Независимый бостонский альманах

ПЕРВИЧНА ЛИ ИДЕЯ ЕДИНОГО БОГА?

24-04-2004

[по материалам дискуссии в Гусь Буке]

и.о. Осипова

Но кому поклонялся он (человек): солнцу или "Солнцу правды" - Богу? Об этом наука ничего сказать не может. Археология и этнография в изучении истоков европейской цивилизации достирает своим взором лишь до руин храмовой культуры Мальты (4-2 тыс. лет до н.э.). От Крита до Микен (3-2 тыс. лет до н.э.) при этом до нас дошли только хозяйственные записи. (А.И. Осипов).

Некую идею о происхождении религии высказал Фейербах. По его мнению, религия непосредственно вырастала из олицетворения отдельных сторон и свойств, прежде всего, абстрактной природы человека и превратного ее объяснения. "Что такое дух, - вопрошает Фейербах, - как не духовная деятельность, получившая самостоятельное бытие благодаря человеческой фантазии и языку, как не духовная деятельность, олицетворенная в виде существа?" (Фейербах Л. Лекции о сущности религии). Бог и боги - это, оказывается, олицетворенные проекции свойств человека и природы, превращенные человеческой мыслью в самостоятельные существа.

Фейербах делит религии на "духовные": иудаизм, буддизм, христианство, ислам - и "естественные": все первобытные и древние языческие верования. В "духовных" религиях, по Фейербаху, "Бог, отличный от природы, есть не что иное, как собственное существо человека", а в "естественных" религиях "отличный от человека бог есть не что иное, как природа или существо природы".

Как же, по Фейербаху, возникли эти сверхъестественные существа в сознании человека? Оказывается, очень просто. Своим "бытием" они обязаны лишь "незнанию людьми органических условий деятельности мышления и фантазии", ибо Божество есть "олицетворение человеческого незнания и фантазирования". Головную работу, по существу, "телесную" деятельность определенного органа, человек осознал как "бестелесную", поскольку эта "головная деятельность есть самая скрытая, удаленная, бесшумная, неуловимая", и ее "сделал абсолютно бестелесным, неорганическим, абстрактным существом, которому он дал название Бога". "Существо силы воображения, - пишет он, - там, где ей не выступают в противовес чувственные воззрения и разум, заключается именно в том, что оно (воображение) ему (разуму) представляет".

Такова, в основном, точка зрения Фейербаха по вопросу происхождения религии. Ее можно суммировать в следующем его тезисе: тайну теологии составляет антропология.

В чем основная ошибка Фейербаха и его последователей в вопросе происхождения религии? - В утверждении того, что религия есть фантастическое отражение в человеческом сознании самого сознания и всей земной действительности. И это утверждается, несмотря на великое множество гениев и величайших людей в человечестве, исповедующих веру в Бога.

Насколько фантастичной является сама гипотеза Фейербаха, увидели по опубликовании его работ "Сущность христианства" и "Лекции о сущности религии". Его взгляды на религию подверглись критике даже сторонниками гегельянской школы, из которой он вышел. Это и не удивительно. Утверждение, что Бог есть фантастическое олицетворение абстракции человека, равносильно обвинению всего человечества в сумасшествии. "Ибо чем, как не сумасшествием, - справедливо писал проф. МДА В.Д. Кудрявцев, - должно назвать такое состояние души, когда человек вымысел фантазии считает реально существующим предметом и постоянно вплетает его во все отношения своей жизни?"

Действительно, только психически больной может считать свои фантазии за реальные живые существа и относиться к ним как к таковым. Создание абстракций и вера в их объективную реальность, тем более в их божественность - вещи слишком далеко отстоящие друг от друга, чтобы их можно было так легко соединить, как это сделал Фейербах. Гипотеза эта годна разве для объяснения процесса деградации религии, происхождения различных языческих видов религии, но никак не происхождения самой идеи Бога.

Все это называется "натуралистической гипотезой" возникновения религии, и была высказана эта гипотеза еще римским поэтом и философом Лукрецием (I в. до н.э.). Согласно этому взгляду идея Бога и религия возникли в результате страха людей перед грозными явлениями природы (timor primus fecit deos - страх создал первых богов), непонимания причин их возникновения, незнания законов природы.

