Независимый бостонский альманах

ГАЛЕРЕЯ МАСОНСКИХ ПОРТРЕТОВ

19-03-2003

[Продолжение. Начало в 331 от 06 июля, 332 от 13 июля, 333 от 20 июля, 335 от 03 августа, 336 от 10 августа, 337 от 17 августа.]

Осоргин Михаил Андреевич - регуляризирован и присоединен 4.3(6.5).1925 по рекомендации Б.Миркина-Гецевича к ложе Северная Звезда Великого Востока Франции. Возведен во 2-ю и 3-ю степени 8(1).4.1925. 2-й эксперт с 3.11.1926. Великий эксперт (исполнитель) с 30.11.1927 по 1929. Оратор с 6.11.1930 по 1932 и в 1935-1937. 1-й страж с 1931 по 1934 и с 7.10.1937 по 1938. Также библиотекарь ложи в 1934-1936, с 27.9.1938. Досточтимый мастер с 6.11.1938 по 1940.

 

Михаил Осоргин удостоился едва ли не самой длинной эпитафии из тех, что сохранились в небогатых и многажды разоренных парижских масонских архивах13:

 

 

В ноябре этого годе исполнится 20 лет со дня смерти брата Михаила Андреевича Осоргина, одного из самых глубоких, талантливых и оригинальных людей, с которыми судьба свела нас в эмиграции и в русском масонстве заграницей. Настоящий доклад посвящен так называемой Независимой Ложе "Северные Братья" на Востоке гор. Парижа и ее учредителю и первому Досточтимому Мастеру М.А.Осоргину. Прежде чем приступить к краткому изложению истории развития этой своеобразной Ложи, следует сказать о том, кем был М.А.Осоргин.

По данным, сообщенным нашим братом М.А.Алдановым в предисловии к книге Осоргина "Письма о незначительном", Михаил Андреевич происходил из старинной великорусской дворянской семьи, значащейся в Бархатной книге и отнесенной к потомству Рюрика. Среди предков М.А. были ученые, адмиралы, генералы, администраторы, но писателей не было. Отец М.А. был судебным деятелем и принимал участие в реформах Александра Второго. О своем происхождении он пишет в рассказе "Чудо на Озере": "Мы люди от земли, крепко с ней спаяны. Не сумею точно сказать, откуда пришли мои предки, хотя думаю, из стран варяжских". В другой своей книге он писал: "Я радуюсь и горжусь, что родился в глубокой провинции, в деревянном доме, окруженном несчитанными десятинами, никогда не знавшими крепостного права, и что голубая кровь отцов окислилась во мне независимыми просторами, очистилась речной и родниковой водой, окрасилась заново в дыхании хвойных лесов и позволила мне во всех скитаниях остаться простым, срединным провинциальным русским человеком, не извращенным ни сословным, ни расовым сознанием, сыном земли и братом любого двуногого". Он родился в Перми и все детство и юность провел на Каме. Уже в конце своей жизни Осоргин писал: "В мире прекрасно только вечное - природа, жизнь многомиллиардных существ, не знающих человеческих нравов и законов, гармония звуков, радуга чистых красок, свободный полет творческой мысли".

М.А.Осоргин в профанской жизни был широко известен еще до революции 1917 года как талантливый писатель, блестящий журналист, а, главное, как человек своеобразный, широкого кругозора, не укладывавшегося в рамки и штампы обычной общественно-политической квалификации. Во время революции 1905 года он был случайно замешан в какое-то серьезное дело, просидел полтора года в тюрьме, был выпущен временно под залог и уехал в Италию. Оттуда посылал блестящие корреспонденции в "Русские Ведомости", писал в "Вестнике Европы", "Русском Богатстве". В Италии прожил около десяти лет и полюбил ее страстно. Там же был он посвящен в 1814 году в Ложу "20 Сентября 1870 года Великой Ложи Италии", был, впрочем, только учеником, предложения повышения в градусы отклонял и лишь в 1925 году был аффилиирован в Ложу Великого Востока Франции "Северная Звезда" и произведен в степень Мастера.

