Независимый бостонский альманах

РОССИЙСКИЙ РАЗЛИВ

11-03-2001

 Хочу вернуться к метаистории, как она виделась известному поэту, писателю и мыслителю Даниилу Андрееву (сыну писателя Леонида Андреева). Многие знакомы с его главным трудом "Роза мира" - он был издан 100-тысячным тиражом еще в 1991 году, потом было еще одно издание, потом двухтомник.
Сейчас существует фонд Даниила Андреева, несколько сайтов воспроизводят его "Розу мира" (открываются трудно и долго). Есть сайт Фонда, в котором важную роль играла вдова Даниила Андреева Алла Александровна Андреева (она - против интернетовских копий "Розы мира", да и вообще против Интернета).
В нижеприводимом отрывке (а потом в мыслях Аллы Александровны, - я выбирал их из нескольких источников и компоновал) есть ряд необычных терминов самого Даниила Андреева вроде Жругр, уицраор, Гагтунгр. Как я понимаю, - это подсознательные влечения людей или (в других случаях) , сверхличностные метаисторические сущности вроде идеи государственности, которым Андреев придавал статус онтологической реальности и которые только и могут объяснить некоторые загадки исторического процесса. Ниже - как раз место из Книги (раздела) 8, главы 3 ЗАПОЛНЕНИЕ ПРОСТРАНСТВА МЕЖДУ КУЛЬТУРАМИ (название "РОССИЙСКИЙ РАЗЛИВ" - мое) , посвященной одному малопонятному процессу в российской истории, а именно - стремлению занять все более обширные пространства, когда за спиной еще оставались огромные неосвоенные земли.

Валерий Лебедев

Daniil AndreevКакими импульсами создавалось то гигантское географическое целое, тот странный конгломерат пустынь, тундр, плодороднейших густонасёленных областей, огромных городов и необозримой тайги, которое, в общих чертах, совпало с границами российского сверхнарода?

Задаваясь таким вопросом, нельзя, конечно, не вспомнить некоторых эпох всемирной истории, когда народ или сверхнарод переходил из состояния географической замкнутости в состояние стремительной экспансии. Историческая наука выдвинула в качестве объяснения таких феноменов ряд остроумных соображений о географических, социально-политических и в особенности об экономических причинах. Однако можно усомниться в том, только ли недостаток годных для обработки земель толкнул арабов, на протяжении веков довольствовавшихся прозябанием на своем полуострове в виде разрозненных племен — к ошеломляюще быстрому объединению и к молниеносной, головокружительной экспансии; экспансии, похожей на развернувшуюся пружину, на излияние лавы из кратера, на ураган; экспансии, и не подумавшей остановиться на захвате богатых и плодородных соседних стран, но в какие-нибудь пятьдесят лет захлестнувшей территорию от Гвадалквивира до Инда.

Позволительно задать также вопрос, почему же, в конце концов, именно в Западной Европе экономика сложилась на рубеже XVI века столь беспрецедентно и изумительно, что впервые за всю человеческую историю два сверхнарода — романо-католический и северо-западный — одолели океан, залили Америку, втянули в свою орбиту Африку, открыли и частично подчинили своей цивилизации древние культуры Востока? Оставаясь в пределах системы экономических и социально-политических мотиваций, нам придется ответить пожиманием плечей и разведением рук на простой вопрос: отчего социально-экономическая конъюнктура, эту экспансию вызвавшая, сложилась за всю историю многочисленных культур человечества только один раз и в одном месте? Если же подобная конъюнктура сложилась хоть раз еще где-нибудь, например в Китае, то почему она не возымела тех же результатов? — Оказывается, не грешно сохранить долю сомнения в исчерпывающей силе социально-экономических объяснений и даже заподозрить в подобных исторических явлениях наличие некоего фактора, не покрываемого сетью исторической причинности, — фактора иррационального.

Это сомнение и подозрение перерастают в огромный вопросительный знак, коль скоро дело переходит к проблеме русской экспансии на Восток в конце XVI и в XVII столетии.

XVII век вообще задал исторической мысли немало загадок, и одна из самых глубоких заключается в следующем: почему и ради чего, какими именно социально-экономическими причинами понуждаемый, русский народ, и без того донельзя разреженный на громадной, необжитой еще Восточно-Европейской равнине, в какие-нибудь сто лет усилиями отнюдь не государства, а исключительно частных людей, залил пространство, в три раза превышающее территорию его родины, пространство суровое, холодное, неуютное, почти необитаемое, богатое только пушниной да рыбой, а в следующем столетии перешагнул через Берингово море и дотянулся до Калифорнии?

