Независимый бостонский альманах

ГРАНИЦЫ СОВЕСТИ ( Турция-геноцид армян-Израиль)

14-03-2007

Покаяние не может быть принудительным – это аксиома. Можно пристыдить человека, можно очень чувствительно наказать его, можно, наконец, заставить прилюдно извиниться, но принудить его покаяться – невозможно, это сугубо внутренний, интимный процесс. Будь то мелкий проступок, или же самое жестокое, кровавое преступление, если сам человек не осознал меру своего падения и внутренне не содрогнулся, бесполезно взывать к его совести, или растолковывать весь ужас содеянного им. Покаяние – не сфера права или любого иного общественного воздействия, это дело только и только совести, внутренней готовности к расплате и очищению. Кто, или что могло бы заставить немцев – пусть и проигравших войну – беспрерывно каяться перед евреями, возводить в центрах своих городов скорбные памятники их невинным жертвам и беспрекословно выплачивать их потомкам уже в третьем-четвертом поколении все новые виды материальных компенсаций, в тщетных попытках по возможности хоть как-то сгладить вину Германии, утешить в малой степени непреходящую боль от невосполнимой утраты? Порой складывается впечатление, что чем больше проходит времени, тем острее в новых поколениях немцев ужас перед сотворенным их предками преступлением, тем настоятельнее в них потребность хоть как-то искупить вину отцов и дедов.

Григор АпоянНа фоне искреннего раскаяния немецкого народа поведение Турции, сотворившей на заре прошлого века аналогичное преступление против армян, просто не поддается определению в общепринятых терминах морали современного цивилизованного общества. В беспримерно яростных и столь же безнадежных попытках опровергнуть неоспоримые факты истории турки не нашли ничего лучшего, чем перевернуть все с ног на голову и представить дело таким образом, будто, наоборот, это армяне устроили геноцид турецкого народа. По турецко-азербайджанской версии события тех лет выглядят так, что бесправное, забитое и безоружное армянское население Восточной Анатолии, затюканное и обескровленное в течение веков под пятой беспощадных завоевателей, устроило массовое побоище полновластных хозяев этой земли – турков, защищенных законом, полицией, армией и собственным оружием. Надо ли доказывать, что это абсурд!

Двойственные чувства возникают, когда читаешь измышления корифеев турецко-азербайджанской политико-интеллектуальной элиты: с одной стороны становится как-то неловко за отмеченных всевозможными регалиями серьезных, по определению, людей, без стеснения несущих откровенный бред; с другой стороны, на эти измышления, вроде, надо как-то реагировать, отвечать, а как отвечать “ученым”, которые с порога отметают все свидетельства, не обслуживающие напрямую их версии исторических событий – будь то древнегреческие историки, современные корифеи науки или беспристрастные данные государственных архивов?

С некоторых пор, однако, эти интеллектуалы стали соображать (очевидно, с чьей-то подсказки), что их “аргументация” совершенно несостоятельна, и они решили обратиться к помощи более искушенных иностранных специалистов по извращению исторических фактов. Самое горькое в том, что среди последних первыми оказались еврейские “активисты”. Как бы это ни было горько для армян, я полагаю, намного горше должно быть самим евреям, той лучшей и, несомненно, большей части еврейского народа, которая не рассматривает Холокост, как удачный повод для грязного бизнеса, а искренне скорбит по невинно убиенным, независимо оттого евреи это, цыгане, или люди любой иной национальности. Но сколь бы ни было велико абсолютное, или относительное количество честных и принципиальных евреев, в мире “еврейская” позиция определяется по тому, каких взглядов придерживается и проводит в жизнь правительство данного государства, его основные официальные структуры, а также наиболее авторитетные еврейские ученые и специалисты. И тут приходится с сожалением фиксировать однозначную жесткую антиармянскую позицию Израиля.

Армянская сторона была бы в состоянии понять непростую политическую ситуацию государства Израиль, крайне заинтересованного в сохранении дружественных отношений с Турцией и потому не акцентирующего внимание на чувствительных для этой страны вопросах, как это делает, например, находящаяся в столь же непростой ситуации Грузия. Но государство Израиль отнюдь не стоит на позиции умолчания – государств
о Израиль является, по существу, главным союзником и агитатором Турции в деле отрицания геноцида армян в Османской империи. Более того, государство Израиль мобилизует для этой неблаговидной цели все возможные интеллектуальные силы по всему миру, а еврейское лобби повсеместно стало главным оппонентом справедливых требований армян.

