Независимый бостонский альманах

ЧТО ТАКОЕ - СОЦИАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЯ

15-04-2005


Окончание. Начало в № 421 за 10 апреля.

Рост социальной энтропии по Г. Сатарову.

Рост социальной энтропии, как известно, Г. Сатаров связывает с ростом коррупции во всех эшелонах действующей власти. Как это надо понимать, используя “информационный подход”?

Обратимся снова к Гегелю: “Гражданское общество содержит в себе три следующих момента:

А) опосредствование потребности и удовлетворение единичного посредством его труда и посредством труда и удовлетворения потребностей всех остальных, систему потребностей;

В) действительность содержащегося в этом всеобщего свободы, защиты собственности посредством правосудия;

 

С) забота о предотвращении остающейся в этих системах случайности и внимание к особенному интересу как к общему с помощью полиции и корпораций”. (“Философия права”).

Очевидно, что, рассматривая первый “момент”, Гегель имеет в виду рынок как систему производства и потребления связанные обменом.

Вторым “моментом” Гегель обращает внимание читателя на то, что рынок обеспечивает широкую возможность “всеобщего свободы” при условии защиты интересов собственников (собственников трудовой силы” в том числе), на то, что защита собственности обеспечивается правосудием. Используя терминологию современных экономистов, можно сказать, что широкая возможность свободы обеспечивается наличием “правил игры”, и обеспечением с помощью правосудия защиты “правил игры” от их произвольного изменения.

В третьем моменте” Гегель признаёт наличие энтропии, которая необходимо возникает внутри и вокруг любой негэнтропийной системы как “случайность”. Вот этот третий момент” и представляет интерес при рассмотрении вопроса о росте социальной энтропии (по Сатарову). Необходимо помнить только о том, что Гегель под “полицией” понимал то, что сейчас принято называть “исполнительной властью” с приданием ей тех широких объёмов функций, которые общество поручает государству. Под “корпорацией” же следует понимать наличие различных общественных организаций, объединённых общим интересом, выступающим как “особенный” интерес, например Союз промышленников и предпринимателей, профсоюзы, Союз адвокатов или Судебная квалификационная коллегия.

Случайностью в общем смысле является то, что не соответствует “вчерашнему” состоянию, то есть модели цивилизации, которая ещё вчера принималась обществом как норма. В этом смысле случайным оказывается появление нового вида бизнеса, слияние или деление фирм, банкротство фирмы; появление нового товара, услуги, информации; случайными являются авария, катастрофа, нарушение условий договора, скачки цен и т. д. Случайным оказывается обращение в суд или к врачу. Таким образом, случайность ест то, что Информационный подход” относит к энтропии.

Всякая случайность воспринимается людьми по энтропийной схеме. Поскольку функции государства, направленные на предотвращение случайностей, выполняются людьми, постольку восприятие всякой случайности государственным органом происходит по энтропийной схеме. Как известно (из “информационного подхода”), энтропийная схема отношений представляет собой: “случайное событие” – “возбуждение” -- “инф. поле ЗЛО-ДОБРО”. Как правило, первичная психологическая реакция направлена на отрицание случайности, побуждающая к бегству или агрессии. Поэтому, те элементы общественной системы, которые функционально предназначены для работы со случайностями, проходят специальное обучение. Во время обучения эти элементы приобретают модели, отражающие характер возможных случайностей, модели процедуры “встречи” случайностей и модели приведения случайностей к состоянию, когда они для общества поворачиваются своей положительной стороной ДОБРА, то есть особенный интерес” приводится в соответствие с “общим”.

Механизмы, при помощи которых “снимается” случайность, общеизвестны. Это, например, антимонопольное законодательство и его применение; процедуры проведения тендеров и аукционов; лицензирование и сертификация; правоохранительная и судебная деятельность государственных институтов; правила получения людьми образования и медицинской помощи.

Модели, заложенные в эти механизмы, должны учитывать развитие “особенного” с учётом интереса

“общего”. И тогда, чем полнее модели учитывают эту взаимосвязь, тем эффективнее развивается общество. Но модели есть всего лишь информационная негэнтропия, которая по отношению к действительному процессу жизни является энтропией. Переход такой специальной информационной негэнтропии в негэнтропию жизни происходит в действительном процессе в рамках деятельности государственных институтов, когда совершаются действия по ограничению монопольного давления на рынок; проводятся тендеры и аукционы; производится лицензирование и сертификация; возбуждаются уголовные или гражданские дела и производится расследование случаев нарушения закона; происходит рассмотрение дел в судах и т. д. В таких случаях “особенный интерес” старается обеспечить себе льготное состояние либо по ускорению процесса, либо по устранению законных ограничений, направленных на соблюдение “общего интереса”. Способы, при помощи которых “особенный интерес” вовлекает в орбиту своего интереса государственные институты, разнообразны. А деформация “общественного интереса” под действием стимулов со стороны “особенного интереса” и есть результат коррупции.