Это психологическое объяснение, однако, не учитывает того обстоятельства, что страх вызывает, скорее, стремление избежать данного явления, скрыться от него, нежели почитать и олицетворять его, обращаться к нему с мольбой. Человек многого боялся, но, тем не менее, обоготворял не все предметы страха: хищников, стихии, своих врагов-людей и т.д., - а лишь некоторые из них, и часто самые безобидные (камень, дерево и т.д.). Видимо, не страх явился причиной религиозного к ним отношения. Советский религиовед В.Д. Тимофеев замечает: "Существование природных явлений самих по себе, даже таких грозных, как наводнения или землетрясения, еще не обязательно приводят к религиозным фантазиям" (Основные вопросы научного атеизма // Под ред. проф. И.Д.Панцхава. М., 1966. с. 36). Подобное же утверждает и его коллега А.Д.Сухов, доктор философских наук: "И все-таки человек никогда, в том числе и в эпоху первобытности, не был полностью подавлен силами природы. Эта подавленность никогда не была абсолютной" (Естествознание и религия. 1970. № 3, с.10).

Не мог явиться причиной возникновения идеи Бога и незначительный научный уровень развития древнего человека. Первобытный человек субъективно ощущал свои познания, вероятно, даже бульшими, чем современный (перед которым открыта бездна проблем, и количество их непрерывно увеличивается с каждым новым открытием), и умел по-своему объяснить все, с чем он сталкивался в своей жизни. В этом отношении очень показателен следующий пример. Исследователь, изучавший дикое племя кубу о. Суматра, спросил как-то одного из туземцев:
- Ходил ли ты когда-нибудь ночью в лесу?
- Да, часто.
- Слыхал ли ты там стоны и вздохи?
- Да.
- Что же ты подумал?
- Что трещит дерево.
- Не слыхал ли ты криков?
- Да.
- Что же ты подумал?
- Что кричит зверь.
- А если ты не знаешь, какой зверь кричит?
- Я знаю все звериные голоса...
- Значит, ночью в лесу ты ничего не боишься?
- Ничего.
- И ты никогда не встречал там ничего неизвестного, что могло бы тебя испугать?
- Нет, я знаю все...
(Фольц В. Римба / Цит. по: Светлов Э. Магизм и единобожие. Брюссель, 1971. с. 37-38)
Очевидно, что для человека с подобной психологией идея Бога совершенно излишня в объяснении различных явлений природы.

Данная гипотеза не выдерживает критики и с другой стороны. Наука существует не первое столетие, и человек давно увидел, что он постепенно приобретает все большую возможность объяснения природных явлений. Однако это важнейшее, быть может, для него открытие, освободившее его от "мистического страха" перед природой, не повлияло на его религиозность. Подавляющее число людей и среди них величайшие ученые верили и продолжают верить в Бога и в ХХI веке.

Натуралистическая гипотеза совершенно не объясняет главного: как страх (или, напротив, восторг, восхищение) перед окружающим материальным, видимым, слышимым и осязаемым миром мог вызвать в первобытном "примитивном" сознании человека идею Бога, Существа принципиально иного - духовного, невидимого, неслышимого, неосязаемого.

Но если явления этого мира сами по себе не способны породить в сознании человека идеи Бога и мира потустороннего, т.е. дать начало религии, то, напротив, при наличии такой идеи и такого чувства в душе человек способен не только верить в Бога, но и обоготворять любое явление природы, любое существо, любую свою фантазию. И тогда становятся вполне объяснимыми факты и наличия религии во всех народах мира и религиозного многообразия.

Потому что это факт: все народы мира во все времена имели религию.

Что касается гносеологического аргумента, обуславливающего возникновение религиозных идей и представлений развитием способности у человека формулировать отвлеченные понятия, то логика здесь правильная - только при наличии абстрактного мышления человек способен перейти от впечатлений мира предметного к порождению мира идей, в том числе и мира религиозных представлений.

Однако этот аргумент является простым повторением старой мысли Фейербаха, несостоятельной и с психологической, и с исторической точек зрения. Им и его последователями зарождение религии относится к временам столь неопределенным и человеку столь далекому от нас, что теряется всякая реальность ощущения этих "понятий". Ночь десятков, сотен и тысяч тысячелетий, в которые отсылается начало человечества, не оставляет ни малейшей возможности сколько-нибудь серьезного суждения о психологии человека тех эпох. Поэтому здесь можно утверждать все, что угодно. Но сами эти утверждения не есть ли плод фантазии? Должно избрать одно из двух: или признать психику первых людей terra incognita и в таком случае прямо сказать, что происхождение религии - вопрос неразрешимый для науки на современном этапе ее развития; или рассматривать психику первого человека подобной современному и в таком случае решительно отвергнуть фантастические утверждения о возможности обожествления первыми людьми своих абстракций, надежд, грез и страхов.