Не будет преувеличением сказать, что в масонстве все редкие качества Осоргина - его большое личное очарование, его бескорыстие, глубокий ум, исключительный дар слова и пера расцвели полный цветом. Осоргин сам сказал в своем докладе весной 1936 года, сделанном в ложе "Северная Звезда": "Масонская работа, какова бы она ни была по ценности, занимает большую часть моей жизни и моих духовных интересов. Все мои личные связи, прежде бывшие, я прервал, оставив только связи с теми, кто мне стал близок по Братству. Все что я пишу, в той или иной мере, явно или тайно, связано с масонскими идеями, как я их понимаю. Если сейчас лишить меня Братства, то у меня останется только жена, которая занята ученой работой по русскому масонству, отчасти в силу моего же влияния. Могу смело сказать, что я пленник Братства Вольных Каменщиков, и вероятно на весь остаток моей жиз

ни". Жене М.А., Татьяне Алексеевне Бакуниной-Осоргиной все мы и русские масоны будущих поколений будем обязаны за то, что она сделала, чтобы сохранить рукописи М.А., его доклады и речи - ценнейший материал, послуживший основой и этого доклада.

После пережитого во время войны и революции - после советских тюрем, и второго изгнания из России, - он был счастлив принадлежать к ордену, основанному на доверии к людям и на терпимости. Он проявлял всегда чуткий интерес к работе и к исканиям других братьев. Но отличительною чертою его характера был non-conformisme. Во всей своей масонской работе он всегда был настоящим русским масоном, достойным преемником Вольных Каменщиков Екатерининского и Александровского Масонства. Кстати, знал он историю русского масонства превосходно и говорил о "Востоке России" с любовью и вдохновением. В русском масонстве и в русских ложах за границей он ценил их посвятительный характер, их приверженность к масонской традиции, к символике и ритуальной работе, но считал, что заседания лож, как Великого Востока, так и Великой Ложи Франции зачастую посвященные вопросам официального или административного характера, не дают удовлетворения тем, кто интересуется масонством как тайным братством людей, связанных не только взаимной приязнью и взаимной терпимостью, но и особенным подходом к изучению вопросов бытия.

Он отвергал иерархию и бюрократическую практику обоих французских послушаний как недостойную настоящего идеологически чистого и философски развитого масонства. Поэтому ему казалось необходимым создать сначала небольшую учебную группу братьев, в которой они, в особенности молодые по стажу братья могли бы познакомиться ближе с символикой и историей масонства в условиях свободного живого обмена мыслей, в обстановке меньшей торжественности и более тесного общения. Но была и другая цель - создать условия соборной работы русских вольных каменщиков, к какому послушанию они бы ни принадлежали, создать атмосферу, в которой они чувствовали бы себя членами одного Мирового Братства и звеньями единой масонской цепи. Была и надежда на то, что влияние этой учебной группы в ее ложе-матери - "Северная Звезда" - скажется на более тесной ей связи с ложами Великой Ложи Франции. С самого начала чувствовалось, что философски-политическая установка Великого Востока Франции, его отход в ту пору от чистых принципов и незыблемых традиций исторического масонства, не давали удовлетворения многим русским масонам этой группы.

Если посмотреть на перечень докладов и сообщений, сделанных в этой группе, то мы увидим, что первые их работы были посвящены таким вопросам как: "Традиции а масонстве", "О связи символов и ритуалов", "О Великом Архитекторе Вселенной", "Об эволюции толкования библейской легенды", "Строительство внутреннего и внешнего Храма" и т.д. Первые беседы группы от 17 ноября 1832 года до 9 октября 1933 года велись без протоколов. Доклады делались каждым, кто этого хотел и на тему его интересовавшую. С этой даты, 9/10-33, начинается счет заседаний и лишь с 28-го заседания создается "Правильная и совершенная", независимая ложа под названием "Северные Братья", акт учреждения которой, впрочем, подписывается лишь 12-го ноября 1934 года 16-ю членами Ложи "Северная Звезда" Великого Востока Франции, двумя - ложи "Гамаюн", одним членом Ложи "Астрея" и двумя - Ложи "Jérusalem Ecossaise". Эти последние три ложи принадлежат Великой Ложе Франции.