Надо отметить, что поддержка извне необыкновенно вдохновляет турецких и азербайджанских “экспертов”, очевидно, создавая иллюзию международного признания их интерпретации событий начала прошлого века. С упоением цитируя по большей части одним им известных “крупных иностранных специалистов”, они, по всей видимости, полагают, что любая нелепица за подписью самого неприметного иностранца приобретает особый вес и неопровержимость. Особенно любят они ссылаться на письмо группы 69 “ведущих американских ученых”, направленное в Конгресс США 19 мая 1985 года, когда в законодательном органе этой страны стоял вопрос о признании геноцида армян в Османской империи. Турецкие апологеты считают, что данное письмо полностью развенчает миф о геноциде армян”, а тот факт, что армянские авторы редко упоминают этот источник, интерпретируют, как неспособность последних по существу ответить на поставленные в письме вопросы. Но на что и кому отвечать? В письме, подписанном весьма экзотической группой лиц (среди которых преимущественно ассоциированные и ассистирующие профессора колледжей, а также административные работники и пенсионеры), без отрицания самого факта массовых убийств лиц армянской национальности в Османской Турции делается попытка провести два тезиса: первый – что современная Республика Турция не несет никакой ответственности за деяния многонациональной Оттоманской империи точно так же, как современная Австрия не несет ответственности за империю Габсбургов; второй тезис сводится к тому, что в ходе потрясших весь мир катаклизмов начала прошлого века мусульман погибло гораздо больше, чем армян, а потому последних нельзя считать единственными жертвами того жестокого времени.

Второй тезис производит такое же впечатление, как если бы кто-либо из современных отрицателей еврейского Холокоста (которых тоже немало) заявил, что немцев во второй мировой войне погибло значительно больше, чем евреев, и потому нельзя акцентировать внимание только на страданиях евреев без учета страданий гораздо большего количества немцев. Что же касается первого тезиса, то его опровергают сами турки своими неадекватными, в такой интерпретации, действиями: действительно, если современная Турецкая республика не является прямой правопреемницей (во всех смыслах) Оттоманской империи, и она может это с легкостью доказать, почему бы ей не признать геноцид армян в стране, к которой они, при подобном подходе, не имеют никакого отношения? Разве нормализация отношений с соседней страной не стоит такой пустой формальности? Стала бы Турция столь яростно сопротивляться, если бы речь шла о признании геноцида, скажем, в Руанде, или Камбодже? Наконец, если бы австрийцы учинили нечто подобное тому чудовищному преступлению, что совершили турки, неужели им удалось бы избежать ответственности только под тем предлогом, что империя Габсбургов развалилась, или что в ней проживали и многие другие народы! Опять же, если для сравнения обратиться к еврейско-немецким отношениям, разве современное немецкое государство идеологически связано хоть в малой степени с “тысячелетним рейхом”? Почему это немцы не отказываются от ответственности за деяния предков, под предлогом своего однозначного отмежевания от идеалов национал-социализма, как это пытаются делать турки? А ведь Турция, лицемерно утверждая, что “не имеет ни политических, ни философских связей с Османской империей”, на самом деле не удосуживается хотя бы формально осудить человеконенавистнический режим этой самой империи. Более того, главные бандиты младотурецкого режима почитаются в современной Турции в качестве национальных героев, вопреки даже тому, что они за свои злодеяния были осуждены в 1919 году на смертную казнь турецким же судом.

Для адекватной оценки упомянутого письма необходимо учитывать и политическую обстановку периода, когда оно было составлено. В сущности, то было время, когда противостояние между США и СССР достигло своего апогея, и принятие Конгрессом США резолюции, которая с одной стороны могла заметно ухудшить отношения со стратегически важным союзником (Турцией), а с другой косвенны
м образом способствовать усилению позиций Советского Союза, никак не могло приветствоваться правительством Соединенных Штатов. Посему Госдепартамент предпринял ряд мероприятий, чтобы не допустить принятие резолюции. И вот в результате мобилизации всех протурецких интеллектуальных сил, под неприкрытыми угрозами и давлением турецкого лобби и при поддержке правительства Соединенных Штатов составляется это жалкое письмецо, в котором нет ни логики, ни доказательной базы, ни, что самое важное, грана совести. Воистину, гора родила мышь. Если все это можно назвать горой, конечно.

Действительно, есть смысл присмотреться и к списку подписантов пресловутого письма, которых тюркские источники иначе как “ведущими”, наиболее авторитетными” учеными Америки не величают. (Заметим, что почти все они в той, или иной форме получали и получают серьезное материальное поощрение от Турции.) Если исключить из списка этнических тюрок, а также всех “прилегающих” к научным званиям ассистентов, ассоциантов, исполнительных директоров и давно ушедших на покой специалистов, то из 69 фамилий останется едва 20 “полных” (full) профессоров, из которых только четверо представляют действительно авторитетные научные центры США. Назовем эти фамилии, тем более что их труды нам предстоит рассмотреть довольно подробно. Это профессор Джакоб Гуревич из Колумбийского университета, профессор Бернард Льюис из Принстона, а также профессора Андрас Бодроглиджети и Стэнфорд Шау из Калифорнийского университета. (Андрас Бодроглиджети, лингвист по специальности, ни до, ни после этого к армянской тематике ни разу не обращался.) К этому списку необходимо добавить также имя Джастина Маккарти, который в последующем получил звание “полного” профессора в Луизвилле, а к рассматриваемым нами материалам - также и публикации профессора Гюнтера Леви из Массачузетского университета и известного журналиста Колмана Маккарти, которых не было среди подписантов, но работы которых с воодушевлением цитируются турецкой стороной, что вынуждает и нас обратить на них особое внимание. Конечно, на стороне турок выступает гораздо большее количество “специалистов благо, Турция страна достаточно богатая и денег на пропаганду своей позиции не жалеет – но эти “изыскания”, как правило, находятся на столь низком уровне, и по своему существу являют собой столь откровенную компиляцию низкопробных турецких измышлений, что нужно, на самом деле, полностью потерять самоуважение, чтобы отвечать на этот уличный “базар”. Тем не менее, мы коснемся “трудов” и других авторов, буде обнаружится в них хоть какая-то поддающаяся анализу аргументация.