Профессионализм людей, которые обеспечивают любую деятельность, заключается в том, что они способны с высокой степенью соответствия переводить информационную негэнтропию (профессиональные модели) в действительную негэнтропию жизни даже в условиях с помехами. В профессиональной деятельности есть три, говоря словами Гегеля, “момента”.

Первый момент заключается в наличии теоретического знания о должном состоянии того процесса, которым человек профессионально управляет. Например, в отношении деятельности судьи можно сказать, что судья должен знать общие принципы права вообще. То есть он должен знать философию права. Затем он должен знать все международные нормы права. Знать Конституцию своей страны и только потом всё множество частных законов.

Второй момент заключается в знакомстве с процедурой приведения информационной негэнтропии права в негэнтропию действительности, которая выражается в его судебном решении.

И третий момент -- реальная деятельность судьи в конкретном деле.

В третьем моменте, в действительной деятельности, процесс начинается от конкретной правовой коллизии с поиском моделей приведения коллизии к конкретной норме закона, регулирующего именно эту коллизию (специальное право). Если правовая коллизия не решается с помощью конкретного специального права в силу отсутствия закона под данный случай, то должен происходить переход информационного процесса на общий уровень информации -–обращение к другому закону (поиск аналогии закона). Если аналогия закона не отыскивается, то ищется аналогия права, конституционные нормы, нормы международного права. Решение судьи не должно содержать противоречия между “особенным интересом”, в пользу которого оно вынесено, и “общим интересом”. Приведение судебного решения в такое соответствие невозможно без обращения к философии права. Таким образом, профессиональное решение судьи есть адекватное следование сложной информационной модели права, включающей в себя философский объём информации действительной правовой коллизии. Если при вынесении решения проигнорирована какая-либо норма, происходит “эрозия” информационной негэнтропии, следствием чего неизбежно является нанесение ущерба действительности, и такое решение несёт в себе возможность полной отмены. А это уже есть инверсия негэнтропии в свою противоположность.

Судебная процедура очень сильно связана с понятием пространства-времени. Поскольку вся жизнь есть показания пространственно-временных измерений, то отставание во времени судебной процедуры от хода действительной жизни может лишить судебное решение всякой упорядочивающей силы. То же относится и к пространству.

Когда профессионализм тех людей, которые должны выполнять функции “предотвращения случайностей и внимания к “особенному” интересу как к “общему”, низкий, то принятие этими людьми решений также оказывается в значительной степени “случайностью”. Очень нелегко склонить профессионала к намеренной профессиональной ошибке даже с помощью сильных стимулов – слишком сильным оказывается действие информационного поля профессионализма пропорционального его информационной массе. Склонить же “случайного” (в этой профессии) человека к неправильному решению не представляет труда.

Когда в обществе складывается ситуация коррумпированности государственных институтов, регулирующих значительную часть общественной жизни, происходитдвойная эрозия государственного механизма. Стимулирование непрофессиональных управленческих решений не есть только случай обретения частной выгоды для “особого интереса”. Это ещё и случай выдавливания профессионализма из всей системы государственного управления. Или, говоря в терминах информационных представлений, результатом коррупции является лавинообразный процесс деградации информационной массы системы управления государством. “Лавинообразным” этот процесс оказывается потому, что при тотальной коррупции наблюдается, как говорят экономисты, эффект “мультипликации”. Этот эффект объясняется, содной стороны, ростом числа моделей коррумпированного поведения должностных лиц. С другой стороны, требуется каждый раз превышать некий “порог чувствительности” срабатывания некоторого функционального элемента очередным более сильным стимулом.

