Независимый бостонский альманах

ОЦЕПЕНЕВШИЙ ЛЬВОВ

11-08-2002


[Андрий Павлышин - редактор журнала Ї”, Львов]

Львов в последние недели словно оцепенел – непривычно пустые улицы, люди в черном на каждом шагу, растерянные продавцы газет, у которых сметали все газеты уже в первые минуты после появления в киосках и на перекрестках... И звонки, звонки, звонки: “Все твои живы? Как помочь пострадавшим? Что нового в расследовании катастрофы?” FM-радио и местное телевидение в прямом эфире давали максимум информации, пытаясь помочь обеспокоенным, ошалевшим людям, газеты демонстрировали чудеса оперативности, информируя о жертвах, адресах больниц, алгоритме получения сведений и помощи. Львовяне проявили максимум выдержки и человечности: люди сутками стояли в очереди, чтобы сдать кровь, каждый день на благотворительные счета поступало не менее полумиллиона гривен, никому и в голову ни пришло обсуждать национальность и вероисповедание жертв и пострадавших. Правительство выполнило все обещания на удивление быстро и эффективно занялось ликвидацией тех последствий, которые можно ликвидировать.

Результаты следствия оглашены и первые итоги уже известны. Картина вырисовывается безрадостная. Общее планирование воздушного шоу было осуществлено довольно безалаберно (а, исходя из последствий, преступно халатно). На относительно небольшой территории военного аэродрома Скнилов, рядом с гражданским аэродромом (что немаловажно, ибо создавало угрозу для рейсовых самолетов и осложняло диспетчерскую координацию в воздушных коридорах) была развернута экспозиция гражданских и военных самолетов. Около 10 тысяч посетителей, преимущественно семейные пары с детьми, с огромным интересом осматривали самолеты, фотографировались около них. Особенно радовались детишки – им разрешали забираться вовнутрь, показывали кабины, давали примерить шлемы пилотов.

Программа шоу шла своим чередом. После парашютистов должен был выступить военный самолет МИГ, но он не прилетел из-за плохих погодных условий на базе в Ивано-Франковске. Поэтому выступление злосчастного Су-27 началось на полчаса раньше, чем было запланировано. Военные летчики, полковники Топонарь и Егоров, – достаточно искушенные в высшем пилотаже пилоты. Они не раз выступали на многих шоу, в том числе и в Ле Бурже. Во Львов они прилетели с военной базы Озерная на Житомирщине, территории местного аэродрома не знали (отсюда удивленный вопрос на самописцах: “Где же наши зрители?”), но программу начали выполнять уверенно и лихо. Настолько лихо, что нетрезвые генералы на гостевых трибунах сразу же матерно возопили: “Да что же они вытворяют?” Расшифровки “черного ящика” содержат недвусмысленный приказ диспетчера уйти в сторону взлетной полосы, подальше от зрителей.

Что случилось дальше, никто толком объяснить не может. Выполняя один из элементов, около 12.44 самолет зацепился крылом за верхушки деревьев, пошел на экспозицию, оторвал Су-19 хвостовую часть (она, словно винт мясорубки, убила множество народу), пронесся над толпой, сжигая соплами и растирая в порошок людей (скорость то 100 м/с - 360 км.час), ударился об землю (в этот момент катапультировались летчики, которые до последнего пытались как-то спасти ситуацию, я не специалист, но, кажется, в момент удара катапультирование происходит автоматически), покатился кувырком и взорвался. Экспертиза показала, что двигатели были исправны и работали до последнего момента, исправными были также приборы.

Вероятнее всего, причиной потери управляемости стала критически низкая высота – ведь эти самолеты не имеют ни малейших планирующих возможностей.

Эксперты также утверждают, что не было попадания в самолет или двигатели птиц. Сохранилось множество видеосъемок, профессиональных и любительских, с разных ракурсов. Сейчас их анализируют военные прокуроры. На одной из пленок запечатлен удивительный эффект: в критической точке, незадолго до потери управляемости под самолетом на огромной скорости пролетает черный продолговатый предмет (что-то вроде болванки, выпущенной из гранатомета).

Он не попал в Су-27, иначе тот бы взорвался, но теоретически мог вызвать необратимые последствия даже фактом своего пролета под днищем самолета.

Летчики остались живы. На следующий день их увезли в Винницу, думаю, чтобы спасти от попыток самосуда родственников пострадавших (судя по тотальной подавленности несчастных, это излишняя
предосторожность).

Впрочем, поговаривают, что пилоты в глубоком шоке и очень сожалеют, что остались живы...