С тех пор, как турецкую позицию взялись обосновывать иностранные специалисты, в ней стала заметна некоторая последовательность и логика. По крайней мере, их аргументацию можно классифицировать и разложить по позициям. Какие же это позиции?

1. Армянского народа не существовало (это не шутка).

2. Армяне в Османской империи находились на привилегированном положении.

3. В ответ на благодеяния турок коварные армяне начали осуществлять геноцид беззащитного турецкого населения.

4. Армяне вступили в сговор с экспансионистской Россией с целью уничтожить Турцию.

5. В разгар Первой мировой войны армяне предали свою родину (Оттоманскую империю) и подняли восстание в тылу армии, что вынудило правительство страны депортировать армян из районов, прилегающих к линии фронта.

6. Никакого приказа об уничтожении депортируемого населения не было.

7. Вне ареала депортации никто из армян не пострадал.

8. От природы склонные к противоправным действиям армяне даже в мирное время продолжали террористическую деятельность, убивая ни в чем не повинных людей.

9. Всякое сравнение с Холокостом некорректно.

Последний пункт принципиально важен для еврейских исследователей.

Наиболее полно и последовательно все эти позиции проводятся в трудах Джастина Маккарти. Посему и мы уделим особое внимание этой персоне и ее исследованиям.

Сей ученый муж начинает ни много, ни мало с этногенеза армянского народа, доказывая при этом, что антропологические корни армян точно установить невозможно (будто есть на свете народы, происхождение которых можно проследить вплоть до человекообразной обезьяны), что армяне являются пришлым народом (даром, что живут под этим этнонимом на этой земле, по меньшей мере, две с половиной тысячи лет), что “Армения” – это всего лишь географическое понятие, практически никак не связанное с армянским народом, что на территории Оттоманской империи армянского народа, как субъекта для самоопределения, не существовало, что армяне, как и все остальные подданные Оттоманской империи, жили в довольствии и счастье, пока коварная Россия не стала сеять смуту с целью аннексировать исконно турецкие земли, и все последующие несчастья армян (и неармян) были обусловлены исключительно захватнической политикой русских, равно как и террористическим характером самих армян.

Ни один серьезный человек (я не говорю - ученый) не станет тратить время на обсуждение первых трех принципиальных положений господина Маккарти. Последующие положения он пытается как-то обосновать, прибегая к помощи статистических данных, неких свидетельских показаний, архивных документов и тому подобных доказательств. Тут есть, по крайней мере, о чем поговорить.

Итак, слово профессору: "Несмотря на наличие термина "Армения" на картах XIX века и утверждения европейских политиков, у которых нет возможности узнать правду, в Османской империи не было Армении".

Удивительное дело, у европейских политиков нет возможности узнать правду, а у Джастина Маккарти она есть, и эта правда однозначна – Армении, как таковой, как родины армян, никогда не существовало! Не иначе как почтенный ученый является счастливым обладателем волшебного зеркальца, которое позволяет ему незамутненным взглядом вести свои исследования сквозь века. Как же он обосновывает отсутствие Армении? А практически никак, голословно. Вот цитата: “Были ли армяне когда-либо большинством в области, называемой Арменией, или же область эта была названа так только потому, что многие из ее феодалов были армяне? Это никогда не станет известно. Представляется сомнительным, что армяне составляли большинство в Восточной Анатолии даже до начала османского правления”. “Представляется сомнительным” – главная и едва ли не единственная аргументация славной историографической школы Турции и Азербайджана. Надо отдать ему должное, Дж. Маккарти является ее достойным представителем. Все то, что противоречит концепциям этой “школы”, попросту игнорируется. Между тем история сохранила для нас множество однозначных свидетельств на этот счет. Вот, например, посетивший в середине XVII в. Армению французский путешественник Тавернье сообщал: "От Токата до Тавриза страна населена почти одними христианами, и, поскольку эта обширная территория та, которую древние называли Арменией, не нужно удивляться, что в городах и селах пятьдесят армян приходится на одного магометанина". Другой западный путешественник, посетивший Армению в середине XVII в. с целью изучения обстановки, отмечает, что "большинство населения пяти провинций составляют христиане-армяне и несторианцы", и что там "повсюду на одного турка приходится восемь христиан".