Конечно, усиливавшаяся крепостная эксплуатация выбрасывала тысячи людей на восточные, незаселенные окраины, где им приходилось изыскивать средства к существованию. Но разве Урал и Западная Сибирь не были достаточно обширны, чтобы вместить и прокормить население в десятки раз большее, чем казацкие дружины, переваливавшие через Каменный Пояс при Грозном, Борисе или Алексее Михайловиче? Отчего эти крестьяне (а казаками становились ведь в подавляющем большинстве именно крестьяне) не брались на новых плодородных местах за свой привычный труд, а переходили на охотничий промысел — промысел, ставивший их, по условиям сбыта продукции, в тяжелую зависимость от купцов и от государства? — Народ бежал от гнета помещиков. Так. Бежал. Но почему же нельзя было остановиться и прочно обосноваться на Оби, на Иртыше, на Ангаре, где никаких помещиков никогда не водилось, а требовалось бежать дальше и дальше, бежать не от погони, которой не было, а — неизвестно от кого, неизвестно зачем и неизвестно куда, в непробудную глухомань, через исполинские реки и непролазную тайгу, через районы, занятые инородцами, оказывавшими сопротивление, и, добежав, наконец, до Тихого океана, не успокоиться даже и там, а перепрыгнуть в Америку?

Русских казаков, дескать, привлекали изобилие зверя и рыбные богатства Дальнего Востока. Да, привлекали. Но не одни ведь русские знали, что рыба — вкусная вещь; не одни же русские носили меха и торговали ими. Почему же, странное дело, эти самые богатства не привлекали, например, китайцев, обитавших к ним гораздо ближе, в культурном отношении стоявших в XVII веке бесспорно выше русских и к тому же страдавших от перенаселенности в своей стране?

На все эти вопросы, сами собой напрашивающиеся еще на школьной скамье, невозможно добиться ответа потому, что из факторов, с которыми удостаивает иметь дело современная наука, этого ответа не извлечёшь; фактор же, этот ответ в себе заключающий, остается вне поля ее зрения. Это тот самый фактор, который, в его нарочито упрощенном понимании принято, пренебрежительно морщась, называть психологическим и без учета которого вся история превращается не только в мертвую схему, но в прямую подделку науки — подделку, прикрывающую свою неспособность отвечать на элементарный вопросы или догматическими разглагольствованиями, или притворным незамечанием этих вопросов.

Не будем пугаться слов. Да: избыток телесных сил и мужание народного духа, в котором, при неутраченной еще до конца внутренней цельности, пробуждается стремление вдаль, — вот, в психологическом плане, проявление этого иррационального фактора в разбираемую нами эпоху. Что же это за непреодолимый зов, увлекавший землепроходцев дальше и дальше? Что это за непонятный инстинкт (употребим уж этот таинственный термин, более загадочный, чем "эфир" в физике недавнего прошлого)?

Но нет никакой необходимости представлять себе инвольтацию демиурга непременно в виде головокружительного озарения или потока ослепительных образов. Напротив: такая форма инвольтации — или инспирации — явление далеко не частое. Оно предполагает развитую личность, яркую индивидуальность, даже некую специфическую одаренность, близкую отчасти к художественной, но не идентичную ей: скорее, это один из видов одаренности религиозной. Демиургическая же инвольтация "человека массы" знает совсем иные пути. В такой душе демиург не бушует подобно буре; такому уму он не внушает никаких огромных идей, не распахивает перед такой душой ни космических панорам, ни этических горизонтов. Он совершает другое: он поднимается из глубин души бессловесным, грозным и не прорекаемым зовом Бессознательного.

Голосами Бессознательного говорят с человеком массы и другие инстанции: каросса (кароссы - локальные, связанные с отдельными нациями или сверхнародами проявления великой стихиали человечества, Кароссы обладают эквивалентом сознания и воли) , уицраор (уицраоры - могущественные, разумные и крайне хищные существа, обитающие в слоях, смежных со шрастрами. С точки зрения человека, это - демоны великодержавной государственности. Их очень немного. В метаистории уицраоры играют огромную роль, противоречивую и двойственную), Соборная Душа народа, даже Велга (Велга- имя великого демона женственной природы, виновника катастрофы, некогда постигшей человечество Лунной брамфатуры. Брамфатуры - это системы, слои вокруг планет, объединенные общностью процессов, протекающих в их слоях), долгое время находясь в полуизоляции, враждуя и с Провиденциальными силами, и отчасти с Гагтунгром (а это - имя планетарного демона нашей, земной брамфатуры. Он обладает тремя лицами, как и некоторые другие из крупнейших иерархий. Первая ипостась Гагтунгра - Великий Мучитель Гистург, вторая - Великая блудница Фокерма, третья - великий осуществитель демонического плана Урпарп, называемый иногда Принципом формы. Различить эти голоса можно только по характеру пробуждаемых ими чувств и внушаемых ими деяний).

А деяния, внушавшиеся землепроходцам, сводились к одному —- только к одному, но великому: силами нескольких сотен богатырей захватить и закрепить за сверхнародом российским грандиозные пространственные резервы — всю пустующую территорию между массивами существующих ныне на земле культур. Ни один казак, ни один герой сибирских завоеваний этого, конечно, даже приближенно не понимал. Перед каждым возникала не эта общая историческая цель, а мелкая, частная, конкретная: бороться за свое существование путем устремления на Восток за горностаем, за белкой, за соболем. Всего этого имелось в изобилии в уже захваченных местах; но остановиться почему-то было невозможно. Этому мешали дикие запахи с неведомых пустошей Востока, ударяющие в ноздри и пьянящие как вино. Этому мешало курлыканье журавлей, трубные клики оленей — напряженные, страстные, вольные голоса звериного мира. Этому мешала синеватая дымка, затуманивавшая на востоке дремучий лесной горизонт. Этому мешали бездомные ночлеги, костры, лица и рассказы товарищей, песни, удалая жизнь. Даже само солнце мешало этому, поднимаясь над таинственными восточными просторами, словно указывая молча путь и цель. Главное же — мешала собственная кровь, учившая именно так понимать голоса ветра и солнца, зверей и птиц, — кровь, гудящая по жилам властным призывом вдаль, внеразумным и провиденциальным хмелем бродяжничества.