К тому же научные исследования прямо говорят о том, что религиозное сознание человека значительно древнее появления у него развитого абстрактного мышления. Неразвитые, в европейском понимании, народности, будучи религиозными, абстрактных понятий, как правило, не имели и, часто, до сих пор не имеют. Отечественный исследователь В.Л. Тимофеев сообщает следующий интересный факт:
"Изучение культуры и языка народностей, находящихся на ранних ступенях развития, доказывает, что развитие сознания человека шло от конкретных, наглядных представлений ко все более абстрактным обобщениям, являющимся более глубоким отражением сущности явлений и предметов, окружающих человека. Этнографы обратили внимание на то, что язык таких народностей характеризуется отсутствием многих слов, необходимых для обозначения абстрактных понятий и родов предметов. Так, африканское племя эве имеет 33 слова для обозначения разных видов походки. Но в языке этого племени отсутствует слово для обозначения ходьбы вообще, безотносительно к ее особенностям. А у народности канаков имеются, например, специальные слова для обозначения укусов разных животных и насекомых, но отсутствуют слова, которые обозначали бы укус, дерево, животное вообще и т.п.
Естественно, что и религиозные образы, возникшие в сознании первобытного человека, должны были иметь поначалу конкретный, наглядный характер и не могли выступать в виде некоей безликой и абстрактной сверхъестественной силы, не имеющей аналога среди окружающих человека материальных предметов"
(Основные вопросы научного атеизма / Под ред. проф. И.Д.Панцхава. М., 1966. с. 36)

Как явствует из приведенной цитаты, даже некоторые современные народности и племена еще не имеют "весьма отвлеченных" понятий. Но эти племена по своему развитию, вероятно, все же выше тех, которые жили 35 тыс. лет тому назад и которые в силу этого тем более не могли иметь таких понятий. И, тем не менее, как те, древние, так и современные имели и имеют религию, содержащую такие понятия, как "Бог", "дух", "душа", "ангел" и другие.

Это очевидное противоречие в суждении о человеке перворелигии: и совершенно неразвитом, полуживотном существе, едва достигшим сознания "своей личности как чего-то отдельного от окружающей природы", и одновременно - философе со смелым, оригинальным умом и абстрактным мышлением, не дает возможности серьезно отнестись к гносеологическому аргументу.

* * *

Всеобщность религии в человечестве - один из самых впечатляющих фактов всемирной истории. Могло ли быть это явление результатом случая, чьих-то фантазий или страхов? Или оно должно было иметь свою причину в чем-то фундаментальном, корениться в самой природе человека, в самой сущности бытия?

Валерий Лебедев

Уважаемый А.И. Осипов и и.о. Осипова, давайте углубимся в суть дела.
Для начала - о мальтийских храмах. Храмами она называются весьма условно. Это никакие не храмы, но мегалитические сооружения неизвестного назначения.
Скорее всего - культового. Представляют собой нечто вроде ограды из больших камней, сооруженных людьми каменного века.
Пользуясь приемом реферата, сообщу, что возраст всех сооружений датируется эпохами неолита (3600-2000 гг. до н.э.). Самый древний из сохранившихся храмов - Джгантия на острове Гозо - был построен ориентировочно в 3600 году до н.э.
Между прочим, это время додинастического периода в Египте и раннего государства Шумера, так что и Египет, и Шумер ушли гораздо дальше по пути цивилизации по сравнению с укладчиками камней на Мальте.
По существу вопроса: не стоит называть сие мальтийской храмовой цивилизацией (=культурой), поскольку цивилизацию принято отсчитывать со времени появления письменности (а заодно и государства). В эпоху неолита на Мальте поселенцы не имели никакой письменности. Соответственно, мы не знаем ни имен строителей, ни их целей, ни событий их жизни того времени. И если по истории Шумера и Египта (особенно) написаны сотни книг, то по поводу мальтийских камневоздвижников не написано никаких историй, так как у них не было истории. Она невозможна без письменности и цивилизации.

Далее по поводу вашего реферата об анимизме.

Сама центральная идея “Осипова”, будто монотеизм родился в готовом виде вместе с появлением хомо сапиенса есть не более, чем повтор идеи о золотом веке, наполненном высшими знаниями, мудростью, счастьем и всеобщим просветлением, которое было из-за порчи нравов утеряно позднее. Как бы вариант изгнания из рая.

Путь становления религии известен: анимизм, политеизм, монотеизм.

Вы цитируете Токарева, его отзыв о работе Тэйлора. После Тэйлора работало много исследователей. Весь многотомный труд Фрэзера "Золотая ветвь" написан с позиции того, что анимизм, равно как и симпатическая магия есть самое начало первобытных религиозных воззрений.То есть, древние люди одушевляли камни, деревья, ручьи и пр. и поклонялись им. Этот вывод основан на сотнях и тысячах изученных верований древних и нынешних, но отсталых племен.
И этот вывод вряд ли будет когда-либо опровергнут.