77 жертв (из 85) уже опознаны и похоронены. Особенный трагизм ситуации состоит в том, что люди пришли на праздник семьями, и погибали они тоже семьями – отец, мать, детишки, в том числе годовалые малыши. Группа детей погибла во время экскурсии в самолете Ил-76, на который обрушился Су-27. От некоторых погибших, испепеленных адским огнем, остались только фрагменты одежды. 6 фрагментов тел можно идентифицировать только на уровне экспертизы ДНК. Я убежден, что некоторое количество покойников уже никогда не удастся определить, потому что от них не осталось ничего материального.

Раненые – обожженные, с оторванными конечностями, множественными травмами и переломами, лежат в больницах города, куда поступает огромное количество медикаментов, оборудования, гуманитарки из разных стран. Пострадавшим после стабилизации состояния предлагают лечиться в Польше, Германии, Испании, России, Франции. Малое утешение, но, по крайней мере, о них не забудут, не оставят на произвол судьбы. В значительной мере несчастным помогла медиальность этой катастрофы – многократно прокрученные во всем мире телекадры привлекли к ним внимание. Значительно хуже бывает тогда, когда инвалидами люди становятся, скажем, на шахтах или других местах вне поля зрения средств массовой информации.

Я там не был. Сидел в офисе, редактировал тексты к очередному номеру журнала. Пришли друзья, рассказали об увиденном – они подъезжали к месту случившегося на автобусе, после взрыва возвратились, не доехав.

Первым делом начал звонить знакомым – очевидно такое чувство испытывают израильтяне после сообщения о взрыве в кафе или транспорте, когда жертвы абсолютно непредсказуемы и случайны. Больше всего я беспокоился, не случилось ли несчастье с моим другом, журналистом и фотографом Андрием Кырчивым.

Я знаю его любовь к самолетам, он непременно должен был быть там с сыном и дочерью. К счастью, они чудом остались живы. Андрий был в самом эпицентре ада, но знания и интуиция его спасли. Когда он увидел “зависание” над деревьями, то понял, что это – беда, схватил ребятишек и заорал: “Бегом!

Они помчались, не оглядываясь, за ними побежали другие. Исход решили секунды.

Отбежав на несколько десятков метров, они оказались вне зоны поражения.

Андрий вывел детей, не разрешая им оглядываться, а сам вернулся, чтобы попытаться помочь пострадавшим. Но поле быстро оцепили военные. На нашем сайте мы разместили сделанные Андрием фото.

А еще короткое эссе, которое он написал, чтобы не сойти с ума после всего этого ужаса:

“...Он появился над взлетной неожиданно и величественно, как и подобает конкуренту ангелов.

Бело-голубое полосатое воплощение зловещего могущества, объект многолетней зависти и страха “забугорья”, образцово-показательный шедевр творчества еще советских оборонщиков. Грациозно скользнул на минимальной высоте над замершей от восторга толпой, подарив ей громовое рокотание двигателей, плавно потянул вверх и, словно манерная голливудская звезда, демонстративно-неохотно крутанул первый воздушный трюк. Игра началась, и в этот момент невозможно было определить, кто ее объект, а кто забавляется. Полосатое чудо тем временем снова пронеслось над полосой и пошло свечой под облака. Рокот затих. В поднебесье грозная птица развернулась и стремглав, беззвучно понеслась вниз, к восхищенным почитателям. Только наибольшим трусишкам могло показаться, что истребитель ПАДАЕТ.

Тем временем крылатый воин стремительно приближался, явным образом минуя воображаемую критическую точку выхода из “штопора”. Когда он крылом и левой турбиной зацепил верхушку деревьев, стало понятно: это конец. Тем, которые стали очевидцами следующих нескольких секунд, образ репетиции ада на всю жизнь останется в сознании рапидным фрагментом, практически лишенным любых звуков.

26-тонный монстр “провалился из лесной полосы на головы зевак, которые стояли в очереди к его иммобилизованным собратьям, черкнув левым крылом бетонку. Двигатель взревел, сметая огненным ураганом людей, куски самолетов, землю. Казалось, сам дьявол уселся за штурвал агонизирующего урода и теперь упивался творением кровавой живописи.

Еще один выхлоп – и горящий останок авиационной гордости подпрыгнул над землей, срезал нос десантному Илу (к
ак со временем выяснилось – заправленному под завязку” топливом!), перекатился через полосу, накрывая огненным одеялом последних оцепенелых от ужаса зрителей, прополз хвостом вперед еще сотню метров и... Взрыв показался удачной имитацией откупоривания бутылки с шампанским. Огненный столб взлетел в небо. “Точно, как при атаке на WTC”, – промелькнуло бессмысленное и абсолютно лишенное логики сравнение...