Да это даже не психология, это просто поэзия! — скажет кто-нибудь. Что же, разве историческая наука выше поэзии, чтобы позволять себе смотреть на нее свысока? А если они равноценны, если они должны друг друга оплодотворить, то закономерна не только история поэзии, но и поэзия истории. В особенности же не стоит иронизировать над поэтическим элементом в истории тому, кто без привлечения на помощь этого элемента не сумел ответить на поставленные вопросы ничем, кроме словесного топтания вокруг них или же стыдливого молчания.

Показательно, что демон государственности долгое время оставался в стороне от движения землепроходцев. Это видно хотя бы по той безучастности, с какой Российское государство взирало на занятие русским народом огромных земель на Востоке. Когда это движение началось, Первый Жругр (Жругр - российский уицраор) был поглощен другим: санкция демиурга была утрачена и самое существование уицраора клонилось к концу. Тут было уж не до Сибири. Второй же Жругр ( на протяжении всех трех столетий своего существования понимал просторы Азии только как второстепенную статью государственного обогащения. Поразительно, что вплоть до XX столетия он так и не понял, зачем, собственно, история и его собственный народ обременили его Сибирью и Дальним Востоком. И когда пушной промысел перестал играть в государственных доходах заметную роль — Сибирь превратилась в место ссылки, а Русская Америка была продана. Что сказал бы Петр, этот великий флотостроитель и морелюбец, если бы мог знать, что через двести лет, в 1925 году, его преемники все еще не будут иметь военного, да в сущности и гражданского флота на Тихом океане? А Петр бессознательно понимал больше, чем демон государственности. Он понимал, например, что для чего-то нужно (неизвестно, собственно, зачем именно) осуществить такое грандиозное предприятие, как Великая Северная экспедиция. Подобного предприятия не замышлял и не проводил ни один европейский монарх ни в XVII, ни в XVIII, ни даже в XIX столетии. Нет данных, однако, предполагать, что Петр ясно отдавал себе отчет в смысле и цели такого предприятия. Во всяком случае, колоссальные расходы, которых оно потребовало, не могли окупиться ничтожными экономическими выгодами, даже если бы русским кораблям удалось пробиться в Индию через Ледовитый океан. А бросать деньги на затеи, не сулящие большой государственной выгоды, Петр не любил. Но дело в том, что Петр I, как стремлюсь я показать в следующей главе, был не только проводником воли демона государственности: через него больше, чем через всех других русских государей нового времени, волил демиург, и если мы откажемся видеть плоды его инспирации в целом ряде деяний Петра, мы ничего не поймем в русской истории последних столетий.

Итак, волнение демиурга явственно сказалось в занятии русскими североазиатских пространств, обширных и почти пустых. Но почему он так торопил этот процесс? Чтобы не опередили другие? Но кто же? Китай? Но Китай до XX века не мог овладеть как следует даже Маньчжурией. Англия? Но Англию Сибирь не привлекала ни раньше, ни после. Япония, Соединенные Штаты? Но экспансия этих государств началась только на рубеже XX века.

Мы не можем знать, во избежание какого зла демиург ускорял закрепление за своим сверхнародом этих территорий. Предвидел ли он все же возможность их захвата каким-нибудь чужеземным завоевателем? Или не исключена была возможность образования в Сибири самостоятельного государства, сильного, способного к обороне и наступлению, что повлекло бы за собой цепь лишних трудностей, жертв, кровопролитий? Все это — предположения, не опирающиеся ни на какой метаисторический опыт, следовательно, лишенные какой бы то ни было цены.

Но достаточно очевидно, что превращению России из окраинной восточноевропейской страны в великую евразийскую державу, заполняющую все полое пространство между Северо-западной, Романо-католической, Мусульманской, Индийской и Дальневосточной культурами (то есть между почти всеми культурами, ныне существующими) Яросветом придавалось особое значение. Можно догадываться, что это имело отношение ко всемирно-историческому назначению России и что эти пространственные резервы должны послужить ареной для тех творческих деяний сверхнарода, свидетелем которых явится XXI или XXII век. Культура, призванная перерасти в интеркультуру, может осуществить свое назначение, лишь тесно соприкасаясь со всеми культурами, которые она должна ассимилировать, объединить и претворить в планетарное единство. Если сверхнарод предназначен стать реактивом, трансформирующими себя, и все сверхнароды мира в духовно единое Человечество, то ему должны быть уготованы пространства, соответствующие размаху его борьбы, его идей и творческого труда.