Подобных свидетельств много, очень много, да что толку от них для тех, кто ставит своей задачей не беспристрастное исследование истории, а ее извращение в угоду грязным политическим целям. Вот все свидетельства оптом и объявляются “сомнительными”, “недостоверными”, “не заслуживающими доверия”. Зато сам Дж. Маккарти, без каких бы то ни было доказательств, утверждает, что “к 1700 году не было какой-либо обширной территории, где бы армяне насчитывали достаточную численность, чтобы стать большинством в армянском государстве. Ни в одной провинции Османской, Иранской или Русской империй не было достаточно армян, чтобы образовать Армению”. Сие твердое заявление профессор делает, нисколько не смущаясь, вопреки своему же утверждению, что “о периоде до девятнадцатого века наверняка ничего сказать невозможно. Никто не проводил переписи, никто не регистрировал население”. Но надо быть снисходительным к профессору: ведь последнее заявление он делает исключительно для того, чтобы выразить сомнение, что армяне когда-либо составляли большинство в Восточной Анатолии. Когда же речь идет о статистических данных, которые можно трактовать в пользу тюрок, профессор оперирует поразительно точными данными, например, он утверждает, что “провинция Эривань, в настоящее время советская республика Армения (высказывание относится к тому периоду – Г.А.), до 1828 г. была на 80% заселена мусульманами”.

Перейдем, однако, к рассмотрению демографических данных периода, непосредственно предшествующего окончательному искоренению армянского этноса со своей исторической родины – 1894-1914 гг. Конечно, эти данные имеют гораздо большее практическое значение, потому туркофильские исследователи прямо рвут себя на части, чтобы доказать, что “если исходить из понятия "самоопределения", то не было никакой Армении” (это цитата из Дж. Маккарти). В сущности, весь сознательно неграмотный экскурс в глубокую историю профессор Луизвиллского университета совершил исключительно с целью подвести читателя к этому своему главному тезису. Профессор оперирует статистическими данными 1912 года, которые “были собраны правительством (оттоманским – Г.А.) с целью иметь точные сведения о количестве армян в собственных нуждах, то есть без какой-либо политической или пропагандистской мотивации (выделено мной – Г.А.). И когда они были собраны, до начала войны, Османское правительство не предполагало, что они когда-либо будут использованы в спорах вокруг армянской проблемы”. С большим риском окончательно подорвать свою ученую репутацию профессор Маккарти хочет создать впечатление, что армянская проблема возникла только во время и после Первой мировой войны, а до того в Османской империи была тишь да гладь, да Божья благодать. Откровенное пренебрежение абсолютно точными фактами истории со стороны человека, претендующего на роль знатока турецкой истории, говорит о том, насколько большое значение придает профессор и иже с ним именно демографическим данным того периода. Точнее, их “аккуратной” фальсификации. В русском фольклоре подобное поведение называется “разыграть дурочку”. То есть достопочтенный профессор с абсолютно честным лицом делает вид, будто он не знает, что, по крайней мере, после Берлинского конгресса 1878 года “армянский вопрос” был постоянной головной болью османских властей, и они на протяжении всего периода до начала мировой войны прибегали ко всем возможным и невозможным средствам, чтобы решить этот вопрос. Естественно, “решить” в османском духе, то есть посредством искоренения самого армянского этноса на его исторической родине. Неужели профессор Маккарти рассчитывает, на самом деле, кого-нибудь убедить в том, что османское правительство, беспощадно уничтожившее в период с 1892 по 1912 год более 300 тысяч мирных армян и изгнавшее еще 300 тысяч с единственной целью изменить демографическую ситуацию в регионе, по каким-то нравственным соображениям воздержалось от фальсификации статистических данных при переписи населения? Есть множество свидетельств европейских исследователей о массовых и наглых фальсификациях при определении демографического состава населения в Западной Армении со стороны турецких официальных лиц, не говоря о том, что переписи населения, как таковой, в современном понимании этого слова, на самом деле и не было. Но все это нипочем профессору, который с нескрываемым пиететом утверждает, что “статистические данные Османской Империи на тот год (1912 – Г.А.) были составлены особенно аккуратно”. Как и следовало ожидать, статистику Армянского Патриархата, без хитростей составленную по данным церковно-приходских книг, Дж. Маккарти с порога отметает, как “чрезвычайно неточную”.

Что же показывает “особенно аккуратно” составленная статистика османской империи за 1912 год? Она показывает то, что и должна была показывать, то, во имя чего она была измышлена – армяне составляют абсолютное меньшинство в Восточной Анатолии, и потому никаких прав на самоуправление, а тем более, на самоопределение иметь не могут. Отметим, что армянские источники, в отличие от оттоманских, не пытаются стопроцентно извратить ситуацию и представить дело таким образом, что армяне составляли абсолютное большинство. (Турки с этой целью “хитроумно” считают армян, как национальную группу, а себя – в составе мусульманской религиозной общины, где они, на самом деле, составляли отнюдь не большую часть.) Данные Армянского Патриархата честно фиксируют, что армяне в данном регионе, на самом деле, составляли относительное меньшинство.