 

На какой-то никем не измеренный отрезок времени над местом огненной вакханалии повисла абсолютная тишина – секунда, минута, две? Резкий рев пожарных сирен вырвал сознание из анабиоза. ПРОИЗОШЛО!!! Отчаянный вой тех, кто уцелел, над фрагментами родных и близких, крикливые сирены “скорых”, команды ошалевших военных, стадо чудом уцелевших, которые изо всех сил полубегут, стараясь переступать через окровавленное месиво. Растерзанные тела казались дорогими муляжами к фильмам Хичкока, и лишь противная смесь смрада недогорелого керосина и жженого человеческого тела напоминали о дьявольской реальности. Доблестные ВВС будут иметь отныне новый праздник – бессмысленный, как вся военщина мира вместе взятая. Тризна победы над мирным населением вроде бы и искушенного, но и дальше доверчивого Львова...

А на окровавленном бетоне, словно радиомаяки между раскроенных и разбросанных человеческих останков, то тут, то там на все лады заливались “мобилки”, стараясь пусть на миг стать посредником послания в небытие своим хозяевам. Как символ последней надежды и вечной памяти...”

На фоне этого скорбного бесчувствия оглушающим диссонансом прозвучала в моем мозгу медиальная и чатовая грязь, которая полилась буквально на следующий день. Политический шабаш на трупах – неотъемлемая черта нашей эпохи. Еще не похоронили мертвых, а уже начались спекуляции, передергивания, откровенная ложь и злорадство (это не относиться к тому громадному большинству порядочных людей, которые искренне сочувствовали погибшим и искалеченным, от Путина и Ширака до ничем не примечательных обитателей Сети, сказавшим простые и добрые слова соболезнования). Теперь, когда мертвые похоронены, время копнуть глубже.

С господином Сердюченко мы живем в одном городе, пребываем более-менее в одном информационном пространстве, на уровне повседневного опыта ощущаем этот мир довольно конгруэнтно (те же улицы, те же лица, та же страна). Но выводы и размышления у нас очень разные.

Начнем с того, что его текст был опубликован некоторыми украинскими сетевыми изданиями в тот же день, когда и появился в гостевой книге “Лебедя”. Но с небольшими изменениями.

В “Лебеде” сказано:

Теперь вот новейшая украинская "незалежність". Помилуйте, получить уникальную историческую возможность – и избрать очередным президентом вчерашнего коммуниста, "красного директора", ни слова не говорящего по-украински, зато ухитрившегося влипнуть в криминальный скандал с убийством "национально мыслящего" но почему-то носящего грузинскую фамилию журналиста! Или вот еще: знает ли читатель "Лебедя", кто до недавнего времени возглавлял Союз Офицеров Украины? Полковник Левон Мартиросян”.

А теперь, внимание! Вот этот же абзац в изложении сайта Обозреватель”:

Теперь вот новейшая украинская "незалежність". Помилуйте, получить уникальную историческую возможность – и вручить себя политическим пройдохам типа "рыдающей миллионерши" или совсем уж одиозного Ре. Рабиновича!

Или вот еще: знает ли читатель Обозревателя, кто до недавнего времени возглавлял Союз Офицеров Украины? Полковник Левон Мартиросян”

(источник: Львовский ужас. Свидетельство очевидца.). Все остальное практически то же. А тут какое-то дивное изменение. Уж не знаю, что послужило основанием для цензуры (или самоцензуры?), но с украинской перспективы разница огромадного размера. Одно дело – сказать правду о действующем президенте (на американском сайте), а совсем другое – лягнуть (на украинском сайте) оппозиционного политика Ю.Тимошенко (не святая, но и тюрьмы изведала, и вся пропрезидентская пресса и ТВ ее мочит беспощадно, то есть лягать ее не опасно). А покойного Гию Гонгадзе зачем походя унижать?! У самого то господина Сердюченко фамилия самая что ни на есть украинская, но только болваны могут его упрекать за профессиональный выбор – быть русским журналистом и ученым-русистом.

Но это все – цветочки. А ягод
ки как раз с удовольствием перепечатали без редакционных вмешательств или комментариев интернет-издания той самой Украины, которой авторы и читатели “Лебедя” преимущественно отказывают в праве на существование, уж во всяком случае обвиняют в нетолерантности и преследованиях по языковому признаку. Если кого-то заинтересует филологическая дискуссия – в другой раз. А сейчас подробнее о некоторых нюансах написанного в сердцах послания.

Хотя бы вот этом:

Так неожиданно и страшно закончилось авиашоу, устроенное новыми украинскими вояками. Местный авиационный корпус вздумал отпраздновать свой юбилей – и вот результат”.

Читатели в Америке или России подумают – верно, десятилетие украинского авиакорпуса праздновали “новые украинские вояки”. Нет, десять лет тому во Львове на аналогичном авиашоу отмечали 50-летие 14-го авиакорпуса.

Стало быть, в этом – 60-летие созданного в 1942 году и тогда же именованного 14-м советского авиакорпуса. Как видите, дата очень “советская”, и нумерации никто не менял, а потому “местным” его можно назвать разве географически.