Любая необходимость обращения гражданина к институтам государства за каким-либо “разрешением” состоит из пространственно-временных характеристик этого процесса. Когда эти характеристики не превышают некоторой небольшой доли от общего пространства-времени жизни гражданина (или юридического лица), то такое состояние принимается как экономичное, то есть приемлемое с эстетической точки зрения. Оценка такого состояния процесса обращения за каким-либо разрешением по времени интуитивна, энтропийна, как – “быстро” и “долго”. А по пространству как – “придётся побегать” или как -- “в одно окно”. Эта оценка связана с самим пространством-временем жизни гражданина (или юридического лица), точнее с энергетическими характеристиками жизни. Энергетические характеристики выражаются числом информационных актов в единицу времени. Поэтому одни и те же показатели пространства-времени обращения за разрешением могут восприниматься как приемлемые, если жизнь слабо насыщена числом информационных актов – низкоэнергетична, и как неприемлемые, если жизнь высокоэнергетична. Самым “простым” способом изменения пространственно-временных характеристик обращения за каким-либо “разрешением” является стимулирование ускорения процесса. Частный случай стимулирования ускорения принятия решения приводит к ухудшению всех пространственно-временных показателей работы этих “разрешительных органов”. Происходит перераспределение общественной энергии в виде различной концентрации числа информационных актов в единицу пространства-времени на рабочих местах внутри государственной системы “разрешения” и во внешнем пространстве жизни. Это рождает разность информационных потенциалов, приводящую к социальным напряжениям.

Перераспределение общественной энергии в случае тотальной коррупции происходит и другим путём – путём перетока денег, когда коррупция связана с денежным стимулированием. Этот путь перераспределения общественной энергии в виде денег также приводит к отрицательным последствиям для экономики, поскольку происходит парадоксальное по отношению к здравому смыслу стимулирование плохой работы. И здесь наблюдается двойное стимулирование отрицательной негэнтропии. С одной стороны неконтролируемый переток денег сам по себе приводит к инфляции (инфляционный эффект от денежных взяток, кажется, ещё ни одним экономистом подсчитан не был). С другой стороны, стимулирование плохой работы автоматически снижает внутреннюю ценность денег.

Социальная энтропия с точки зрения “информационного подхода”.

Подводя итог написанному выше, можно констатировать, что понятие социальной энтропии сложно. Социальная энтропия состоит, с одной стороны, из множественного набора способов управления человека человеком и теми процессами и вещами, которые включены в человеческую жизнь как культура. Это все способы управления, которые были в прошлом, есть в настоящем и содержаться в будущем (даже в виде фантазии) на всём пространстве обитания человека, включая космос. Пространственно-временные характеристики культуры подвижны и трудно определимы. Культура как энтропия содержит в себе равную возможность ЗЛА и ДОБРА, “снятую” цивилизацией.

С другой стороны, цивилизация представляет собой выбранный из множества культуры набор способов управления человека человеком, процессами и вещами, который принят данным обществом в данное время и на данном пространстве обитания. Выбор сделан на основании того, что данные способы приводят к однозначному результату при совершении информационных актов вида: “модель – реальность – ответ ДА (НЕТ в случае моделей защиты)” в том пространстве-времени действия этих информационных актов, в пределах которых вероятность получения ответа ДА оказывается близкой к единице. Таким образом, цивилизация может быть представлена в описании как информационная негэнтропия, состоящая из множества событий в определённом пространстве-времени человеческих отношений. Событием в этой негэнтропии будет считаться “информационный акт”. Действительная жизнь представлена множеством действительных событий, имеющих форму информационного акта. Эти события совершаются в структурированной негэнтропийной среде, которая до соприкосновения с действительностью должна быть описана как информационная негэнтропия, но представляет собой лишь энтропию возможности действительной жизни. Поэтому наличие в городе общественного транспорта, пока вы на него не сели, есть всего лишь энтропия для вас (описание), хотя она есть негэнтропия для тех людей, кто сейчас едет на этом транспорте. Таким образом, соотнося информационный процесс “особенного” с “общим интересом”, можно сказать, что цивилизация действительно существует, пока есть непрерывный класс событий, как его предлагает понимать Б. Рассел. Возможность совершения непрерывного класса событий обеспечивается цивилизационными институтами общества. Поэтому, выходя из собственного дома “на минутку” (или на годы), вы можете быть уверены, что вернётесь, если захотите и сможете, в своё пространство обитания со всеми его атрибутами цивилизации. Такая социальная энтропия жизни, поляризованная полем нравственности и структурированная законоприменительными актами по признакам в основном ДОБРА, имеет количественное измерение, которое может быть подсчитано как “количество информации” с помощью формулы Шеннона. Эта социальная энтропия может уменьшаться и увеличиваться. Тогда, когда такая социальная энтропия уменьшается, уменьшается возможность человеческого выбора, следовательно, уменьшается степень свободы человека. Качество жизни уменьшается. Тогда, когда такая энтропия растёт, у человека увеличивается возможность выбора из множества способов управления человека человеком и внешней средой, следовательно, увеличивается человеческая свобода. Рост такой социальной энтропии воспринимается человеком как “улучшение качества жизни”.