Конечно, мы подробно проанализируем демографическую ситуацию в Западной Армении накануне войны и постараемся показать, какие объективные выводы в смысле права наций на самоопределение следовало из них делать, но прежде необходимо ответить на очень важный вопрос, каким образом армяне, составляющие еще совсем недавно подавляющее большинство на своей исторической родине, действительно оказались к началу 20-го века в относительном меньшинстве? Ответ на этот вопрос очень прост по своей форме и чудовищен по содержанию: тюркские завоеватели проводили геноцидную политику по отношению к армянам (и всем прочим нетюркским народам) с самого начала своего переселения в Малую Азию из среднеазиатской глубинки в Х-Х1 веках нашей эры. Начало этой политике положил их славный предводитель Алп Арслан, который после взятия в 1064 году средневековой армянской столицы Ани приказал вырыть огромную яму, залить ее кровью зарезанных армян и затем выкупался в этом “турецком бассейне” под восторженные вопли своих соплеменников. Последующие предводители вовсю старались перещеголять прославленного таким вот образом предка по количеству пролитой армянской крови, и это им вполне удавалось – народ был обезглавлен и деморализован под натиском непрерывно накатывающих диких восточных орд. Даже турецкий писатель Эвлия Челеби, не испытывающий никакой симпатии к армянам, в своих путевых заметках признается, что был поражен бессмысленными и ужасными жертвами среди мирного армянского населения во время похода турецкой армии против Персии в начале XVII века. Сопровождающий эту армию Челеби сообщает, что в Эрзруме горизонт кругом был устлан дымом от горевших армянских деревень, а из палаток турецких солдат раздавались звуки музыкальных инструментов и вопли армян. (Отметим попутно, что все это происходило задолго до проникновения за Кавказский хребет русских, которых профессор Маккарти, слово в слово, повторяя турецкую точку зрения, обвиняет во всех бедах, выпавших на долю ими же угнетаемых народов.)

Уже в начале Х1Х века посетивший Армению француз Амедей Жобер писал, что "в этой несчастной области не существует ни родины, ни безопасности, ни отдыха" По его свидетельствам область Эрзрума "была настолько опустошена кавалерией, что села были полностью покинуты жителями. Полностью были опустошены и местности от Вана до Аракса". И таких свидетельств великое множество во все времена.

Османское государство “саблей добыто и саблей только может быть поддержано” - вот сокровенная суть тюркского управления, которую выпукло выразил в своем трактате турецкий политический деятель и писатель XVII в. Кочибей Гёмюрджинский. Проходили века и века, а стиль “управления” турок оставался неизменным, геноцидным. По мнению Дж. Маккарти, этот стиль гарантировал существование армян, как народа. По-видимому, он имеет в виду, что, в конце концов, в Западной Армении практически не осталось ни одного армянина.

Слово “совесть” редко употребляется в работах данного типа, да и бесполезно взывать к ней, когда имеешь дело с людьми, без стеснения выступающими адвокатами закоренелых убийц, но в данном случае очень важно, чтобы читатель дал в первую очередь оценку не профессиональным качествам исследователя, а именно его нравственной позиции, разобрался, где проходят границы его совести. И есть ли они вообще.

Вот как превозносит профессор Маккарти обожаемое им государство: “Расовая ненависть европейского типа была чужда Оттоманской Империи. Предрассудок, результатом которого явилось уничтожение немецких евреев, в действительности был неизвестен в Оттоманской Империи. Утверждения о том, что “расовая ненависть” привела к агрессии против армян, есть чистая фантазия”.

И это пишется о стране, в которой христиане воспринимались не иначе, как райя (скот), где поверх всех остальных налогов с них взимался и особый, неподъемный подушный налог джизья (или харадж), взимаемый даже с младенцев, где христиане были обязаны в качестве дополнительного налога поставлять мальчиков для янычарской армии, где немусульманам не разрешалось иметь оружие, носить такую же одежду и обувь, как мусульмане, где суд не признавал свидетельских показаний “неверных”, и любой мусульманин мог безнаказанно совершить насилие над немусульманином, где даже в официальных документах по отношению к немусульманам применялись презрительные и бранные клички и где почти до ХХ века действовал закон о смертной казни за переход из ислама в другую религию.

Что же, профессиональный историк-турколог Джастин Маккарти не был знаком с официально закрепленными порядками этой (эпитет я оставляю на усмотрение читателя) страны, когда утверждал, будто “за всю долгую историю Османской Империи никогда не было ни одного случая, когда правительство планировало бы исламизировать все население”? Как он еще представляет себе исламизацию всего населения, если в течение веков христиане постоянно стояли перед выбором - либо меч, либо Коран? Не говоря уже о том, что только через Коран можно было рассчитывать на мало-мальски достойную карьеру.

Не моргнув глазом, ученый, изучающий историю Оттоманского государства, заявляет, что “причины, развившие разделенность и конфликт, окончательно разрушивший Османский Восток, не были внутренними. Они исходили извне, со стороны российского империализма и националистических идей Европы”.