Алла Александровна Андреева

Автор "Розы Мира" — Даниил Леонидович Андреев, сын знаменитого русского писателя предреволюционной эпохи Леонида Андреева, родился 2 ноября (по новому стилю) 1906 года в Берлине. Мать, любимая всеми Александра Михайловна Велигорская, скончалась от послеродового заболевания. Осиротевшего ребенка взяла тетка, Елизавета Михайловна, жена московского врача Филиппа Александровича Доброва. В этой семье он и жил как родной сын.

Гимназия, законченная уже как советская школа. Университет для сына "непролетарского" писателя оказался закрытым. Даниил Леонидович закончил Высшие литературные курсы. С окончанием этих курсов совпало ясное понимание несовместимости своего поэтического дара с требованиями реальной жизни тех лет. Поэтому для заработка Даниил Леонидович стал художником-шрифтовиком, а творческой работе над стихами и прозой, которые не могли увидеть свет, были отданы ночи.

Я вышла замуж двадцати двух лет за друга Даниила, художника Сергея Николаевича Ивашова-Мусатова. Ну и первым человеком, с которым мой муж меня познакомил, был Даниил Андреев. Но с Даниилом мы поженились через семь лет, когда моя жизнь с Сережей полностью развалилась. Тогда Даниил был на фронте и вообще много чего произошло. Он вернулся осенью сорок четвертого года с фронта, и с этих пор мы были вместе, а в апреле сорок седьмого нас арестовали. Дружба Даниила с Сергеем ничем не была нарушена, они оставались друзьями, и я была до самой смерти Сережи в очень хороших с ним отношениях.

Возвращаясь к Даниилу Андрееву... В детстве он сочинял истории планет, которые где-то есть во Вселенной, рисовал карты придуманных им стран, полные удивительными названиями рек, городов, морей. Сочинял династии царей, полководцев, мореплавателей. И все это вперемешку с динозаврами, которых он обожал.

Сохранились его детские тетради. Это же надо, у нас погибло абсолютно все, весь архив сожжен на Лубянке: его роман, стихи, письма Леонида Андреева и наша с Даниилом фронтовая переписка, -- а детские тетради сохранились! Эти тетради Даниил оставил у матери Сережи Мусатова.

Во время войны Даниил был санитаром, регистратором, -- он же был нестроевой рядовой. Сначала на Кубинке, потом он шел через Ладожское озеро "дорогой жизни" с 196-й стрелковой дивизией, в которой воевал. Они одними из первых шли через ладогу. Были в блокадном Ленинграде какое-то время, голодали со всеми, в похоронной команде он там работал, потом был Шлиссельбург, а потом -- Латвия. Блокадному Ленинграду посвящена поэма "Ленинградский апокалипсис" -- это шестая глава книги "Русские боги".

Основа текста "Розы Мира" написана им в тюрьме (посажен в 1947 г.). Он писал сначала на клочках, и все отбирали, а после смерти Сталина разрешили пользоваться бумагой и чернилами, и с 53-его года он мог в тюрьме работать. Он вернулся "на волю" в апреле 1957 года в состоянии безнадежном после инфаркта, перенесенного в тюрьме в 1954 году.

Неполных два года бездомного существования были посвящены работе над черновиками произведений, написанных в тюрьме, которые удалось спасти.

Умер Даниил Леонидович Андреев 30 марта 1959 года, похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище, рядом с матерью.

-- Как же он хранил в тюрьме текст такого произведения?

-- Помогала вся камера хранить, прятать, а потом отрывки переписаны были.

-- И все десять лет он находился во Владимирской тюрьме?

-- Сейчас я Вам точно скажу. Тринадцать месяцев Лубянки, полгода Лефортова, а остальное -- Владимирская тюрьма.

-- А почему не лагерь, а тюрьма?

-- А потому что это -- самая высшая мера наказания. Дело в том, что будь мы арестованы немного раньше или немного позже, -- нас бы расстреляли. Потому что было очень короткое время, -- по-моему, года полтора, -- когда в Советском Союзе смертную казнь заменили двадцатью пятью годами, и только поэтому мы живы, только поэтому. Он получил двадцать пять лет тюрьмы, я двадцать пять лет лагеря, остальные получили от десяти до двадцати пяти лет лагеря. В тюрьму пошел только он как главный -- позже это стали называть "паровоз".

-- То есть вас судили как террористическую группу.

-- Началось с романа "Странники ночи", со стихов, с антисоветских мнений и высказываний, а потом нам пришвартовали подготовку покушения на Сталина. Я иногда на выступлениях говорю, что вот этого, к сожалению, не было. Такое обвинение, конечно, чушь полная. Мы же Сталина никогда и нигде не видели.

-- В романе "Странники ночи" была очень интересная теория о Синих и Красных эпохах.