Вырабатывается ритуал открытия и закрытия работ, который начинают применять с 36-го собрания. С самого начала, работы протекают "Во славу Великого Строителя Вселенной, неведомого источника жизни, с разверстой Библией, циркулем и наугольником на престоле, с возжжением светильников и лучезарной Дельты". Далее, в ритуале говорится: "Пусть нашей целью будет познание посвященных; пусть договором будет - взаимная терпимость; пусть орудием будет Свободная Мысль". Возглас вместо "Свобода, Равенство и Братство" - "Творчество - Независимость – Познание". В этом возгласе уже заключена целая программа. Таким образом, ритуал Ложи "Северные Братья" соответствует по существу всем традициям ритуала древнего и принятого шотландского устава. Существовали ритуал 2-го градуса и 3-ей мастерской степени. Работы во 2-м и 3-м градусах производились редко. Надо иметь в виду, что ложа "Северные Братья" не могла производить посвящений профанов, а лишь работать над масонским образованием и воспитанием своих членов. Любопытно отметить, что существовал особый "Новогодний Ритуал" начала масонского года в марте месяце, где в поэтической форме братья 1-ый и 2-ой надзиратели отвечают Досточтимому Мастеру, говоря что в первом месяце Нового года день догоняет и преодолевает ночь. Месяц первого цветения, прилета первых птиц, возрождения всего живого. Месяц борьбы темных и светлых сил и конечной победы света над тьмой. И далее: "Месяц великих тайн подземного, земного и надземного миров, прорастания зерна и радости первых встреч в зеленом царстве природы". "Мы стремимся к познанию этих тайн" и т.д. Во всем этом чувствуется рука пантеиста и поэта М.А.Осоргина.

Как же протекали работы ложи "Северные Братья"? Несмотря на невозможность для нее, как ложи независимой, собираться в одном из масонских храмов, на невозможность пользоваться административным аппаратом Великого Востока или Великой Ложи Франции, ложа вела исключительно интенсивную и регулярную масонскую работу. Она собиралась не два раза в месяц, как все ложи, а каждый понедельник и имела за время своего существования 150 собраний, к которым следует добавить около 25 первых собраний учебной группы, от которых не осталось протоколов. Конечно, характер работ ложи постепенно эволюционировал и программа ее расширялась. Было много докладов на темы об истории масонства, о масонском мироощущении, о масонских методах работы и символизме, но обобщались и вопросы об отношении масонов к современным событиям, о несовместимости посвятительного пути с выступлением масонства как организации в профанском мире и т.д.

Но беседы эти не ограничивались лишь академическим ознакомлением новых братьев с ритуалом, символикой и историей масонства. Как говорил в своем отчете второй руководитель ложи брат Переверзев: "С первых дней беседы эти вырывались на вольный простор масонских исканий. Надо было о многом жадно и долго поговорить, надо было почувствовать друг друга в живом обмене мыслей, заглянуть поглубже в душу друг другу, создать тот тесный братский союз, который связывает сердце нелицемерной любовью и дает силу и радость соборной работы". И интерес к работе не слабел. Общее количество участниками работ было - 137 братьев, средняя посещаемость - 23 брата. В этом блестящем успехе, главнейшая заслуга принадлежит, конечно, основателю и первому руководителю ложи - М.А.Осоргина. В русском масонстве тех времен было не мало исключительно блестящих деятелей общественности, представителей русской культуры, блестящих ораторов, но едва ли многим из них удалось бы создать эту совершенно своеобразною и независимую масонскую группу. И объясняется это оригинальным, вдохновенным и не формальным отношением брата Осоргина к Масонству. Он понимал братство Вольных Каменщиков как сообщество людей, соединенными силами ищущих истину.

Целью масонства является, по его мнению:

- познание Природы, т.е. сущности вещей,

- причины и задачи нашего бытия, внутреннего смысла нашей жизни.

Братство Вольных Каменщиков есть организация посвятительная. Что такое "посвящение" мы определяем не разумом, а чувством.

Храм познания строится соборной работой, совместными объединенными усилиями людей, посвятивших свои силы масонству.

Братство Вольных Каменщиков - союз символический и ритуальный.

Символы - это выраженное в образах наследие вековой мудрости наших предшественников.

Ритуал - наш условный язык - наша ограда от профанского мира.

Основа нашел работы - безграничная терпимость.

Путь познания есть путь ничем не ограниченной свободы. Тут и принцип: "свободного масона в свободной ложе".