Профессор Маккарти, между прочим, позволяет себе также и фразу: “Вопрос о том, кто начал конфликт важен, он важен и в историческом, и в нравственном плане”. Конечно же, профессор подразумевает, что конфликт начали армяне. То есть поощрявшиеся и организовывавшиеся правительством грабежи, опустошения и истребления армян, которые, приобретая все больший размах, продолжались из года в год, из века в век, профессор не считает за начало конфликта, зато, вот, мирные демонстрации армян в Константинополе и Эрзеруме с требованиями положить конец издевательствам над армянским народом – это несомненный “казус белли”. Как посмели эти райя, эти рабы предъявлять требования самому султану правоверных! Что уж говорить о захвате Оттоманского банка, который осуществили доведенные до отчаяния армянские юноши, требовавшие всего-то осуществления, наконец, давно и торжественно обещанных реформ в Армении. И хотя вся эта акция не нанесла туркам никакого урона ни в материальном, ни в человеческом плане, она стала для кровожадного султана хорошим поводом для избиения сотен тысяч армян по всей империи. Согласно высокой морали профессора Маккарти совесть султана при этом была абсолютно чиста – “они первые начали!”

Вот как описывает английский герцог Аргайльский “методику” османских властей по уничтожению армянского населения империи: “Иногда один из тысячи случаев насилия доводит одну какую-нибудь деревню до самозащиты. “Заптие” (полицейский, жандарм – Г.А.) обезоружен и может быть даже убит. Сейчас же турецкий губернатор данной местности напускает на всю деревню полчища иррегулярного войска, возбужденного жаждой насилия и фанатичной ненавистью, и мнимое восстание подавляется избиением без разбора мужчин, женщин и детей. Вот обыкновенные действия турецкого правительства”

Именно в результате подобных действий армянское население Западной Армении с 1892 по 1912 год убыло на 612000 человек.

Теперь вернемся к демографической статистике Османской империи, которую Дж. Маккарти, очевидно, считает своим главным антиармянским аргументом. Для пущей убедительности профессор приводит карты, разукрашенные графиками распределения населения по вилайетам (областям), которые призваны показать, сколь ничтожный процент составляли армяне в той части света, которую почитали за свою родину. В противовес армянам выступают некие абстрактные “мусульмане”. Здесь профессор со школярской добросовестностью повторяет прием, придуманный еще при кровавом султане Абдул Гамиде: прекрасно зная, сколь мал процент властвующих в империи турок, высоколобые султанские идеологи изобрели гениальный, как им самим, очевидно, представлялось, способ фальсификации – считать всех магометан за одну нацию, то есть турок. А современный ученый муж не замечает здесь никакого подвоха.

Само наименование книги Дж. Маккарти – “Мусульмане и меньшинства. Население Оттоманской Анатолии и конец империи” - является издевательством не то что над исторической наукой, а просто над человеческим здравым смыслом. Интересно, как бы озаглавил свой труд профессор, если бы ему заказали писать о демографической ситуации в таких частях Оттоманской империи, как Албания, или Ирак? Эквилибристика восторженно принимается в цирке, но никак не в научных исследованиях (Дж. Маккарти, конечно, полагает, что он проводит научные исследования.). Вот как “обосновывает” ученый свой подход к данной демографической проблематике: “Учитывая смысл религиозной идентификации народов Османской Империи, религия являлась очень точным критерием для идентификации населения страны”. Списано слово в слово у штатных оттоманских идеологов. То есть турецкие шовинисты, а за ними и сей ученый муж на полном серьезе утверждают, что албанцы, арабы, курды – это все один народ (читай - турки), потому что они все принадлежат к одной религии. Сами эти народы почему-то так не считают. (Вот, ведь, неразумные, не знают своей выгоды, счастья своего!) Албанцы поставили точку в этом вопросе в 1912-ом году, арабы – в 1917-ом, а несчастные курды по сей день должны доказывать, что они не “горные турки, родства не помнящие”, как их называют нынешние хозяева страны, а древний самобытный народ, живущий на своей земле еще за пару-тройку тысячелетий до появления там этих самых турок.

По принципу “вор кричит “держи вора”, турецкие фальсификаторы и их “ученые” покровители сами облыжно обвиняют армянских авторов в фальсификации демографических данных, упирая на то, что оттоманская статистика никогда не дифференцировала магометан по национальному признаку, в то время как армянские авторы оперируют именно такими данными.

