Независимый бостонский альманах

РУССКАЯ ЖАННА Д'АРК, или НЕВЕСТА ДЛЯ ПРЕЗИДЕНТА

07-02-2005


Интервью с Еленой Трегубовой

У журналистки Елены Трегубовой пишущей книги в газетном жанре - смотрите ее популярные "Байки кремлевского диггера" и недавно вышедшее "Прощание кремлевского диггера" - репутация вечной путинской невесты. Образ, который она если и не сама выдумала, то уж точно старается эксплуатировать всеми силами.
Директор Ad Marginem

Андрей Сотников Лена, как Вы считаете, почему российские журналисты не стремятся становиться писателями, как это обычно существует во всем мире?

Елена ТрегубоваЛена Трегубова – Действительно, мечта любого уважающего себя европейского или американского журналиста - издать журналистское расследование, большую монографию в виде книги - и это, на мой взгляд, естественная цель любого журналиста. Российские к этому не стремятся, вероятно, прежде всего потому, что с материальной точки зрения это абсолютно бессмысленно. Большинство наших писателей влачат нищенское существование и журналистам пополнять их ряды не очень-то хочется. Что касается меня, то у меня не было цели, стать журналистом для того, чтобы потом стать писателем. Я всю жизнь мечтала быть писателем, а журналистика была просто такая противная повинность, как служба в армии, которую я должна была пройти. К счастью, она уже закончилось.

А.С. - Насколько изменилась Ваша жизнь после выхода первой книги?

Л.Т. - Просто я стала очень счастливым человеком.

А.С. - Вы не делали попыток поступать в литературный институт?

Л.Т. - Худшего гадюшника, чем этот институт я не знаю. У меня там училась близкая подруга. Туда пристраивали не самых одаренных детей, не самых одаренных родителей. Очень приличным местом из творческих Вузов в перестроечное время был, как это не смешно, Полиграфический институт. Именно там был рассадник хороших людей.

А.С. - Недавно Вы выпустили вторую книжку "Прощание кремлевского диггера", значит ли это, что диггер ушел в подполье?

Л.Т. - С некоторых пор я перестала делиться своими творческими планами, после того как в одном интервью сказала, что собираюсь опубликовать следующую книжку и через несколько дней перед моей дверью что-то взорвалось. Думаю, диггер должен немного отдохнуть, он снял спецовку, снял свою шапочку, и решил заняться личной жизнью.

Вечная путинская невеста

 

А.С. - В связи с этим вопрос, скажите, Вы замужем? Я просмотрел не одно Ваше интервью, но ни где не нашел ответ на этот вопрос.

Л.Т. - Я считаю, что это провокационный вопрос, я его стесняюсь - если можно, я не буду на него отвечать.

А.С. - Можно узнать, где Вы сейчас живете, здесь или “там”?

Л.Т. - Я приняла глобальное решение, что я живу в Москве - это моя страна, это мой город, - без Москвы у меня скоро начинается "ломка". Я не могу кому-то позволить диктовать, где мне жить. Если бы я уехала после взрыва - а я уезжала на несколько недель как бы по делам, - то обратного пути у меня бы уже не было.

На свободе, в России и живая

 

А.С. - Еще не нашли бандитов, которые устроили взрыв у вашей квартиры?

Л.Т. - Какие же это бандиты, это мои главные менеджеры по пиару! Я надеюсь, что они еще что-нибудь устроят. После того как НТВ сняло обо мне вторую передачу, мои друзья стали подозревать, что я проплатила в Кремле годовой абонемент на раскрутку своего имени. Мне кажется, что все это не случайно, что есть какая-то команда из Кремля и порой мне кажется, что Путин остается тайным моим поклонником. Иначе, почему я на свободе, в России и живая.

А.С. - А что делает милиция, для поиска этих бандитов?

Л.Т. - Меня недавно вызывали в УВД одного из районов, какое-то жуткое подвальное помещение, где с меня в самую последнюю очередь взяли свидетельские показания, после того как опросили всех сумасшедших старушек нашего дома. Естественно, что они никого не нашли, - ничего другого я и не ожидала.

А.С. - А теперь позвольте задать вам “личный вопрос”, скажите, как вы встречаете Новый год. Потому что я не умею праздновать этот праздник. Это трагедия всей моей жизни

Л.Т. - Я встречаю его на рабочем месте.

А. С. - Вы предполагали, что у "Юкоса" будет столь печальный конец?

Л.Т. -
Да, я ожидала, что дело "Юкоса" будет повернуто именно так, а не иначе - читайте классику, "Прощание кремлевского диггера", страница 211, - что именно государство станет главным пайщиком "Юкоса". Товарищ Путин создает свою нефтяную семью и к тому времени, когда его президентский срок подойдет к логическому завершению, - он прекрасно понимает, что ни что не вечно, даже КГБ, он хочет стать крупнейшим олигархом.