Но у брата М.А.Осоргина было и глубокое ощущение поэзии масонства и красоты соборной масонской работы. Для него, вернее, для всех нас, посвященных, важнее всего область интуитивного творчества, внеопытных и внеразумных постижений. Для него вера важнее уверенности; поэзия выше прозы; традиция братства - выше последних достижений современности. В масонской традиции есть два существенных элемента: её вневременность и идеализм. Почему вневременность? Потому что прошлое Вольного Каменшика в традициях и символах, а не в реальности. Предмет его работ и исканий – будущее, как всякого художник и поэта. В эпоху основания "Северных Братьев", французское масонство, в особенности Великого Востока, стремилось быть религией разума. Для "Северных Братьев" - наука и разум не суть исключительные факторы познания. Масоны отрицают за этими факторами абсолютное значение.

Масонство есть вдохновенное строительство, процесс постижений посвященного. Весь смысл нашего Братства и все наше счастье том, что мы - служители культа вечности, а не преходящего; тайны, а не опыта, и наше учение стремится быть ответом на протест человека против ограниченности его бытия во времени и пространстве и против всяких оков, налагаемых на нас Природой и Разумом. Вступление профана в братство не есть одно из многих его житейских предприятиях, а есть полный разрыв с прошлым и начало новой жизни - новое рождение. Посвященность сказывается а том, что, несмотря на некоторую, может быть, наивность образов и примитивность символов, она выработал в нас привязанность к идее братства и даже нелогическую любовь к нему. И вот, чем же мы дорожим в масонстве: традицией, связью веков, родством живых и мертвых мастеров, верою в слово потерянное и слово найденное, а главное - любовью к Братству. А выработка в себе веры, надежды и любви есть основная нравственная цель братства.

Конечно, такое определение целей Братства и все мироощущение, из него вытекающее, очень далеки от позитивистского и даже просто материалистического понимания масонства, как оно практиковалось в ту эпоху, да впрочем и теперь в некоторых французских мастерских. "Северные Братья" были далеки от того, чтобы отвергать и презирать разум и отрицать науку и прогресс. Но брат Осоргин отводил науке, в путях масонского постижения, второстепенное место, предоставляя первое творческому постижению посвященного, т.е. соборной творческой интуиции. Разум есть орудие опыта и наблюдения и, как таковое, он ограничен пределами рационального познания. Но кроме него существует иррациональное познание, орудием которого является интуиция - логически необъяснимое, внеопытное и внеразумное постижение. Предмет познания безграничен и если оперировать одними силами ограниченного разума, невозможно познать полностью вселенную, природу и истину.

Еще великий посвященный Шварц считал, что познание мира одним разумом недостаточно. "Разум познает внешний мир, но он бессилен проникнуть в мир духовный". Как символист и мистик, Шварц верил в возможность мистического соединения человека с Богом, созерцания Бога и проникновения в тайны творения. К познанию природы, настоящей цели нашего Братства, можно приблизиться лишь пользуясь методами царственного искусства. Здесь уместно отметить, насколько брат Осоргин и группа Северных Братьев, в этом понимании масонства, определили эволюцию, происшедшую на наших глазах.

Четверть века тому назад, в 1936 году, на совместном собрании лож "Астреи", 'Юпитер" и "Свободной России" в русском масонском храме на rue de l'Yvette, брат Осоргин прочел доклад о "Пути Русского Вольного Каменщика". В этом докладе он ясно утвердил положение о сущности, методе и цели подлинного Масонства, определив его как символический союз посвященного познания Природы. Цель - познание; его орудие - символ; его предмет - природа; условие - посвященность. Заканчивая свой доклад, он сказал что в наши дни (т.е. в 1936 году) трудно надеяться на возрождение высокого идейного масонства. Но хранить чистоту идеи, хотя бы в отдельных братских группировках возможно. Будущее возрождение масонства обеспечивается такими именно объединениями.

И вот, на празднике Шотландского Масонства 10 декабря 1961 года, глава его во Франции – Верховный Великий Командор Ch. Riandey произнес замечательную речь об этом именно возрождении идейного масонства. И закончил он цитатой из книги "Alexis Jorba" греческого писателя Nikos Katzantsaki:

"Il y a trois espèces d'hommes: ceux qui fixent pour but de vivre leur vie, comme ils disent: de manger, de boire, de s'aimer, de d'enrichir, de devenir célèbres. Puis, ceux qui fixent pour but, non pas leur propre existence, mais celle de tous les hommes. Ils sentent que tous les hommes ne font qu'un et ils s'efforcent de les aimer, autant qu'ils peuvent et de leur faire du bien. Enfin, il y a ceux dont le but est de vivre la vie de l'Univers entier, tous hommes, animaux, plantes, astres, nous ne faisons qu'un, nous ne sommes qu'une même substance qui mène le même terrible combat. Quel combat? Transformer la matière en esprit".