-- Да, это очень интересная вещь -- доклад Леонида Федоровича Глинского, одного из героев "Странников ночи", о чередовании Синих и Красных эпох в истории России. Условно синим цветом обозначено преобладание духовности в обществе, когда расцветают искусства, поднимаются религиозно-этические проблемы, а красным -- преобладание материального, прагматического подхода к действительности. И упрощенно суть этого взгляда на историю России такова: эти эпохи все время чередуются, причем Синяя эпоха имеет всегда красное подполье, которое потом вырывается наверх, становится главенствующим, а синяя часть тогда становится подпольем. Во времена Красных эпох трезвый реализм приводит к ускорению технического прогресса, проблемы этики отступают на второй план, в стране может установиться тоталитарный режим. Эта закономерность существует во всей истории России, да, вероятно, и всякой другой страны. В романе был необычайно интересный разбор всей русской истории с этой точки зрения.

-- Алла Александровна, самая известная книга Даниила Андреева -- "Роза Мира". Жанр этого произведения определяют как откровение, видение, подобно "Божественной комедии" Данте или стихам У.Блейка. Как пришло к Даниилу Андрееву его откровение?

-- Отчасти каждый писатель, каждый художник, музыкант, композитор это состояние знает, но тут вопрос масштаба художника. Иногда даже большой художник не знает, кто им владеет. Композитор пишет то, что он слышит, -- Бетховен, Моцарт слышали звуки с неба. Некоторые современные композиторы и исполнители тоже слышат, но только снизу. Они слышат очень страшные миры. Вся рок-музыка и металл описаны были еще Даниилом Андреевым в "Розе Мира": это же музыка Игв (Игвы - главная из рас античеловечества. Высокоинтеллектуальные демонические существа, обитатели "изнанки миров" - шрастров).

В тюрьме, в 50-е годы, он услышал эту предстоящую музыку. Даниил отличал Свет от Тьмы, и в этом его огромная роль. В своих видениях, состояниях совершенно особых он четко отличал светлые состояния от темных. Это очень важно. Иногда на моих выступлениях спрашивают об этом, и я всегда предупреждаю: перестаньте ходить Туда и обратно, безопасно ходить Туда и обратно могут только святые. Но святые заслужили это право хождения в миры иные уже тем, что они не такие, как мы, их сущность стала иной. А Даниил за эти состояния заплатил жизнью. У него потому и был инфаркт, потому он и умер. Я считаю, что это наиболее чистая плата за такие знания. Могло быть хуже: он мог сойти с ума. Заниматься этими вещами не надо. Если родился такой человек, как Даниил, которому определено донести до людей откровение, его все равно эта сила выберет и потащит. То же касается идей Даниила Андреева о грядущем преобразовании мира: не стоит сегодня браться за политическое переустройство мира, о котором мечтал Даниил Андреев, -- еще не время. Читатели, которых привлекли такие вещи, могут пропустить необыкновенно важную часть "Розы Мира" -- все, что Даниил называл созданием человека облагороженного образа. Начинать надо с этого, начинать надо с воспитания, чтобы люди поняли, что такое этика. И не нам преобразовывать мир, а по-новому воспитанным людям, и тогда Господь сведет их вместе. Суть-то будущей Розы Мира, будущего всемирного Братства в том, чтобы политика стала этической. Я говорю "этика", а не "религия", подразумевая терпимость друг к другу людей разных конфессий. Новую религию нельзя придумать, даже если самые лучшие люди соберутся и будут самые лучшие идеи высказывать. Единая религия будет тогда, когда будет Второе пришествие Христово, Сын Божий и даст нам эту религию.

У Даниила всю жизнь была мечта: основать школу для этически одаренных детей, не музыкально, не театрально, а именно этически одаренных. У него в тюремных черновиках -- программа такой школы, ее расписание, он обдумывал даже костюмы, в которых школьники будут ходить, -- создание такой школы было мечтой его жизни.

Я очень рада, что организован Благотворительный фонд имени Даниила Андреева. У Фонда задачи очень большие, хотя, конечно, сейчас пока еще можем сделать немного. Мы начали с публикации произведений Даниила Андреева. Седьмой год проводим Международный конгресс, программа его разнообразна и велика, пытаемся включить в нее и работу с детьми. Но мы надеемся, что в будущем, когда Фонд встанет на ноги, именно эта часть работы, воспитательная, связанная с созданием будущего человека облагороженного образа, займет самое важное место в нашей работе. Мы верим, что когда-нибудь сможем осуществить мечту Даниила Андреева об этической школе...

По-поводу монархии. Я просто хочу сказать то, что я лично думаю о монархии. Она, конечно же, может быть искажена, что много раз бывало. Но если взять абстрактно, то монархия - это не власть одного. В идеале, повторяю, в идеале: Господь, избирая и помазуя одного, правит через него обществом. Очень важно, чтобы монарх был свободен от каких бы то ни было условий, обществ, партий и т.д. Конечно, это все в идеале, а идеала на земле до Второго пришествия не будет. Демократия же - это власть мещанства, среднего обывателя. И все в обществе должно быть приспособлено под мещанина. Разумеется, для меня это намного хуже, чем монархия. Что же касается теократии, то она тоже вырождалась.