Но больше всего вы насели в своем реферате на Фейербаха.
Вы восклицаете: "В чем основная ошибка Фейербаха?”
И горделиво возвещаете:
"В утверждении того, что религия есть фантастическое отражение в человеческом сознании самого сознания и всей земной действительности. .... древние, так и современные имели и имеют религию, содержащую такие понятия, как "Бог", "дух", "душа", "ангел" и другие".

Ничего подобного, никаких представлений о Боге (едином!) древние не имели.
Вы взяли представление об идеях Фейербаха из учебников истмата или научного атеизма.
И потому пишете: "И когда я читаю, что религия есть фантастическое отражение в моем сознании этого самого сознания и всей земной действительности, то мне становится с этого Фейербаха смешно".

Да, от такого прочтения вам смешно.
Фейрбах рассуждал довольно тонко. Человек познает сущность только видя себя, свое отражение, в другом. Человек Петр осознает свою сущность только глядя как в свое отражение на человека Павла.
Каждый человек любит самого себя. И, будучи общественным существом, имея свое отражение в другом, он должен был бы любить и другого как самого себя. Должен...., но часто не любит. А, напротив, ненавидит. Мешают инстинкты и всякого рода испорченность.
Но вот тоска по своей человеческой сущности, по тому, чтобы осознать себя полноценным человеком, приводит к тому, что любовь как самая глубинная потенция и экзистенция человека находит свое выражение в идее Бога, который любит всех. Каждого в отдельности и всех вместе.
Говоря словами самого Фейербаха:

"Человек сознает, что сердце, любовь есть высшая, абсолютная сила и истина, и видит в Боге не только закон, моральную сущность и сущность разума, но главным образом любящее, сердечное, даже субъективно-человеческое существо.
Любовь есть сам Бог и вне любви нет Бога. ... Любовь Бога к человеку составляющая основу и средоточие религии, есть любовь человека к самому себе, объективированная как высшая сущность человека. Бог есть человеческая сущность, но сознаваемая как другое существо. Любовь обнаруживает сокровенную сущность религии, а вера составляет ее сознательную форму”.

После всех рассуждений о Боге и любви, Фейербах как бы говорит: я открыл тайну религии, тайну влечения людей к Богу. Эта тайна – в потребности людей любить и быть любимыми. Так как в любви к Богу происходит удвоение реальности (есть любовь к себе и есть любовь к себе, перенесенная на Бога, который в ответ любит человека), то, де, сделаем важный шаг: откажемся от удвоения мира. Просто нужно принять как моральную данность, как кантовский императив, что мы должны любить другого как самого себя. И тогда отпадет необходимость в Боге, который в этом мире ненависти и огромного дефицита любви людей друг к другу компенсирует нехватку любви своей всеобщей и огромной любовью.

Дивным образом Фейербах здесь в точности повторил главную заповедь Нагорной проповеди: “Возлюби ближнего как самого себя”.

и.о. Осипова

Вы в своих представлениях о возникновении религии стоите на материалистической идеологии.

Эта идеология, исходя из веры в универсальность теории эволюции и ее безусловную истинность, рассматривает в этом же ключе и развитие религии, возводя ее от низших форм - фетишизма, анимизма, сабеизма и т.д., к высшей - монотеизму.

Однако, в этой концепции можно видеть, по меньшей мере, две принципиальные ошибки.
Первая - бездоказательное утверждение применимости эволюции к столь специфической стороне жизни, как религиозная (а ведь теория эволюции даже в области биологии не убедительна, о чем свидетельствуют продолжающиеся по этому вопросу споры).
Вторая - игнорирование факта существования до настоящего времени низших форм религии и очевидной деградации религиозного сознания в наиболее развитых обществах. Современная цивилизация явно распадается духовно, и обусловлено это, прежде всего, ее религиозным вырождением. (И Суси согласен с этим: Европеец желает общаться с Богом, сидя дома в халате и тапочках. С комфортом.) Христианство вытесняется множеством псевдорелигий, оккультизмом, магией, астрологией, то есть всем тем, что с идеологической точки зрения является начальной стадией развития религиозного сознания у человека на низших ступенях его существования. Налицо очевидная инволюция, а не эволюция религии.

Безусловно, идеологическая ориентация исследователя всегда в значительной мере определяет результаты исследования. Поскольку так или иначе он ищет (пусть и не всегда сознательно) подтверждения исходной идеологической посылки. Но в данном случае сама посылка вызывает серьезнейшие возражения.