Великий Командор закончил свою речь следующими словами:

Nous nous efforçons d'appartenir à la seconde espèce, mais nôtre suprême honneur serait de constituer la troisième.

Конечно, такой путь постижения Природы и труден и, по
существу, бесконечен, как бесконечна вселенная и миры нас окружающие. Но он доступен тем, кто способен увлечься мечтою и, может быть, несбыточными надеждами. Не случайно, что вдохновителем '"Северных Братьев" был художник слова и поэт, без ложной скромности считавший себя достаточно масоном, чтобы не бояться суждений профанов о наших неприемлемых для них взглядов, ибо то, что известно им, известно и нам, но по-видимому нам известно несколько больше, - то, чем мы, к глубокому сожалению, не можем с ними поделиться, ибо им неведом язык царственного искусства. "Так, говорит Осоргин, вынужден ответить масон, но точно так же ответит им поэт, художник, писатель, архитектор, ученый, если они не ремесленники, а творцы новых духовных ценностей, созданных на путях Посвящения. Построение внутреннего храма и работа по созданию строя идеальных человеческих отношений не есть учение и не есть туманная религия, а есть искусство, высокое духовное ремесло.

Не удивительно, что, в особенности в русских ложах, наши братья, в большинстве своем, так ценили и так ценят ту громадную разницу, которая существует между их обычной жизнью в профанской среде, часто в обстановке духовного одиночества, и атмосферой наших храмов, созданной посвятительным ритуалом, настоящим произведением искусства. Все, конечно, зависит от "созвучности", от наличия в душе нашей каких-то струн, которые способны настроиться на длину волны того Прекрасного и Мудрого, что есть в масонстве. То обстоятельство, что большинство из нас, скажем даже все мы, уже столько лет, как когда-то сказал Осоргин, "в союзе с такими же чудаками", стремимся познать непознаваемое и не боимся исповедывать и высказывать то, что может показаться иррациональным вздором, есть большое утешение и большая радость.

Теперь после этой попытки дать представление об идейной базе "Северных Братьев', следует сказать о том, как постепенно развивалась организация этой независимой ложи. Задуманная как место встречи братьев разных лож и разных послушаний, где ж свободной обстановке они могли бы высказать свои впечатления, вынесенные из их работы в регулярных ложах, попытаться углубить вопросы поставленные символикой, ритуалом и историей масонства, - ложа эта, хоть и свободная и независимая, очень скоро почувствовала необходимость некоторой ритуальной организации работы. Был выработан ритуал, родственный шотландскому, но все же отличавшийся некоторыми нововведениями, подчеркивавшими несколько этот характер свободной и независимой ложи. Были избраны офицеры ложи, быль выработана программа. Львиную долю этой работы взял на себя, конечно, М.А.Осоргин.

Введение а беседу делалось обычно им, но затем следовало очень свободное обсуждение поставленного вопроса братьями ложи. Очень часто обсуждение переносилось на следующее заседание и уже другие братья делали вступление или новый доклад. Ложа отзывалась и на события в русских ложах во Франции и на события в профанском мире, затрагивавшие самую судьбу людей "свободных и добрых нравов". Во вступлении к беседе одного из заседаний, Осоргин сказал: "Опыт жизни профанской и масонской показал нам, что лишь в Братстве Вольных Каменщиков могут не только уживаться, но и деятельно общаться люди разных взглядов, сохраняя друг к другу полное уважение. Обычно людей больше всего разлучают вопросы политические, мы их не избегаем, но мы к ним подходим исключительно с масонским орудием работы, и даже на этой зыбкой почве у нас никогда не возникло ни недружелюбия, ни раздоров, хотя в нашей среде можно встретить людей любых политических настроений. Мы никогда не забываем, что братство ныне - лаборатория взглядов вне всех партий, а отнюдь не арена действий".

