Независимый бостонский альманах

Я - РОССИЯНИН, КТО ТАКОЙ?

17-08-2005

Опыт идентификации нации

Георгий Киреев Нам, россиянам, нужен трезвый взгляд на самих себя для того чтобы адекватно оценить свое состояние и возможности, реализуемые приоритеты и национальные цели, стратегию развития.

Для этого нам нужно сформулировать наиболее значимые вопросы для собственной идентификации и постараться дать на них адекватные реалиям ответы.

1.Каковы наши высшие ценности и к чему они нас подвигают?

2.К чему мы стремимся как нация, каковы наши цели?

3.Каковы принципы нашей общественной самоорганизации?

4.Чем мы гордимся как нация и что есть на самом деле предметы нашей гордости?

5.Что нас тревожит, чего мы боимся?

Мы должны понимать, что чаще всего эти вопросы не имеют однозначного ответа и что реальный выбор варианта есть на самом деле не выбор правильного ответа, а выбор ответа, принимаемого в качестве осознанной максимы нашего поведения.

1.Каковы наши высшие ценности и к чему они нас подвигают?

Мы склонны считать, что нашими высшими ценностями является особинные гуманизм, соборность, коллективизм, духовность, патриотизм, отличающие нас скажем от “бездуховного” и потребительского Запада. Однако на самом деле это скорее тоска нации по тому, что могло бы составить основание для наших претензий на лидерство и компенсировало бы нашу общую неуспешность, но что реально существует лишь в сознании узкого круга российской интеллигенции.

Наша соборность и коллективизм есть лишь (деликатно названная еще Львом Толстым роевым началом) стадность народа, не имеющего гражданских традиций и опыта политической жизни на демократических началах.

Непременный признак духовности есть гуманизм, признание высшей ценностью благо человека, который создан по образу и подобию Бога, но державная среда нашего обитания враждебна человеку. Не государство способствует возвышению человека и раскрытию его главного Богоподобного качества – творца, а человек поставлен на службу государству, которое фактически отчуждено от общества и имеет своей целью воспроизводство собственной системности, а не благо человека.

Мы мним себе, что наш патриотизм питается любовью к России, однако наши элиты давно подменили в нашем сознании Родину мать мачехой Державой, которая спекулирует на наших чувствах и обрекает на несвободу. А потому в основе нашего патриотизма лежит на самом деле лишь верноподданничество всесилию государственной бюрократии, отождествившей себя с Отечеством.

А потому и реальный круг наших национальных ценностей определяется, прежде всего, свободой от гражданской ответственности, которая есть не только факт нашей жизни, но наш протест против государственного рабства.

Мы можем признать ее реальным достоянием нашего национального мироустройства, но при этом должны ясно понимать, что, отстранившись от самоорганизации, мы передаем себя в руки тем, кто цинично пользуется отданной нами властью над нами же.

2.К чему мы стремимся как нация, каковы наши цели?

Нам внушают, что высшая цель нашего движения - Великая Держава. Ради этого от нас требуют жертв, и если мы не принимаем этой цели, обвиняют нас в предательстве национальных интересов, отсутствию патриотизма. Ради этой цели отходит на второй план все то, что должно составлять основу человеческого блага – безопасность, индивидуальное благополучие и само частное счастье.

Но что он на самом деле – опыт российской великодержавности? Из чего он складывается? Из эффективной экономики? Нет. Может быть, из влияния на политические процессы в мире? А если так, то обращалось ли это влияние на благо народа?

Явили ли мы миру какой-то позитивный опыт национального обустройства, который отличается особой мудростью, которым можно гордиться и который стремятся перенять другие народы? Нет.

Может быть, мы стали примером рачительного и эффективного использования богатств своих национальных недр для национального же благосостояния? Нет.

Осчастливили ли мы человечество каким либо особо ценным научным вкладом? Не более, чем другие нации.

Может быть, мы заложили основы современной культуры нашей цивилизации? Опять же не более, чем другие народы. Или наша сегодняшняя культура является образцом для всеобщего подражания?

Являем ли мы образец национального мира и братской сплоченности? Нет.

А если нет реальных оснований для того, чтобы великодержавность национальных устремлений была связана с реальным общественным благом, то не есть ли она в действительности проявлением параноидальности национального самосознания?

Так в чем тогда наше величие, неужели лишь в нашей военной мощи, неотразимости нашего особо изощренного ядерного оружия?

И что оно вообще охраняет, если не охранило наше благополучие, достоинство и безопасность? Может лишь благополучие наших элит и их возможность монопольно паразитировать на теле своего народа?

Может быть нам лучше стоит утвердиться в том, что Великая держава это страна, в которой создаются условия для свободной инициативы и предприимчивости человека, что есть непременное условие для мощного рывка всей нации и общего благополучия? Может быть, это и есть кратчайший путь к тому, чтобы мы стали великой страной не в своем самомнении, а глазах окружающего мира, удивленного нашими достижениями?

3.Каковы принципы нашей общественно-политической и экономической организации?

Мы должны признать, что освобождены от ответственности за свою судьбу, так как всецело вручили ее государству, которое является системной самоорганизацией наших элит и потому не отвечает интересам простых граждан.

Мы должны понять, что ответственность рождается только собственностью и самоуправлением.

При сверхмонополизированной экономике и политической власти, при отсутствии среднего класса, при том, что государство стремится регулировать все стороны нашей общественной жизни и наших общественных отношений, у нас никогда не сформируются ключевые институты гражданского общества, без которых немыслимо динамичное развитие нации: совокупный плюрализм СМИ, независимый суд, независимые и ответственные профсоюзы и партии.