В данной статье не место для подробных выкладок относительно реальной демографической ситуации в Западной Армении того периода, для этого есть масса специальной литературы, где можно подробно ознакомиться со всеми версиями расклада населения. Что не подлежит сомнению - армяне составляли не менее трети населения на своей исторической земле (по армянским источникам – около 40 процентов). Турки и курды в целом были представлены примерно в равных пропорциях с некоторым разбросом в ту, или иную сторону в различных регионах. Если к этому добавить, что помимо этих трех основных групп в регионе проживало и определенное количество ассирийцев, грузин, лазов и других, которые в совокупности также составляли немалый процент (около 20), можно сделать однозначный вывод, что вопреки всем нечеловеческим (действительно нечеловеческим) потугам турецких властей, армяне все же оставались на своей исторической родине относительнымбольшинством. Если мы еще учтем, что границы вилайетов специально были проведены таким образом, чтобы “разбавить” армянское население мусульманами, и соответственно, ограничимся только армянскими территориями, исключив искусственно включенные в состав отмеченных шести вилайетов районы, то процент коренного армянского населения приблизится к 50-ти. Севрский мирный договор, поставивший точку в Первой мировой войне, именно так произвел размежевание между вновь образовываемыми государствами Арменией и Курдистаном, а его логика предполагала добровольный обмен населением между соседями, в результате чего коренное население в обеих странах составило бы абсолютное большинство.

Мнение Дж, Маккарти однозначно: “территория, называемая "Арменией", является на деле мусульманской землей (назвать ее турецкой все-таки не хватило нахальства – Г.А.), и если исходить из понятия "самоопределения", то не было никакой Армении”. Соответственно, армяне не имели никакого права на управление в этих краях. Вот пришедшие из далеких краев турки, составляющие абсолютное меньшинство (никак не более 30 процентов) имели право, всячески помыкая, “управлять” народами империи, а армяне, составляющие относительное большинство на своей исторической родине – нет. Почему? Очевидно, потому что в свое время Алп Арслан выкупался в армянской крови и потомкам своим завещал, а потомки чтили и ревностно исполняли заветы обожаемого предводителя.

Не так думали, однако, воспитанные на принципах права и гуманизма европейцы. Начиная со времен Сан-Стефанского договора 1878 года, они постоянно требовали у османов проведения внутренних реформ в империи с предоставлением права самоуправления Армении. Но чем настойчивее были эти требования, тем более крепла решимость турок по-своему “решить” армянский вопрос. Откупаясь пустыми обещаниями каждый раз, когда дело доходило до угрозы применения силы, турки продолжали последовательную геноцидную политику в отношении армян (как и других коренных народов), которая и завершилась окончательным их уничтожением на исторической родине в 1915-23 годах. К несчастью для армян, эгоистические установки самих великих держав и их ревность по отношению друг к другу не позволили своевременно и радикально воспрепятствовать этому чудовищному процессу, и когда, наконец, Севрский мирный договор по окончании Первой мировой войны определил более или менее справедливые границы независимой Армении, обескровленные и обессилевшие армяне не смогли их удержать под натиском быстро снюхавшихся “новых” старых хищников на международной арене – кемалистской Турции и большевистской России. И вновь все повторилось по хорошо известному сценарию: Россия, овладев страной, при всех своих жестокостях, в целом способствовала развитию и процветанию этой страны, а Турция – как всегда, ее разрушению и отуречиванию, на сей раз для армян – окончательному. Это к вопросу о том, какую роль играла Россия в судьбе подвластных ей народов. Вряд ли у кого-нибудь повернется язык заявить, что советский период не был для Армении периодом бурного развития, расцвета ее экономики, науки, культуры. Равно как и для Азербайджана, Грузии и других советских республик.

В 1919 году армянскими патриотами была создана специальная организация возмездия “Немезида”, членами которой был составлен “чёрный список” имён людей — организаторов армянской резни. Вскоре за этим последовало само возмездие: в течение трех лет были убиты около 80 основных организаторов геноцида, в том числе все члены зловещего триумвирата – Талаат-Энвер-Джемаль, а также множество его участников более низкого ранга. По своим масштабам и по общественному резонансу эти “акты террора” были несоизмеримы с несколькими десятками жертв 1973-1987 годов – короткого исторического периода, когда действовала Армянской Секретной Армии Освобождения Армении АСАЛА. (Хотя, конечно, каждая из этих, вот, жертв невосполнима и непростительна.)

Так почему же наши оппоненты начинают отсчет армянского терроризма от Гургена Яникяна, а не от Согомона Тейлеряна, убившего в 1921 году в Берлине главного организатора чудовищного злодеяния – Талаата-пашу? Потому что они прекрасно понимают, что те действия по существу явились лишь исполнением приговоров турецкого же суда. Конечно, экзекуции подверглось гораздо большее количество преступников, чем определил турецкий суд, но они также были казнены по приговору суда – суда армянского народа, и это был праведный суд! Именно по этой причине показательный процесс над убийцей Талаата в Берлине не только полностью оправдал Согомона Тейлеряна, но и рассматривал вопросы ответственности за армянский геноцид высокопоставленных чиновников самой Германии, имеющих в свое время возможность серьезно повлиять на события и даже предотвратить преступления, но не сделавших этого. Само умолчание турецко-азербайджанских экспертов относительно армянских “террористов” 20-х годов прошлого столетия говорит о том, что они прекрасно понимают суть и цену вопроса.