Чем дальше шла работа ложи "Северные Братья", тем чаще ставился вопрос о том, какую форму должна принять ее дальнейшая деятельность, как должна она себя проявить по отношению к существующим общемасонским организациям. Руководитель "Северных Братьею" полагал, что по образцу этой первой Независимой Ложи, будут образованы другие свободные объединения Вольных Каменщиков, в целях работы познавательной и практики добрых братских отношений. На 100-м заседании ложи им был поставлен вопрос об организации семью Мастерами второй "совершенной и независимой" ложи с участием французских братьев разных послушаний и в более далеком будущем возможность основания тремя "независимыми" ложами, в согласии с масонскими обычаями, нового послушества. Но всего этого не произошло. Ложа "Северные Братья" просуществовала еще два года в прежнем ее виде. Мнение Осоргина не нашло отклика в членах ложи и в начале 1938/39 года ее новым руководителем был избран брат Переверзев. Это был последний год ее существования и работа была даже несколько более напряженной, чем раньше. По обычаю '"Северных Братьев", работы кончались в апреле месяце. С начала войны, она, как собиравшаяся в частной квартире, не могла продолжать свою деятельность. Ложа "Северная Звезда", как и наши ложи Великой Ложи Франции продолжали еще собираться в 1938/1940 году и еще 31 марта 1940 года было Посвящение в степень Мастера, и брат Осоргин, как Досточтимый Мастер, обратился с приветственным словом к новопосвященным Мастерам.

А потом произошел военный разгром Франции, и в жизни М.А.Осоргина началась его последняя, короткая и страдальческая глава. Как почти все он бежал из Парижа за два дня до прихода гитлеровских войск и осел в маленьком местечке Шабри на берегу реки Шер. Оно было сначала занято немцами, а потом по условия перемирия - освобождено. Жил он там плохо и рвался домой, к друзьям, к своим книгам, архивам, к своему письменному столу. В Шабри даже и стола не было. С большими трудностями он добрался с женой до Парижа и нашел свою квартиру опечатанной немцами, разграбленной, все книги и архивы и любимые вещи оказались вывезенными. Он, с женой, вернулись в Шабри. Все это подорвало его здоровье и сердечные припадки стали все учащаться. Он сильно страдал, но продолжал писать и оставил нам две удивительных книги: "В тихом местечке Франции" и "Письма о Незначительном". Первую из этих книг М.А.Алданов считает одним из лучших его произведений. Бегство М.А. из Парижа, его возвращение и второй отъезд в тяжелых условиях описан с большой яркостью и художественной силой. Она проникнута большой человечностью, большой любовью к средним незаметным людям маленького местечка в сердце Франции.

И вот что говорит в этой книге Вольный Каменщик Осоргин о неудавшемся возвращении в парижскую квартиру. "Итак мы на улице! У нас не осталось ничего, кроме ручного чемоданчика, опечаленных и испуганных за нас друзей и личной свободы, которую нужно сохранить, как бы ни была она относительна. Мы видим себя окруженными самым ласковым вниманием друзей, с которыми сейчас придется расстаться, может быть, очень надолго, может быть, навсегда. Друзья познаются в несчастии и еще никогда испытание ценности алмаза не давало такого блестящего оправдания! Люди, сами не уверенные в своем завтрашнем дне, сжимают нас кольцом любви; они готовы отдать нам все, что в их силах, свое лучшее и последнее. С заботливостью нежных и преданных братьев, они каждым словом, каждым жестом, в большом и в мелочах, помогают нам забыть о лишениях и ободриться на новый этап крестного пути, такого неизбежного для людей нашего поколения. Они доказывают нам, что не были напрасными и ложными слова и символы нашего единения, что гибель внешнего еще не убивает веры в святость и благородство духовного союза". Новый этап оказался коротким. Михаил Андреевич скончался 27 ноября 1942 года в полном сознании и был похоронен на маленьком кладбище в Шабри.

Нельзя читать без волнения его прощальное письмо к друзьям: "Пишу, считая себя обреченным на очень скорый уход из жизни и при каждом припадке мечтая об уходе скорейшем..." И дальше: "Не стоило строить свою жизнь на идеях счастья человечества, но отдельных людей нельзя не любить и не ценить - люблю и ценю их и впереди всех вас, мои милые друзья. В вашей среде пережито лучшее, если даже в форме прекрасных самообманов. Весь смысл жизни - общение с хорошими людьми, союз душ легкий и свободный. На случай - прощайте, любите меня ушедшим, как любили живым (с критикой, но всегда доброжелательной). Этой записочки не стыжусь: если даже и преждевременно, все же не напрасна, пригодится."