А потому напрасно наше упование, что установление рыночных отношений в России освобождает величайшую движущую силу частной инициативы и свободной конкуренции. У нас движущая сила - инициатива элит, а элитам не нужно развитие, которое усиливает вероятность неконтролируемых ими перемен. Им нужны гарантии сохранения монопольного положения, но оно неотвратимо ведет нас к застою.

4.Чем мы гордимся как нация и что есть на самом деле предметы нашей гордости?

Нам действительно есть чем гордиться, но не надо забывать, что наш вклад в мировую историю, науку, культуру не причина для возвышения над другими, а основание для признания факта, что мы есть равноправный с другими субъект цивилизации землян.

А если мы гордимся своей военной мощью, великими просторами, историческими заслугами перед человечеством, то стоит задаться вопросами:

Увеличивает ли нашу безопасность наше оружие, если мы фактически сами себя лишаем солидарной безопасности, отказываясь от системного сближения с Западом и способствуя вскармливанию экспансионистского потенциала исламских стран и Китаяе сли мы фактически сами себя лишаем солидарной безопасности основанной на ?

Не есть ли наши просторы наше проклятие, поглощающее все силы на их освоение и удержание, не оставляя почти ничего на обустройство и развитие наших территорий?

Не в том ли наши исторические заслуги, что мы в действительности скорее являем миру опыт, как не надо распоряжаться собой и что происходит с нацией, если в основе ее государственности лежит бюрократическое самовластие, а не гражданская самоорганизация?

5.Что нас тревожит, чего мы боимся?

У нас есть две четко разделяемые группы опасений и страхов. В первой – реальные, те, которые являются зеркальным отражением наших жизненные чаяний: рост цен, бедность обнищание большинства населения, рост безработицы, кризис в экономике, рост преступности, наркомании, резкое расслоение на богатых и бедных, коррупция, кризис морали. Мы боимся потерять работу, стать жертвой террористов или стихии, зная, что рассчитывать на защиту и помощь от государства в этом случае не приходится.

Вторая группа – страхи и опасения, которые внедряет в наше сознание официальная идеология. Именно под их воздействием мы прежде всего боимся отрешиться от воспроизводства прежних безуспешных схем обустройства нашего общенационального общежития, основанных на вертикальной организации власти и ее авторитарности, преобладании государственного начала над общественным, пренебрежении демократией и т.д.

Нам активно внушают, что отказ от сложившейся у нас системы государственного обустройства ведет к распаду государства, утрате безопасности, потере самобытности. Еще более усугубляет эти страхи внушение нам, что мы окружены антироссийскими заговорами и наши беды и неуспешность национального бытия - прямое их следствие.

Но ведь это не наши страхи. Это страхи и фантомы, которые внедряются в наше сознание чуждыми реальным национальным интересам нашими элитами.

Не прав ли наш слепой провидец Анатолий Ракитов, который спрашивает: Неужто, кроме самых тупоголовых, сегодня кто-то всерьез полагает, что американцы спят и видят, как нас завоевать? Чтобы вместо нас построить здесь нормальные сортиры?

У нас нет угрозы национальной безопасности, исходящей от Запада. Это только боязнь наших экономических элит оказаться в условиях реальной конкурентности с западными элитами, от которой они отгораживаются государственным протекционизмом. Это сами наши элиты внушают нам, что вторжение в наши пределы иностранного автопрома или иностранного капитала есть национальное бедствие, хотя на самом деле это угрожает лишь получению сверхприбылей при сверх неэффективной экономике.

Когда Япония проходила насильственную модернизацию общественно-политического и экономического строя после поражения во второй мировой войне, то это была реальная катастрофа только для господствовавших там элит, а не для нации, которая благодаря этому стала реальной мировой великой державой. Разве утратила она при этом свою национальную самобытность в большей степени, чем любая другая нация в условиях мировой интеграции?

Даже преодоление нашей системной несовместимости с Западом не есть наша национальная угроза, так как это может угрожать лишь тем, кто монополизировал политическую власть.

Реальная угроза нашей национальной безопасности исходит от нас самих.

Она возникает когда мы воспроизводим неэффективную и неконкурентоспособную систему государственно-монополистического капитализма.

Она возникает когда мы пытаемся в условиях реального противостояния цивилизаций играть на противоречиях Запада, Китая, и Исламского мира.

Не стоит забывать какой ценой нам пришлось расплатиться за попытку наших политических элит играть на противоречиях между демократиями и гитлеровским национал-социализмом. Мы только увеличили соблазн одной из сторон захватить наши ресурсы для того, чтобы получить стратегический перевес.

Мы боимся распада, который как нам внушают, будет означать крах национальной безопасности и умножать угрозу поглощения нас другими боле динамичными нациями? Но и это на самом деле страх элит.

Мы живем в мире, в котором безопасность строится уже на иных принципах, чем это было еще сто лет назад. Сегодня национальная безопасность обеспечивается, прежде всего, коллективной безопасностью системно схожих сообществ.

В этом мы можем наглядно убедиться, проследив судьбу бывших республик после распада СССР. Реальное благополучие и безопасность Латвии, Эстонии, Казахстана, Белоруссии, Туркмении, Азербайджана и т.д., которые перестали входить в большую страну, теперь определяется не этим, а эффективностью национальной самоорганизации, приобщением к тем или иным общественно-экономическим системам и вхождением в системы региональной и глобальной коллективной безопасности. Именно это и обусловило, различия их нынешнего состояния.

При этом некоторые из этих стран добились более позитивной динамики развития, чем мы, до сих пор претендующие на роль старшего брата.

Мы должны понять, что самый надежный гарант сохранения национальной самобытности - освобождение гражданской инициативы и создание условий для свободной самоорганизации. Именно это запускает в действие колоссальную мощь национального самоопределения и позволяет обеспечить конкурентоспособность нации и занять свою нишу в национально-культурном многообразии.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?