Та же исходная посылка характерна и для Фрезера. Он - безусловный эволюционист.

Кстати, о каких многих томах "Золотой ветви" вы толкуете, уважаемый Валерий Петрович? Это - одна книга.

А вот во многих томах имеется другое исследование. Основатель так называемой "культурно-исторической школы" венский пастор Вильгельм Шмидт предпринял гигантскую работу – создание двенадцатитомного труда, отразившего 40-летние исследования. Этот труд называется "Происхождение идеи Бога" (Schmidt W. Der Ursprung der Gottesidee. Muenster im Westfalen, 1912-1955, В.1-12) и в нем собраны огромные этнографические материалы по всем континентам.

И эти материалы как раз опровергает ваши слова:
То есть, древние люди одушевляли камни, деревья, ручьи и пр. и поклонялись им. Этот вывод основан на сотнях и тысячах изученных верований древних и нынешних, но отсталых племен.
И этот вывод вряд ли будет когда-либо опровергнут
,

поскольку свидетельствуют о глобальном распространении представлений о высших существах в религии и мифологии первобытных народов. Другими словами, даже среди самых примитивных аборигенов Австралии и Океании не нашлось ни единого племени, у которого не было бы представления о некоторых высших существах, высших богах.
Правда достичь поставленной цели - доказать, что первоначальной формой религии был "прамонотеизм", а анимизм, тотемизм, политеизм, магия и т.п. являются позднейшими наслоениями, характерными для исторически более поздних культурных слоев, Шмидту не удалось, поскольку для этого нужно реконструировать древнейший пласт верований, освободить его от позднейших наслоений, а надежных критериев для такой реконструкции нет.
Тем не менее, если судить по эволюции (инволюции) религии в историческое время, то точка зрения Шмидта представляется более обоснованной, чем эволюционизм Тэйлора, Фрезера и других.

Валерий Лебедев

Уважаемый и.о. Осипова, возможно сам Осипов знает то, что от вас ускользнуло. Одна книга” “Золотой ветви” - это только в русском издании изд. полит. лит. 1980 г. В оригинале труд Фрезера имел 12 томов. В русском есть большие сокращения, но главное – совсем удалены огромные примечания и все невообразимые сноски (так было сделано еще в самом первом переводе на русский – с французского (!) в 1928 году.

Теперь о вашей идее "глобального распространения представлений о высших существах в религии и мифологии первобытных народов”. Нет ничего дальше от исторического подхода. Эта идея – тоже разновидность мечтания о золотом веке. Дескать, тогда, на заре, Творец (или культурный герой, ставший богом) даровал людям незамутненные истины, но люди с течением времени все испортили. Ну, как портятся игрушки в руках несмышленого мальчишки.
Этнография и вообще любая дисциплина о становлении мышления (так cказать палеопсихология”) говорят о том, сознание развивалось от очень конкретных понятий для обозначения близких в быту вещей, ко все более абстрактным. Именно поэтому у эскимосов или чукчей были слова для обозначения молодого моржа, самца, старого, в воде, на суше, раненного и пр. (более 50), но не было общего понятия “морж”.
Понятие Бог – одно из самых абстрактных. И уже только по одному этому оно венчало собой развитие идеи высшей причины всего сущего, но никак не могло предшествовать началу эволюции религиозного сознания.
На этом высшем этапе развития человеческого сознания идея Бога имеет две главнейшие причины.
1. Когда человек осознал свою уникальность и, вместе с тем, свою смертность, то его психика не могла смириться (и до сих пор не может, и всегда будет так) со своим небытием. Человек бежит идеи смерти, мысли о своем не существовании, он спасается от нее. И это спасение – идея вечной жизни. Пусть не здесь, в этой юдоли плача, но там, в горнем мире. Идея спасения – самая фундаментальная в религии. В любой. Если в некотором учении нет обещания спасения, значит мы имеем дело не с религией. Именно спасения - как избежание тлена и полного исчезновения “Я”. В этом смысле можно сказать, что религия, так сказать, врождена человеческому сознанию. Можно сказать и более материалистически: идея бессмертия души и Бога, который дарует это бессмертие, порождаются самой психикой как защитное средство от ощущения ужаса небытия.