Мы, имевшие счастье знать Михаила Андреевича, любили его, как он этого хотел, как любили его при жизни. Но для тех, кто не знал лично этого очаровательного, умного, красивого и тонкого человека, да будут эти строки скромной попыткой сохранить память об одном из славнейших русских масонов и о его детище - ложе "Северные Братья".

Генерал Половцев Петр Александрович - член-основатель ложи. 1-й страж со дня основания, с этого же времени исполнял обязанности досточтимого мастера. Досточтимый мастер в 1925-1926. Заместитель депутата в Великой Ложе Франции в 1927, депутат с 7.7.1927. Привратник в 1927. Отсутствовал с 1936. Почетный досточтимый мастер в 1957. Перешел в Англо-Саксонскую ложу 23.11.1959. Умер в Ницце.

Терапиано Юрий Константинович - регуляризировался и возведен во 2-ю и 3-ю степени 20.3.1930 в ложе Юпитер. 2-й страж в 1931-1932. Вышел в отставку из ложи 29.12.1932.

Граф Шереметев Дмитрий Александрович - посещал заседания Капитула “Астрея” с 3.3.1923. Возведен в 4-ю ст. 6.10.1923, в 9-ю ст. - 3.5.1924, в 18-ю ст. - 3.1.1925. Обрядоначальник со 2.6.1926 и в 1928. 2-й страж в 1927. Эксперт в 1929-1930. 1-й страж в 1932-1933 и 1935. Председатель капитула в 1933 и в 1937-1938. Член капитула по 1951.Возведен в 32-ю ст. в 1934. Член консистории Россия по 1937. Возведен в 33-ю ст. в 1938. Обрядоначальник Русского Особого Совета в 1939. Канцлер оного с 12.5.1939.

Сергей Тикстон писал о нем14:

В 196З-м году, ушел на Восток Вечный граф Дмитрий Александрович Шереметев. Он был посвящен в 1922-ом году, вскоре после основания ложи Астрея и был ее вторым по счету Секретарем. Роль его в Русском Масонстве была очень велика. Он был первым Досточтимым Ложи "Золотое Руно", из которой впоследствии возникла Ложа "Юпитер", и в дальнейшем, – Досточтимым Мастером Ложи "Северное Сияние".

Вся Россия знала имя Шереметевых, игравших в течение веков крупнейшую роль в истории нашего отечества. Родоначальником рода Шереметевых был знатный "выходец из Прусские земли" Андрей Иванович Кобыла, обосновавшийся в России при Иване Калите. Прямым предком покойного графа был генерал-фельдмаршал Шереметев, герой Полтавской битвы, которому Петром Великим было пожаловано графское достоинство.

Все Шереметевы служили в Кавалергардском полку, первым командиром которого был их предок.

Граф Д.А.Шереметев, после окончания образования тоже вышел в этот полк и, во время Великой Войны, был адъютантом Главнокомандующего северо-западным фронтом, генерала Рузского.

Он был вероятно последним свидетелем драматических событий, предшествовавших и сопровождавших отречение Государя и, будучи по семейным связям /его отец, граф А.Д.Шереметев был близким другом Александра Третьего, который запросто бывал в доме Шереметевых/ хорошо знакомым с императорской семьей, на его долю выпала роль посредника между Главнокомандующим и Государем.

В Масонстве, согласно воспоминаниям Тикстона, граф Шереметев занимал особое положение. Он принадлежал к той категории братьев, которых в нашем Ордене привлекает сторона эзотерическая, мистическая и даже, отчасти магическая. В начале своего масонского пути, граф Шереметев очень увлекался произведениями Генона и, йод влиянием этого писателя, занялся сначала изучением Ислама, а потом дальневосточных религий и иогизма. Впоследствии, он отошел от Генона и, со свойственной ему страстностью, занялся чистым оккультизмом, астрологией, Шаро, пытаясь связать все это с Масонством.

На этой почве, между братом Шереметевым и некоторыми другими братьями возникли разногласия, в результате которых, в 195~-м году, он вышел из русских мастерских в которых состоял, и перешел во французскую Ложу "Международная Дружба", где много лет занимал плата оратора. Там, его влияние, в особенности на молодых братьев, было чрезвычайно велико и тот факт, что французские братья так близко приняли к сердцу его кончину, взяв на себя фактически все хлопоты и расходы по похоронам, явно свидетельствует о том уважении и любви, которыми он бью скроен.