Кстати, в России монархия никогда не прерывалась. Вы, наверное, знаете, что когда Николай II подписал отречение от престола, в простом русском селе простой русской женщине явилась Божья Матерь и велела ей пойти в соседнее село и искать там в храме икону Державной Божьей Матери. Они долго разыскивали ее вместе с тамошним приходским священником, но потом нашли закопченную, запачканную голубями доску, с тем самым изображением Богородицы, сидящей на царском троне со скипетром и державой в руках - символами царской власти. И верующие люди понимают, что недаром икона нашлась, обрелась нами именно в день отречения последнего царя - теперь сама Пресвятая Богородица села на русский Престол. И вот когда мы все умолим ее простить наши прегрешения перед Богом, тогда все эти нестроения в России и прекратятся. А Даниилу незадолго до смерти было видение царевича расстрелянного, и он сказал мне: "Ты не представляешь что он Там для России сделал."

Мечта Андреева - мечта, а не Учение - это что будет такой властитель, который совместит в себе Монарха, Творца и Священника одновременно. Надо понимать, что это мечта и мечта светлая, антихрист тут не причем. Я лично подозреваю, что что-то в этом роде будет на Земле после Второго пришествия. Я человек реальный и потому не вижу оснований для того, чтобы это могло произойти теперь. Но то, что Даниил мечтал об этом - ничего плохого в этом нет. И ничего нехристианского в этом тоже нет.

Насчет обустройства общества и борьбы с личными грехами самого человека. У Даниила совершенно нет фразы о том, что вначале надо обустроить общество, потом уже заниматься человеку с самим собой. Просто он сам-то был настолько четкий православный христианин, что ему эти вещи объяснять и в голову не пришло бы. Для него совершенно очевидно было, что христианин должен быть христианином и выполнять, что ему предписано его религией, буддист - буддистом, индуист - индуистом. Для него ничего другого и быть не могло. Это Вы противопоставляете общество и человека.

Я написала книжку мемуаров, которая выйдет в конце лета (похоже - 1998 года - В.Л.) и на корабле, на котором, Бог даст, поплывет международный конгресс, устраиваемый ежегодно

Фондом Даниила Андреева, состоится ее презентация. Книга - очень женская, совершенно лирическая без всяких попыток забираться куда-то в дебри. Простая человеческая книжка. Мне кажется, что каждый должен быть искренним и писать то, что сам переживает, как можно меньше при этом выдумывая. Жизнь намного интересней любых фантазий. Только надо уметь жить и любить жить.

Насчет "благословленной" копии ("Розы мира") в Интернете, то никто пока не благословлял. Вот если обратиться к какому-то глубокому и очень серьезному старцу, который даст благословение - больше никто не имеет права благословлять. А старец вряд ли даст такое благословения, потому что Интернет, простите меня за категоричность, вещь по сути бесовская. И оправдывать его бессмысленно, потому что это чистейшей воды синтетическая реальность. Ведь Даниил говорит в Розе Мира, что в раю людям всех этих приспособлений не нужно. Они там свои внутренние возможности раскрывают, которые в каждом из нас Богом заложены. Но те, кто все время сидит за компьютером их могут вообще никогда не обнаружить.

Все права на публикацию литературного наследия Даниила Андреева принадлежат Фонду Даниила Андреева. Фонд ставит свой копирайт на каждое его произведение и даже на название.

Вы, Алексей, считаете, что я воскресну в той плоти, в которой я умру, верно я поняла ? Мне сейчас 83 и никто не знает, сколько я еще проживу. Я что, воскресну той, которой буду в 90, или той, которой я была в 11 лет или в 26? Нельзя такие вещи воспринимать буквально. Вот я чувствую, что воскресну для Страшного суда в том облике, который я себе своей жизнью создам. Кто-то будет ребенком, кто-то мудрым старцем, кто-то будет, простите, дурой расхлябанной. Но это наша работа - с Божьей помощью создать облик, в котором мы воскреснем. Я за свою некороткую жизнь исходя из личных наблюдений убедилась в том, что после того, как человек умер, до отпевания на его лице виден результат его жизни. Когда умерла моя мама в далеко не молодом возрасте, у нее было лицо девочки. У моего папы было лицо рыцаря, а у Даниила была такая светлая улыбка на лице, что все просили подождать захоранивать его.

По-поводу реинкарнации. Неужели это так важно в конце-то концов, существует она или нет? Умру - узнаю. Вот и все. И каждый из всех, кто в гостях на Маяке, задумайтесь: даже если реинкарнация есть - это совершенно не игрет никакой принципиальной роли. А важно совсем другое - кто есть ты. Например, я сейчас - русская женщина, меня Господь послал сейчас в Россию быть русской православной женщиной. Быть женой очень большого русского православного поэта Даниила Андреева. И мне нужно исходить из этого. Я должна поступать так, как мне полагается поступать в этом качестве.