А положа руку на сердце, то и личный состав тоже не из Канады завезли.

И пилоты, и генералы – обученные еще в советские времена офицеры, качественно обученные, честные служаки. Вот только трагедии мало интересуются взглядами военных. Многие прекрасно помнят ужасную катастрофу брежневских времен под Золочевом (городок за 60 км около Львова), когда военный летчик, генерал, командующий округом, врезался в гражданский самолет и погиб, потянув на тот свет не один десяток цивильных пассажиров.

И еще один показательный момент. 27 июля 1944 года Советская Армия при поддержке польской антикоммунистической Армии Крайовой заняла город Львов, вытеснив немецких оккупантов. Последующие десятилетия советской власти были очень невеселыми для сотен тысяч “аборигенов”, познавших и казни, и этнические чистки, и лагеря, и унижения человеческого достоинства на каждом шагу (это сейчас закон защищает гражданские права всех обитателей Украины, а тогда никого не интересовало, что выпускник венского или пражского вуза не имел возможности изучить русский язык, и начальником ему ставили калужского или тверского рабочего-крестьянина). Тем не менее, в постсоветские времена установилась определенная конвенция – подвиг солдата надо уважать.

И праздник этот на Скнилове был еще и годовщиной освобождения от нацистов, а не просто бредовой выходкой толстопузых “самостийных” генералов.

И напоследок. Аббревиатура ЗУНР, наверное, ничего не говорит читателю “Лебедя”. Поставленная в один ряд с Хмельницким, Мазепой, Петлюрой, она позволяет догадываться, что речь идет об одной из попыток создания украинской государственности. ЗУНР – это Западноукраинская Народная Республика, государство, существовавшее в 1918-1920 годах, созданное нашими прадедами-галичанами, руководимое высокопрофессиональной элитой, имевшей опыт австрийского парламентаризма и профессорские звания лучших европейских университетов. Созданная тогда Украинская Галицийская Армия была очень дисциплинированной и эффективной, обладала артиллерией, военной авиацией и моторизованными частями (конечно, на уровне развития техники того времени).

Между прочим, ею командовали генералы с петербургским и московским образованием, а некоторое время она была союзником армии Деникина. УГА потерпела поражение от польской армии генерала Галлера, оснащенной и обученной во Франции (для борьбы с большевиками), она стала жертвой широкомасштабной биологической войны и тотального террора своих польских противников. Я уважаю подвиг этих людей, солдат и офицеров, достойно погибших за свободу своей родины, хотя лучше бы они во имя тех же идеалов остались живы. История такова, какова есть, это музей артефактов, и любые обобщения тут – пустая трата времени.

Но один артефакт, возможно, покажется интересным для читателей “Лебедя”. Эта авиакатастрофа во Львове не первая. Первая случилась 22 ноября 1919 года. Обстоятельства ее таковы. В польской армии служили добровольцами 7 американских летчиков. Они были расквартированы во Львове, позже принимали участие в боях с Красной армией. Эдмунд П. Грейв [Edmund P. Grave] из Бостона, в прошлом инструктор Высшей школы пилотов и авиационной акробатики, решил продемонстрировать свое мастерство во время военного парада по случаю годовщины занятия Львова польскими войсками. Пролетая на своем альбатросе D-3 над центральн
ой улицей Академической около 11.15 он вошел в пике, но на высоте в несколько десятков метров крылья не выдержали сопротивления воздуха и сломались, пилот попытался спасти машину, но врезался в здание дворца Потоцких на улице Коперника. Великолепное палаццо загорелось.

Пилот выпал в саду и умер от травм. Разрушения были серьезными, но никто, кроме пилота, по счастливой случайности не пострадал. Вторая авиакатастрофа произошла 31 августа 1920 года, когда самолет капитана Джорджа МакКаллуна [George Mac Callun] рухнул на каменную площадь перед зданием вокзала.

Пилот погиб в огне, также скончался солдат, оказавшийся поблизости. В бою с большевиками погиб 16 июля 1920 года под Клеванью третий американец капитан Артур Келли [Arthur H. Kelly]. Все трое были похоронены в военном пантеоне во Львове, позже перезахоронены в США. А боевые их побратимы возвратились домой, где создали специальную группу авиакаскадеров. Наиболее известен один из них, будущий генерал авиации США, создатель и командир Американской добровольческой группы, воевавшей на китайском фронте в годы Второй Мировой. Многие американцы знают его “в лицо”. Это он пилотирует самолет, который атакует в старом добром блокбастере чудовище Кинг-Конга его имя Мериен Купер [Merian C. Cooper].

Так что, не надо делать скоропалительных выводов и “срывать погоны” всем без разбору, только потому, что у них иные взгляды и иные ценности.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?