Теперь, перед его свежей могилой, хочется отдать себе отчет в том, кем, в сущности, был покойный брат Шереметев, и мне кажется, что главным импульсом егомасонской работы было искреннее и глубокое стремление найти нечто, что приблизило бы человека к Богу и сделало его подлинным посвящением.

Он сумел преодолеть в себе многое и совершенно смирился с тем, что судьба, дав ему при рождении сказочное богатство, знатность и огромные связи, – все от него отняла на старости лет. Последние годы его жизни были особенно тяжелыми. Старый, больной, одинокий, без каких бы то ни было средств, брат Шереметев жил под угрозой лишиться крова и эта последняя перспектива очень его мучила.

Но все это не мешало ему, однако, очень достойно и чрезвычайно мужественно переносить удары судьбы и для меня нет сомнения, что он черпал силы для сохранения морального равновесия именно в своих достижениях в посвятительной работе.

Да найдет себе упокоение его мятежная душа и да будет ему легка чужая земля.

Чайковский Николай Васильевич - возведен в 14-ю ст. (по коммуникации) 12.5.1923. Член 31 ст. и председатель капитула с 20.1.1925.

22 мая 1926 года ложа Северное Сияние посвятила свое Торжественное Собрание памяти почившего брата Чайковского. Слово в память патриарха христианского социализма и проповедника ненасилия сказал брат Петр Бобринской15:

Родившийся в 1850 году, покойный уже в 1870 году создал кружок молодых прогрессивно мыслящих людей. Эта было время столкновения крайних идей, и маленький кружок, душой которого был брат Чайковский, был первым кружком, что услышал призыв к любви и гармонии.

Идеи Чайковского имели успех в среде русской молодежи и мало помалу схожие кружки появились в разных частях России. Однако, молодой идеалист недолго смог справляться со всеми кружками. Скоро крайние идеи стали брать верх, и в 1875 году Чайковский с маленькой группой друзей эмигрировал в США для того, чтобы там основать небольшую колонию, где он мог бы практически осуществить свои идеи о человеке-Боге. Жить по Божескому закону, вот чего желал Чайковский, и жизнь его прошла в попытках доказать, что это возможно.

Вскоре маленькая колония Чайковского развалилась, он остался один, без средств и узнал и бедность, и тяжелый труд. Но идеи его юности его не покинули. В 1880 году мы видим его в Лондоне, откуда он участвует во всех революционных движениях Европы. Вернувшись в 1907 году в Россию, он принимает активное участие в революционном движении, арестован, помещен в тюрьму, судим и оправдан.

Он вкладывает все свои силы в развитие кооперации в России. Во время Великой войны он возглавляет спасательный отряд на северном фронте, а с самого начала революции оказывается членом совета солдатских и рабочих депутатов. Там он остается недолго и уже вскоре прилагает все силы для борьбы с большевиками.

Брат Чайковский становится франкмасоном уже в эмиграции, но можно сказать, что он был масоном всегда – силой своих идей…

Вслед за ним взял слово ген. Голеевский, который напомнил присутствующим мысли Чайковского о счастье16:

Для нас, спиритуалистов, счастье не может быть игрой случая или следствием внешних причин, счастье в нас самих. Чтобы быть счастливым, нужны две вещи: деятельная любовь и духовное созидание. Для того, чтобы мужественно переносить страдания, необходимо допустить существование во Вселенной чего-то более драгоценного, чем человеческая жизнь, чего-то, что вынуждает нас подчиняться воле Божьей.

Искать Бога, искать Христа значит искать эволюцию духа, что и есть дорога счастья. Материальная жизнь разделяет, лишь дух возвращает к единству, материализм несет в себе антагонизм, Дух ведет человека к высотам, где разделение и антагонизм невозможны.

Для нас, спиритуалистов, что верим в Духовное Единство Вселенной, счастье не быть ничем иным как воплощением в нас этого Единства в форме созидательной любви.

---------------------------------------------------------------------

13. А.Мазэ. Независимая Ложа "Северные Братья". (Ч.А.).
14. С.Тикстон. Памяти ушедших братьев. (Ч.А.).
15. П.Бобринской. Протоколы заседаний ложи Северное Сияние. (Ч.А.)
16. Н.Голеевский. Протоколы заседаний ложи Северное Сияние. (Ч.А.)

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?