2. Вторая глубинная основа возникновения религии. Ею является внешняя по отношению к человеку причина. Оказывается, если религиозная идея не укрепляется в обществе на определенном этапе развития социума, то такое общество не может долго существовать. Это вопрос исследовал Кант в работах "Религия в пределах только разума" и "Критика чистого разума". Он показал, что идею Бога нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Он разобрал все имеющиеся доказательства Бога, выработанные в истории философии - от доказательств Фомы Аквинского до онтологического доказательства Ансельма Кентерберийского - и выяснил, что все они уязвимы с логической точки зрения и потому не являются доказательствами. И тут же, как тонко выразился "консультант" Воланд, выдвинул свое, шестое доказательство бытия Бога. Это так называемое этическое доказательство. Оно гласит: Бог должен существовать как персонифицированное воплощение человеческого представления о справедливости. Иначе говоря, человек должен быть уверен, что его поступки будут оценены некоей надчеловеческой и сверхчеловеческой сущностью независимо от того, знают или нет о них другие люди.
Если в обществе нет религиозной идеи, особенно в этой второй функции (или она слаба, как то было в России накануне 1917 г.) оно рано или поздно деградирует, размывается алчущими и власть имущими и – распадается.

и.о. Осипова

Уважаемый Валерий Петрович!
Вы правы насчет 12 томов “Золотой ветви” – в свое время я читал в предисловии к изданной у нас “Золотой ветви”, что перевод сделан с сокращенного 1-томного варианта, подготовленного самим автором, но потом запамятовал.
Правда, это признание не изменяет моего отношения к самой книге. Потому что, как уже сказано, нет оснований считать справедливой исходную эволюционистскую посылку Фрезера; напротив есть основания считать ее неверной, исходя из истории христианской религии.
Вы не сочли нужным на этом остановиться. А ведь здесь – суть нашего расхождения. Вы говорите: Нет ничего дальше от исторического подхода, чем идея “глобального распространения представлений о высших существах в религии и мифологии первобытных народов”.
Эта формулировка не точна, с моей точки зрения: слова “исторический подход здесь не при чем. Замените их на “материалистический подход” и я немедленно с вами соглашусь. Потом – это не моя идея. Повторяю, исследования Шмидта и последователей “культурно-исторической школы” показали, что не существует точнее не удалось найти – ни одного племени, включая самые примитивные, у которого бы не было идеи Бога или некоего высшего существа. Я не стану утверждать, что работа Шмидта была предпринята в качестве непосредственного возражения на труд Фрезера (Шмидт жил и работал несколько позже Фрезера). В работе Фрезера автор главным образом прослеживает роль магии в становлении царской власти, связав обряды интронизации с мифами об умирающем и воскресающем божестве, а остальные сюжеты – сопутствующие, а работа Шмидта специально посвящена исследованию существования прамонотеистических представлений, хотя доказательством последнего считаться не может. Но доказательством существования у всех ныне живущих народов представления о “высших существах она бесспорно является.

Поэтому и ваше утверждение о том, что идея Бога есть продукт высокоразвитого сознания не представляется обоснованным.

Вы не возразили на критику анимистической гипотезы происхождения религии, хотя даже атеистическая мысль в СССР пришла к выводу о ее необоснованности. Другого объяснения вы не предлагаете.

Коснусь еще вашей ссылки на Канта.
Религии в пределах только разума” не может быть, Бог не постигается разумом. И “доказазательства бытия Бога” не являются доказательствами с формально-логической точки зрения. Для формально-логического доказательства необходимым является условие непротиворечивости системы исходных посылок. Кант не мог знать, но вы-то не можете не знать, что после теоремы Геделя о неполноте формальных систем даже непротиворечивость математики – наиболее формальной системы доказать невозможно. Поэтому, строго говоря, ничего на свете доказать невозможно. Можно только непосредственно увидеть, познать через личный опыт.
Ну и этический аргумент Канта тоже доказательством не является. Да и вообще, взгляд Канта на религию очень узок: он всю религию свел к этике; одно слово – немец, “человек орднунга”:))).

Валерий Лебедев

Уважаемый и.о. Осипова, вы можете не утверждать, что Шмидт возражал Фрезеру, но это очевидно. Первое издание “Золотой ветви” вышло в 1890 г., а католический пастор Шмидт основал свой журнал “Антропос” и вообще занялся всей своей этнографией в 1906 году. Не знать знаменитой работы Фрезера, коли уж Шмидт занялся тем же, что он (исследованием верований примитивных племен), Шмидт никак не мог.

Я не только не избегаю главного нашего расхождения, но все время о нем говорю.
Шмидт, в пику Фрезеру, полагал, что вера прошла путь от высшего своего сияния в самом начале сотворения человека, через его падение (изгнание из рая), через одичание, распри, войны и деградацию к нынешнему своему состоянию, когда человек как бы одумался. Он одумался во время возникновения монотеизма, что означает, по Шмидту, всего лишь возвращение к вере праотцов.
Я уже писал, что концепция Шмидта- это не более, чем восстановление идеологии Золотого века”. То есть, вначале все было отменно (первые люди в раю), но из-за грехопадения Адама люди были исторгнуты в земную юдоль безобразий. Шмидт исходил из концепции антиисторической (а не просто антиматериалистической) и в своей методологии повторял Библию и теорию воспоминаний Платона.