А если по-существу. Да, Андреев говорит, что бывает путь реинкарнации и путь нереинкарнации. Но ведь этоже и без Андреева ясно. Пусть христианство не признает реинкарнации, а миллионы индийцев много тысячелетий признают. Так какое мы имеем право кого-то из людей лишать возможности называться ?детьми Божьими?? Мы не имеем на это право. Если Господь любит всю Землю, вместе с индийцами, которые признают реинкарнацию - оставьте и Вы их в покое. Значит действительно есть кто-то, кто жил один раз, а есть кто-то, кто жил не один. У эллинов была вера в реинкарнацию. А христианство признало ее ересью только в V веке. А вся путанница из-за тех людей, что считают Розу Мира за основопологающую богословскую книгу - это поэтическая, полная веры в Христа книга искренних размышлений поэта.

И потом, не надо считать Христа, считать Бога ограниченным существом. Догматы существуют для людей, а не для Бога. Господь в своей Воле и милости совершенно свободен. Это мы должны себя ограничивать, выполнять Его Завет, потому что для нас это единственное условие роста и спасения.

Ведь почему, например, сбрасывали колокола? Вовсе не потому, что без бронзы не могли обойтись. Ее можно было другим путем взять. Колокол очищает воздух от нечисти, говоря прямо. Разгоняет нечистую силу, когда звонит, -- вот их и сбрасывают. Поэтому вне зависимости от того, какая вера в стране, красные стремятся уничтожать церкви и колокола. Вот, к примеру, Монголия. Ведь там сожгли и уничтожили гораздо больше, чем у нас, потому что у нас церкви были каменные, а у них были деревянные. Когда мы туда приехали в 1989 году, там оставался один действующий монастырь и церковный ансамбль в Улан-Баторе. Один на всю Монголию! В другом монастыре был музей. Потом мы были в Хархорине -- это правильное название Каракорума, столицы Чингисхана. В 1989 году там было так: большой прямоугольник, обнесенный белой стеной со ступами, и четыре церкви, превращенных в музеи. Одна каменная, тибетская, и три деревянных, монгольских. Все! И вот в Монголии в церквях гонги, и я, конечно, в один из них ударила. Совершенно изумительный звук, очень похожий на звук наших колоколов, гораздо более похожий, чем у католического колокола. У католического -- более высокий звук. И этот гонг тоже было слышно издалека -- за сорок верст, он и созывал на службу, и очищал. Это очень серьезные вещи.

Говоря о чередовании Красных и Синих эпох, можно сказать, что самое главное, что произошло в XX веке -- это облом материализма. Причем в большей степени произошло это в России, и ярко выраженная духовность, по моему мнению, -- тоже в России. Я исхожу из того, что сама видела. Я видела, конечно, немного. Католическая Польша, на мой взгляд, -- совершенно политизирована, Чехия -- здравая, в меру верующая, -- и это при том, что Прага была сердцем средневековой Европы, -- но это в прошлом. Франция -- я там ничего не увидала, Англия -- но я в Англии видела рукоположенных женщин, -- что после этого можно говорить об Англии? Это же кощунство! Женщина доложна быть тем, чем Господь ей заповедовал, но не священником, который символизирует Христа. У женщин важная роль! Все позабыли о женах-мироносицах, в том числе и сами женщины. Все позабыли, что воскресший Христос явился первый раз именно женщине, Марии Магдалине, -- но она после этого не полезла в епископы, она пошла в пустыню. Женщина -- это молитвенница, соратница, помощница, воспитательница. В женщине есть огромная сила, иногда пугающая. Духовный потенциал ее велик, просто он другого звучания, чем у мужчины, вот и все. Господь создал мужчину и женщину с разными задачами тому и другому, и не надо их путать.

Любопытная запись Александра Шведова на Форуме Фонда Даниила Андреева от Feb 28 03:38:10 2001

Шкурка Василисы, или Главная Сказка России

"…во всем необозримом море русских сказок можно найти, кажется, только один светлый женский образ с углубленным содержанием: Василису Премудрую..."
(РМ, VIII-4).

Уж коли Светлым Силам удалось донести до нашего народа лишь одну сказку о Женственном, то сказка эта – Самая Главная. Вчитаемся в нее. Центральный момент – несанкционированное и досрочное сжигание Иваном-Царевичем противной лягушечьей шкуры Василисы, "повлекшее тяжкие последствия", а именно пленение Василисы Кащеем Бессмертным.

О Кащее. Это существо никак не из рода уицраоров. Потому что уицраоры в русском фольклоре – это многоголовые драконы, нападающие на Русь извне (Хазарский, монгольский, …). Существование "родного" уицраора, вероятно, так и не было осознано народом. Демоны государственности - существа вполне смертные, с которыми более или менее успешно борются наши герои, начиная с прописавшегося на Руси римского воина Егория Храброго, затем Илья Муромец. Кащей - не Жругр и не Стэбинг, но, по-видимому, могущественная и "долгоживущая" (по сравнению со сроком жизни сверхнарода) иерархия, т.е. либо сам Гагтунгр, либо одно из его "весьма приближенных" порождений. Кащей по отношению к Руси чуженароден (находится "в тридевятом царстве, тридесятом государстве, за глубокими морями, за высокими горами"). Быть может, это нынешний "демон мирового рынка", эгрегор, стоящий за иудейской диаспорой, о котором говорит Д.Андреев?