Но рост такой социальной энтропии становится проблемой тогда, когда его пространство-время жизни начинает сокращаться от необходимости управления этой энтропией. Это обстоятельство требует либо экспансии, либо остановки на каком-то уровне развития и упорядочения.

Проблемы, вызванные ростом социальной энтропии в смысле, например, увеличения числа участников рынка являются не проблемами роста такой социальной энтропиии, а проблемами совершенствования организации тех государственных институтов, которые должны регулировать отношения между участниками рынка. И вот тогда уже следует говорить не о росте социальной энтропии, а о росте отрицательной негэнтропии.

Если намечается появление нового участника рынка, то, следовательно, должна быть проведена процедура регистрации этого участника. Если она успешно и в приемлемые сроки проводится, то негэнтропия этой процедуры считается абсолютной. Если затем требуется лицензирование деятельности этого нового участника рынка, и оно успешно совершается, то и это есть негэнтропия данного процесса. Все такого рода процедуры составляют энтропию регулирования рыночных отношений, которая состоит из ряда процедурных моделей, реализация которых проходит в ограниченном пространстве-времени – “в одно окно” и в кратчайшие сроки. Такую энтропию можно назвать “положительной”, но очень условно, поскольку энтропия есть энтропия. Поэтому может оказаться, что ещё вчера вы успешно подготовили все бумаги в надежде, что сегодня зарегистрируете свою фирму, но оказывается, что ночью произошел “терракт” или совершилась революция и негэнтропийный акт регистрации не состоится. Когда же такого не случается, а всё идёт “как по маслу”, то негэнтроийный акт совершается. А если помимо “терракта” или революции вам просто отказывают в регистрации, “тянут время”, ставят какие-то условия, о которых раньше вы ничего не знали, то это означает, что негэнтропия действия регистрации фирмы инвертировалась в отрицательную негэнтропию.

То же самое можно сказать о процессе обращения в суд. Реально существующая в государстве судебная система для единичного человека является “описанием” до тех пор, пока он к ней не обратится. Доскональное знание этого описания есть информационная негэнтропия. Но эта негэнтропийная модель суда является энтропией действительности как всего лишь возможность обратиться в суд. Действительное обращение в суд покажет насколько совпадает модель с действительностью. Если при обращении в суд ваш иск отклонят или оставят исковое заявление без движения, то это не рост социальной энтропии, а рост отрицательной негэнтропии.

Но в любом случае отрицательная негэнтропия тоже может быть подсчитана с помощью формулы Шеннона, тем же самым способом. Только при подсчёте должны быть учитываемы информационные акты с ответом НЕТ.

Отрицательная негэнтропия отличается от энтропии тем, что имеет весьма чёткие границы пространства-времени действия. Если вы на несколько минут опоздали с подачей искового заявления, то ваш иск не будет принят к рассмотрению. То же самое касается пространства подачи искового заявления: вы должны точно знать, в какой суд подавать исковое заявление.

Теперь можно уже более определённо отнестись к высказываниям о “росте социальной энтропии. Социальная энтропия сложное понятие, состоящее с одной стороны из культуры, с другой стороны из цивилизации. Культура содержит в себе всю множественность как положительных моментов человеческой деятельности, так в равной степени и отрицательных моментов этой деятельности. Отрицательная негэнтропия – отрицательные моменты человеческой цивилизации переходят в культуру по математическому закону обращения знаков.

Энтропия культуры ощущается.

Цивилизация анализируется.

Разность энтропий, то есть разность информационных потенциалов есть причина социального движения.

Социальная энтропия – понятие, относящееся к общественным явлениям.

Социальная негэнтропия -- индивидуальная характеристика, которая может быть масштабирована как индивидуум, коллектив, государство.

Социальная энтропия (культура) может быть “квантована” в части относящейся к цивилизации. И в этой части может быть измерена разность информационных потенциалов как причина социального движения.

Заключение.