К тому же, ваш корифей шел следом за Лангом (1844-1912), своим английским предшественником и направителем, который полагал, что идея великого Бога существовала в виде единого бессмертного и всемогущего. Ланг полагал, что у примитивных племен имеется некое моральное регулирование, связанное с верованиями в великого Бога, - имеются заветы, касающиеся уважения старших и женщин, всяких обычаев в питании.
Особенно (надо думать) – в питании себе подобными.

Идея деградации Золотого века – абсолютно не эвристическая идея. Из нее нельзя ничего почерпнуть, кроме хныканий и сетований по поводу того, что человечество вырождается.

Вот что писал Ланг:

'У них (то есть – у примитивных племен) в сердцах, у них на устах, в их моральном поведении мы находим, хотя и перемешанную с варварскими бессмыслицами и затемненную обрядами другого происхождения, веру в некое Существо, создавшее или построившее мир, Существо, живущее с незапамятных времен, которое было первым, ведущим себя справедливо и любящим человечество. Это существо не было затронуто вырождением, обитель Его – среди звезд, а не на каком-нибудь холме, ни в доме земном. Для Него ни один жертвенник не дымится и не проливается ничья кровь'.

А вот как вторит ему Шмидт:

'В религиях исторической эпохи внешняя цивилизация достигает блестящего расцвета. Религия тоже широко развивает свои внешние формы, умножает образы своих богов и демонов, возводит величие своих храмов и святилищ, создает армию духовенства, развивает богатство своего культа. Но в то же время часто ускоряется упадок истинно религиозных мыслей и чувств. Последствия этого ощущаются нами в моральной и социальной жизни. И речь идет уже не только об упадке, но о настоящей коррупции, которая ведет к обожествлению аморального и антисоциального. Источником зла является именно подмена Высшего Существа бесчисленным множеством богов и демонов'.

Представьте себе ученого, который бы утверждал, что та самая теория Великого объединения (Теория Суперсилы), которой еще нет, уже давно была известна древним, возможно даже питекантропам, потом забыта в распрях и кровопролитиях, и только теперь идея этой теории чуть-чуть начинает вспоминаться и просвечивать через туман миллионнолетий.

Я могу себе представить, как собирал свои сведения Шмидт. Он опирался на показания местных миссионеров, знающих язык аборигенов. Дескать, аборигены говорят о всемогущем боге. Да ничего они такого не говорят. Дело ведь еще в понимании и переводе. Допустим, папуас сказал, что вот тот камень - он такой сильный, он может поразить врага, он может вылечить и он может оберечь от злых духов. Миссионер записывает: у якобы примитивного папуаса есть точное знание Великого, Единого, Всемогущего, Вездесущего Бога.
У меня создалось впечатление, что 12-томный труд Шмидта (не случайно у него тоже, как и у Фрезера 12 томов, – он ни в чем не хотел уступать оппоненту) это давно уже библиографический курьез. Его сегодня нельзя принимать серьезно.

и.о. Осипова

Уважаемый Валерий Петрович!

Вы говорите, что работа Шмидта сейчас воспринимается как курьез. Не думаю, что слово "курьез" употреблено к месту.
Действительно, многие материалы, на которых основаны труды Шмидта и других теоретиков культурно-исторической школы, собирались миссионерами и этнографами клерикального направления. Почему эти исследования нередко и обвиняются в тенденциозности. Однако часто подобные обвинения основываются не на фактической стороне дела, а на идеологических предпочтениях критикующих (за примерами подобного рода и далеко ходить не надо: невооруженным глазом видно, как относятся некоторые участники гостевой книги к религиозной тематике). К тому же этот упрек приложим далеко не ко всем первоисточникам Шмидта и его последователей. Например, в предисловии к книге "Высшие боги Северной Америки" (Schmidt W. High Gods in North America. Oxford, 1933) Шмидт, зная об этих обвинениях, подчеркивает, что его книга основана на материалах, собранных квалифицированными объективными американскими исследователями, среди которых не было ни одного миссионера.