Теперь о самой шкуре. Это – защита от внешних бед, одновременно скрывающая от нас истинный лик Василисы Премудрой. "Лягушачья" природа этой кожи говорит о ее (кожи) земноводном, пресмыкающемся, "драконьем" генезисе. Следовательно, кожа создана при участии российского уицраора. Эта кожа - и есть та подземная цитадель Друккарга, где "томится пленница"…

Большинство из нас, как мне кажется, недолюбливает Жругрячий род. Вслед за Д.Андреевым. Ему выпало жить в эпоху сверхмогущества не благословенного Демиургом демона, оказаться физическим пленником его человекоорудий… Жругр – "…как гигантская вошь, / И с чудищами океанских глубин / Лик уицраора схож…". Гадость какая-то, одним словом…

И трудно нам представить, что Жругр любит свою Пленницу и желает ей добра, впрочем как сам "внеэтично" это добро понимает. Хочет защитить ее от внешних бед, потому и прячет.

Могут ли Темные Силы вторгаться в Небесную Россию? Согласно Розе Мира – увы, да. "Сам Яросвет был побежден в бою с монгольским гигантом на границах Святой России; юному, еще не окрепшему и малочисленному синклиту едва удалось спасти от разрушения лишь сокровеннейшие святилища своей небесной страны. Спасаемая демиургом, Навна была удалена из опустошаемой южной области Святой России в недоступные девственные земли, соответствующие дремучим северным лесам в Энрофе… монгольский уицраор то и дело проносился, подобно урагану, по небесной стране, гася огни, иссушая метаэфирные источники…" (РМ, VII-1) То есть бои происходят в самих затомисах.

И лишь когда Светлыми Силами сотворено "Государственное устройство смягченного типа, при условии социально-этической зрелости сверхнарода и отсутствия внешней угрозы. Подчинение государственного начала непосредственно силам демиурга. Начало отмирания принципа насилия. Открывающаяся перед иерархиями возможность подготовки идеального народоустройства. Положение Соборной Души как супруги демиурга." (там же) – только в этом случае допустимо освобождение Навны из плена, сжигание гадкой лягушачьей шкуры, подъем в великолепно защищенный от врага затомис…

Частичное разрушение темницы – возможно и ранее, Явление Василисы Премудрой пирующим гостям Ивана-царевича на краткий миг: шум, гром, это моя лягушонка в коробчонке едет. "В 1819 году, санкция демиурга была с него (Жругра) снята, и Яросвет впервые обратил свое светоносное оружие против Жругра: часть цитадели игв в Друккарге была разрушена; инвольтация Навны, до тех пор тщетно силившаяся пробиться сквозь эти вековые средостения к сознанию творческих слоев сверхнарода, получила, наконец, доступ к ним". (РМ, VIII-4). И аналогично в феврале 1917 года. "Треснула и расселась сама имперская государственность, и сквозь образовавшуюся брешь миллионы человеческих душ увидели духовным зрением голубое сияние Навны". (РМ, XI-1). Хотя, быть может, даже это таит опасности для Навны?

Но если Соборная Душа насильственно извлечена из своей темницы раньше положенного срока… "Сосуд народоустройства был разбит. Навна сияющим туманом поднималась вверх, а снизу вздымались, преграждая ей спуск в народ, волны инфрафизической стихии. Ставился вопрос о мета-историческом и материальном бытии сверхнарода." (РМ VIII-1). Так описывается Андреевым Смутное время начала 17-го века.

И когда в своем капитальном труде "Крах империи 3-го Жругра" уважаемый Игорь Потапов пишет, что в августе 1991 Навна была освобождена Яросветом из темницы и поднята наверх, в Небесную Россию – я готов с этим согласиться, но мы должны признать, что "волны инфрафизической стихии", импульсы похоти и разрушения вновь плещут над Русью, льются с телеэкранов, горят и взрываются по окраинам государства, захлестывают наш народ. И вновь "Ставится вопрос о мета-историческом и материальном бытии сверхнарода". Поторопился расправиться с тиранией наш Ваня-демократ… Или выхода не было?

Так или иначе, демократические силы России – и среди них я как участник демдвижения 90-х годов - выполнили план Урпарпа, который еще с 50-х годов "добивался такого хода вещей, при котором, доведя мощь военных коалиций до последней грани войны, он заставил бы перепуганные народы Восточного союза — и, конечно, население Друккарга — сделать отчаянное усилие для того, чтобы уступить, отступить, отказаться от военной схватки; чтобы Стэбингу удалось развить такую силу в своих необозримо-длинных щупальцах, которая позволила бы ему разворотить все укрепления в Друккарге, не прибегая к вторжению западных игв и раруггов в этот шрастр, а в Энрофе — развалить без всякой третьей войны социалистическую коалицию" (РМ, XI-4)

Ну а теперь-то Ивану-царевичу что делать? Дальше сказку внимательно читать. Отправляться за тридевять земель. Получать грин-кард, гражданство американское, искать заветный сундук МВФ? Потрошить зайца и ловить утку? Ломать иголку? Обратите внимание – все это дистанционные действия, не имеющие географически отношения ни к России, ни к Кащееву Царству. Где они должны произойти?

Вот такие дела.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?