом уничтожения счетов Милошевича. Это такой же (и столь же эффективный) акт международной конкуренции путем дискредитации европейских банков, смеющих конкурировать с американскими, как и широкомасштабная кампания по раскрытию тайны вкладов швейцарских банков (подорвавшая представления об их надежности при помощи безукоризненно нравственного поиска вкладов жертв нацизма), не говоря уже о кампании по обвинению японских финансистов в связях с мафией (по завершении скандала обвиняемые финансисты были приняты на работу в американские банки - конкуренты тех банков, в которых они работали).

(....) Подводя итог, зафиксируем: Югославия подверглась неспровоцированной агрессии и фактически уничтожению по причинам, не имеющим к ней как таковой никакого отношения. Поэтому вместо нее - «в неудачном месте и в неудачное время» - могла и еще может оказаться любая другая страна.

Эта опасность сохраняется потому, что США, помимо четко осознаваемых ими интересов, ведет и, по-видимому, не осознаваемый ими (в первую очередь из-за своей постыдности: здесь американцам мешает гордость) «комплекс сверхдержавы». В самом деле: сверхдержава по определению существует за счет предоставления своим «младшим партнерам» военно-политической защиты в обмен на ослабление экономической конкуренции со стороны последних. При этом она получает двоякий выигрыш: сиюминутный - из-за ослабления конкуренции, стратегический - из-за сосредоточения на разработке военных проблем, обеспечивающих, как показывает общая теория технологий, наибольшую скорость и эффективность технологического прогресса.

Следствием изложенного, полностью подтвержденным историей, является органическая потребность сверхдержавы в наличии врага, причем идеальный враг должен быть, с одной стороны, уязвимым и не представляющим реальной угрозы, с другой - достаточно авторитетным.

После того, как Россия лишится своих межконтинентальных ракет с ядерными боеголовками, она при сохранении прочих тенденций и мотиваций станет идеальным «врагом сверхдержавы», которую вне зависимости от ее интересов и поведения ждет судьба сегодняшней Югославии.

Традиционно время сохранения межконтинентальных ракет России оценивают в 5, а то и в 7 лет - исходя из физического состояния этих ракет. Однако одним из важнейших практических выводов специальной теории технологий является то, что время инерционного развития сложных систем в общем случае равно квадратному корню из времени инерционного развития их центрального элемента, изолированно рассматриваемого в качестве простой системы.

Применительно к конкретному случаю это означает, что реальный «порог военной безопасности» для России составляет не 5-7, а два, максимум три года. К содержательным причинам относятся, среди других, общая деградация систем общественного управления, повышающая вероятность досрочной нейтрализации средств сдерживания в результате принятия ошибочных управленческих решений, а также растущая по мере развития систем высокоточного оружия уязвимость прежних - централизованных, а не сетевых - систем управления средств сдерживания, уничтожение которых делает применение этих средств технически невозможным.

Таким образом, по истечении 2-3 лет (то есть в 2001-2002 гг.) Россия при сохранении основных тенденций мирового и внутреннего развития с весьма высокой вероятностью окажется объектом военной агрессии со стороны США и других стран НАТО, осуществляемой по их внутренним, скорее всего не связанным напрямую с нею причинам.

Продолжение в след. номере

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?