Можно как угодно относиться к идее Шмидта о прамонотеизме, но термины "историзм" или "антиисторизм" в применении к данному вопросу - это, скорее, из разряда марксистско-ленинского "научного атеизма". Мне представляется, что научный подход в данном случает состоит в том, что всякие идеологические основания (вроде теории эволюции применительно к религии или человеческому мышлению) должны быть оставлены в стороне и опираться нужно только на факты. И вот с точки зрения науки идея прамонотеизма не опровергнута. Не доказана, но и не опровергнута. И, вероятно, ее доказать уже нельзя. По той причине, что непонятно как очистить пласт древнейших верований от более поздних наслоений, нет критериев. Но, кроме того, еще и потому, что для этого нужно исследовать племена (причем статистистически значимое количество), совершенно не контактировавшие с современной цивилизацией. Иначе возможны казусы, подобные тому, что случились с Фрезером, когда он находил параллели с ветхозаветными сюжетами в мифологии первобытных племен (и даже отразил эти сюжеты в книге "Фольклор в Ветхом Завете"), а в последующем выяснилось, что это были переиначенные туземцами на свой лад рассказы католических миссионеров.

Согласен, идея прамонотеизма была впервые высказана Лангом (Лэнгом), оказавшим на Шмидта большое влияние, но Шмидт пошел значительно дальше Ланга. Вещь совершенно обычная в исследованиях. Сходные Шмидту взгляды высказывал Гребнер, у которого была заимствована методология - учение о культурных кругах, наслаивающихся один на другой в пространственно-временной последовательности (Graebner F. Methode der Ethnologie. Heidelberg, 1911; Graebner F. Das Weltbild der Primitiven. Muenchen, 1924), в связи с чем и самое направление получило название культурно-исторической школы. Подобные заимствования никак не могут дискредитировать самое идею. Ведь и "ваш корифей" Фрезер признавался, что основные идеи заимствовал у своего друга Р.Смита, одного из основоположников ритуально-исторической (или ритуально-мифологической) школы.

Соображения об "эвристическом" или не "эвристическом" характере той или иной идеи не могут служить критерием ее истинности. К тому же тот взгляд, что человечество идет к своей гибели (вырождается, если угодно), причем все более убыстряющимися темпами, разделяют многие серьезные ученые, среди которых можно назвать имя покойного академика Моисеева. Сходные мысли высказывал и академик Раушенбах. И выражали они этот взгляд без всяких "хныканий и сетований".

Если же обратиться к труду Фрезера, то он далеко не является "истиной в последней инстанции". Именно потому, что автор исходит из эволюционистских представлений, применимость которых к религии не обоснована. Не случайно Фрезер стал последним крупным представителем эволюционистского направления в этнографии и религиеведении. Интеллектуализм и эволюционистская схема Фрезера (магия-религия-наука) подводят автора. Например, хотя бы потому что этнография не знает ни одного народа, у которого, помимо магии, не было бы тех или иных религиозных верований и культов.

Что касается анимистической гипотезы о происхождении религии, то она настолько не выдерживает критики, что даже советский "научный атеизм" от нее отказался. Я мог бы привести выдержки из Философской энциклопедии, но мне лень.

Вы подошли очень близко к правильному, с моей точки зрения, пониманию происхождения религии, сказав, что "религия врождена человеческому сознанию". Однако религия возникла не из чувства страха (пусть даже это и страх вечной смерти), но происходит от индивидуального переживания присутствия Божества (что отражено и в самом слове: religio = связь). Радость - вот главное слово в этом переживании. И источником этой радости, а значит и источником религии является сам Бог.
Эта мысль - не мое изобретение. Это мысль святоотеческая, общецерковная. А для почитателей западных исследователей сообщу, что подобные представления в современном "научном религиеведении" выражались Рудольфом Отто (Otto R. Das Heilige. Breslau, 1917; Otto R. Das Gefuehl des Ueberweltlichen. Muenchen, 1932) и Уильямом Джеймсом в книге "Многообразие религиозного опыта" (James W. Varieties of Religious Experience. New-York, 1902).

В целом, считаю дискуссию исчерпанной. Спасибо.

Валерий Лебедев

Уважаемый и.о. Осипова, а зачем опровергать то, что "доказать уже нельзя”? В науке имеется, так cказать, “презумпция доказанного”, согласно которой некое положение (гипотезу, теорию, факт) должен обосновывать и доказывать тот, кто выдвинул данное положение, а не все прочие опровергать. Представляете, сколько можно выдвинуть разных предположений? Неограниченное количество. Например, такое: в недрах звезд имеются разумные цивилизации-плазмоиды. Их “люди” - это сгустки плазмы из протонов-нейтронов и всяких гамма-квантов и прочих фотонов. Они там помаленьку кодируют информацию с помощью электронов по принципу Паули.
Посему я согласен с вашим резюме: "В целом, считаю дискуссию исчерпанной. Спасибо”.
Вам также спасибо за стимуляцию и важные культурологические сведения.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?