В представлении своей книги читателям одного из российских журналов С. Лем пишет, что никто не мог осмысленно предсказать распад советской империи. При этом под словом “осмысленно” С. Лем, видимо, понимал возможность математически точного предсказания события. Ни тогда, ни теперь математически точно предсказать однозначность совершения событий в больших и сложных системах не представляется возможным. Однако можно достаточно определённо предсказать тенденцию жизни общества – будет ли общество развиваться или медленно деградировать, приближаясь к распаду, -- если у общества есть какая-то философия (отсутствие философии – тоже философия). Ведь, в художественной (диссидентской) литературе можно даже встретить дату прогнозируемого распада СССР – 1985 г. Это означает, что некоторые люди, наверное, осмысленно предсказывали историческую судьбу СССР. Как они это делали?

Тенденция может быть определена как степень соответствия общественной модели жизни действительности жизни. В самом общем своём виде модель общества выражена в философии, которая выработана в данном обществе или воспринята из вне. Философская модель в отличие от веры структурирована в понятиях, включающих в себя всю конкретику жизни. Самые главные понятия – свобода, справедливость, мера. Производные от них: личная свобода, личная воля, личная ответственность.

Эти общие понятия конкретизируются, в индивидуальной деятельности людей, в деятельности общественных и государственных институтов.

Мерой деятельности служит способность превращать энтропию “входа” в негэнтропию “выхода” – в полезный обществу продукт, услуги, информацию.

Психическое (воля) и социальное движения (общественная воля, оптимизм) определяются разностью информационных потенциалов между моделью и действительностью во времени – в индивидуальной деятельности человека, корпорации, государства; в пространстве -- разностью информационных потенциалов между информационной ёмкостью деятельности “особого интереса” (личности, корпорации, государства) и “общего интереса” (иной личности, иной корпорации, иного государства). Эта разность не должна быть слишком большой. Не больше уровня, определяющего вероятность успешного освоения деятельности не меньше, чем 0,37.

Успешность преобразовательной деятельности зависит от лёгкости доступа к энтропии “входа”, что определяется в цивилизованном обществе наличием денег, и легкостью доступа к преобразовательным моделям – технологиям. Значит, нужны инвестиции и тотальное образование.

Деградация может быть определена как рост отрицательной социальной негэнтропии, которая может быть подсчитана во времени -- как разность информационных потенциалов между принятой “вчера” моделью социальных отношений и действительным состоянием социальных отношений сегодня; в пространстве – как разность информационных потенциалов между сегодняшней действительностью личности, корпорации, страны по отношению к другой личности, к другой корпорации, к другой стране. Типичным примером такого подсчёта является определение “прожиточного минимума” и “минимальной заработной платы”, и определение их соотношения, которое, (что важно!) должно сравниваться с такими же соотношениями в других регионах страны, в других странах. Другим примером подсчёта роста отрицательной негэнтропии может служить подсчёт числа обжалуемых решений должностных лиц и судебных постановлений; соответствие конституционных положений действительному положению дел. Такой подсчёт и есть “квантование” социальной энтропии, про которое С. Лем говорит, что оно (“квантование”) в принципе невозможно при рассмотрении общественных процессов.

Социальная негэнтропия по определению состоит из квантов энергии – из информационных актов. Поэтому не представляет труда определить и “энергичность” общества, и динамику этой энергичности – её рост или снижение.

Если государство хочет, вернее, если люди хотят знать, а не только ощущать динамику негэнтропии общества, они должны добиться того, чтобы была обеспечена “прозрачность” деятельности государственных институтов, “прозрачность” экономики. Если, например, министр “социальной защиты населения” выдаёт справку для предъявления в суд о месячной зарплате инженера-проектировщика 11 (высшего) разряда в размере 1160 рублей, в то время как “прожиточный минимум” составляет 2107 рублей, то это и есть отрицательная негэнтропия – в просторечии ложь. И для простого человека динамика развития России становится ясной.

Что касается вопроса о точной дате видимого распада – “социального взрыва”, то эта величина случайна, хотя распад уже предопределён величиной лжи (больше чем 37%).

Вполне правомерен вопрос: “почему при распавшейся фактически государственности России не происходит социального “взрыва”?”. Ответ может быть приблизительным. Первое – государственное неэффективное регулирование отношений собственников, регулируется альтернативным “тайным” регулированием. Второе – слишком свежа память о безрезультатности “перестройки”. Третье – в обществе нет социальных моделей ответственного поведения людей. Политологи называют множество других причин. Все правы.

С предопределённостью распада российской государственности, кажется, уже согласны все -- не только “мыслящие люди”, но и “простой народ”. Достаточно заглянуть на сайт “Политру” или послушать реплики “простых людей” на радио “Свобода”. Поражает безысходность в констатации факта распада.

Йошкар-Ола. 21 марта 2005 г.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?