А.С. - Знаете ли Вы о деле "Юкоса" что-то такое, о чем молчат наши СМИ?

Л.Т. Знаю только то, что друзей моих друзей, которые просто работали в "Юкосе", они даже не имели права подписи, вызывали на допрос, сажали за стол, закрывали дверь и уходили на восемь часов. Кто-то периодически заглядывал: "А, вы еще сидите, ну ждите-ждите, за вами скоро придут…". То есть еще не пытают, но дают понять, что традиции сохранены. В отличие от терактов, которые они не умеют предотвращать, держать людей в страхе они умеют. Так что сотрудникам "Юкоса", которые не успели спешно эвакуироваться, теперь не позавидуешь.

Десерт для президента

 

А.С. - Лена, Вы не боитесь однажды стать литературным Ходорковским?

Л.Т. - В том смысле, не боюсь ли я оказаться за решеткой? Вы знаете, я подозреваю, что до конца моей жизни мои родители будут этого опасаться. Пришло то время, когда у Путина освободились руки для десерта. Я отдавала себе отчет в этом, когда садилась писать книгу, и я этот выбор сделала.

А.С. - По всей видимости, Вы должны входить в "Комитет 2008"?

Л.Т. - Нет, я оттуда благополучно вышла. Раза два я была на их заседаниях, но там такая болотистая, безнадежная атмосфера, что я очень скоро дезертировала, и даже отключила телефон, чтоб они меня не нашли. Там есть один человек, который на сегодняшний день обладает уникальным качеством потенциального лидера. Это Гари Кимович Каспаров: он не боится собственной тени, у него нет политических амбиций, он для этого слишком известен. И еще, это единственный человек, кто после Беслана внятно высказался об этом событии, сказав, что обращение Путина к нации после Беслана должно было заканчиваться одной единственной фразой: "И поэтому я подаю в отставку".

А.С. - Вы действительно считаете, что отделение Кавказа от России, это единственно возможный способ прекратить войну в Чечне?

Л.Т. - Я считаю, что мы должны отпустить Кавказ. Если не хотим, что бы наши братья, наши любимые гибли в этой бессмысленной войне.

А.С. - А разве их кто-то удерживает? В прошлом году с палаткой и спальником я объездил несколько кавказских республик, граничащих с Чечней, много встречался с простыми людьми и нигде я не заметил ни малейшего желания выйти из состава России, а напротив, я бы сказал, что быть в ее составе - это предмет их основной гордости. А что касается терроризма и Чечни. Здесь все очень сложно. Я вот сам из Сибири, предположим, что у меня есть большие деньги, и я организовал террористические группировки, которые каждые полгода будут проводить террористические акты в столице и других городах России, но ведь это еще недостаточный повод, чтобы отделять Сибирь от России.

Л.Т. - Не знаю, может быть, Вы и правы - война, это всегда очень сложно, но... ведь гибнут люди.

А.С. - Вы производите впечатление человека, оказавшегося в нужное время в нужном месте. Как Вы думаете, в непутинское время Вы могли бы быть так же популярны?

Л.Т. - Должна сказать, что для меня известность не самоцель. Хотите верьте, хотите нет, но известность - это просто некий рычаг воздействия на ситуацию, это способ сказать то, что я думаю настолько громко, чтобы меня услышал весь мир. Вот и все. Я цинично использую свою известность. Возможно, в другую эпоху я бы писала абсолютно другие книжки. Но я почувствовала, что сейчас нужна своей родине именно в такой роли, и, как мне кажется, родина это тоже почувствовала.

Писатель наполовину

 

Слово издателя книг Елены Трегубовой, директора издательства "Ad Marginem"…

Я прекрасно понимаю, что у тех горячих книг, которые пишет лена Трегубова, есть свой срок. В России сегодня с книгами происходят какие-то странные вещи, книги перестают быть горячим, живым продуктом, вокруг которого культура себя как-то организует. Чтение становится или очень интимным занятием, или наоборот массовым. И здесь, как мне кажется
, Лена Трегубова нашла очень интересный выход. Год назад, когда издавалась ее первая книга, люди жутко интересовались политикой, смотрели телевизор, читали газеты, и книга для Лены, как она мне сказала, была ее личной газетой, - и это мне показалось очень интересной формой. Потому что другой наш автор говорит, что для него книга - это его личный глянцевый журнал. Для кого-то книга является его личным спектаклем или телевизионной передачей. Я в этом вижу попытку думать о книге не как о книге, а как о какой-то другой форме культуры. Мне кажется, что сегодня выживают только те книги, которые не являются книгами, а являются странными кентаврами, где половина книга, а половина еще что-то другое.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?