Статья 66 Конституции Турецкой республики в императивном порядке устанавливает: “Каждый, связанный с Турецким государством через обязательства гражданства – турок”. В школах на территории Турецкой республики вне зависимости от их национальной принадлежности занятия начинаются с клятвы: “Я честен, я трудолюбив, я – турок!” Дети, осмеливающиеся заменить слово “турок” на свою настоящую национальность, подвергаются наказанию, вплоть до уголовного преследования. Благо, в Уголовном Кодексе Турецкой республики существует 301-ая статья, которая предусматривает наказание в виде лишения свободы от полугода до трех лет за “оскорбление турецкой нации”. Толкование “оскорбления” – прерогатива турецких властей. Недавно, в июле 2005 года редактор стамбульской армянской газеты “Акос” Грант Динк был приговорен судом к шести месяцам тюремного заключения (условно) за призыв к армянам (буквально) "отказаться от вражды по отношению к туркам, которая отравляет кровь". Самый справедливый в мире турецкий суд усмотрел в этом призыве "оскорбление национального достоинства турок", так как, по мнению судей, из слов Динка следует, что турецкая кровь ядовита. Откуда они взяли такое толкование совершенно однозначной фразы, что за комплексы властвуют над их неспокойными душами? Очевидно, здесь можно сослаться только на народную поговорку - каждый понимает в меру своих жизненных представлений, в меру своей испорченности.

В январе 2007 года Грант Динк, посвятивший всю свою жизнь делу примирения армян и турок, пал жертвой турецкого фанатика, убившего его посреди бела дня у дверей собственной редакции за то самое “оскорбление турецкой нации”. Официальные турецкие власти, прекрасно понимая какой удар по престижу их страны нанесло это убийство, лицемерно выражали соболезнования близким покойного, не задумываясь о том, кто же создал атмосферу нетерпимости вокруг этого светлого человека. А вот у честного турецкого писателя, лауреата Нобелевской премии Орхана Памука нет сомнений, кого надо винить в этом гнусном убийстве: “Главным виновником его убийства стали те, кто выступает в защиту 301-ой статьи УК Турции. Виновны те, кто развернул кампанию против него, объявил его врагом турецкой нации и сделал мишенью. Все они виновны в этом убийстве. Виноваты все мы”. Напомним, что против самого Охрана Памука в свое время также было возбуждено уголовное дело по пресловутой 301-ой статье УК, когда он осмелился признать геноцид армян и курдов в Оттоманской империи. А чтобы судить по этой статье было сподручно, вплоть до 2004 года в структуру высших судебных органов власти входили суды государственной безопасности (что-то вроде сталинских троек), которые занимали особое место в ряду уголовных судов; они могли подвести под свою юрисдикцию практически любые неугодные властям выступления оппозиции или отдельных граждан, а в ходе судебного разбирательства защита даже формально не обладала равными с обвинением правами.

Нынче Турция, как известно, всеми силами стремится проникнуть в содружество европейских государств, что, в общем, похвально. Европейцы, однако, хотят прежде убедиться в том, что Турция действительно стала, или, по крайней мере, искренне хочет на деле стать цивилизованной страной. Они выдвигают ряд принципиальных требований к Турции, которые последняя старается выполнить, обещает даже пересмотреть и видоизменить пресловутую 301-ю статью УК. Но насколько искренни и осознанны те преобразования во внутренней и внешней жизни Турции, которые декларируют ее официальные власти? Об этом можно судить по очень простому факту: 10 ноября 2006 г. турецкий парламент принял новый закон о правах религиозных меньшинств на собственность, который хотя и не вполне отвечал требованиям ЕС и не устранял возможностей для дискриминации, тем не менее, являлся важным шагом на пути преодоления межнациональной розни в стране. 29 ноября того же года Еврокомиссия, рассмотрев в совокупности ход реформ в Турции, рекомендовала частично заморозить переговоры с этой страной о вступлении в Евросоюз, поскольку ряд очень важных требований (в частности, касающихся Кипра) ею выполнены не были. И в тот же день президент Турции Ахмет Недждет Сезер наложил вето на принятый парламентом вышеупомянутый закон. Ахмет Недждет Сезер не является частным лицом, он олицетворяет турецкое государство, которое таким образом ясно продемонстрировало, что оно принимает демократические законы не потому, что глубоко осознает необходимость их проведения, а только для того, чтобы выторговать себе место среди европейских народов. И даже способно при неблагополучном течении процесса шантажировать вожделенную Европу ужесточением своих порядков. Это действительно очень печально.

И так же печальна неспособность Турции понять, что яростное отрицание прошлых преступлений лишь усиливает подозрение в том, что базовая философия этой страны осталась на прежнем нецивилизованном уровне. Проплаченные иностранные адвокаты, на деле, вполне возможно, тайно заинтересованные в сохранении имиджа Турции, как варварской страны, будут “доказывать” все, что угодно, но Турция сама должна осознать, какой непоправимый вред наносят ее гуманитарному образу, в том числе и зарубежные “профессора” своими неадекватными услугами.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?