Независимый бостонский альманах

ЧТО-ТО СЛАДКОЕ

11-04-2010

«Она до того сладкая, что от сладости аж треснула!» Догадайтесь, о чем мог так выразиться страждущий мужчина?

Да, мужчина всегда и везде думает только о сексе. Если, конечно, он еще мужчина и накормлен. В этом его примитивизм. Женщина...

Вот чем озабочена женщина? (Она постоянно озабочена.) Сама не знает. Нет, она знает в каждый данный момент, но он очень короток, этот момент. В следующий момент у нее совсем другие заботы, такие же важные. Это создает некоторое впечатление разнообразия, широких интересов- на самом деле это отражение ограниченности, отсутствия глубины. Но она не зациклена – это делает ее непредсказуемой, загадочной, как говорят.

Но ведь единственный смысл жизни – в ее продолжении.

А секс – залог этого продолжения. Соответственно, есть, по крайней мере, основания искать смысл жизни в сексе, не так ли? Но «смысл жизни» – это слишком серьезная тема для женского ума. Слишком абстрактная, между тем как ее ум переполнен массой текущих, вполне конкретных и неотложных забот: наряды, макияж, обстановка и т.д.

Почему большинству женщин большинство мужчин представляются ужасно примитивными существами? Потому что большинство мужчин при общении с женщинами держат в уме секс и только секс, или, по крайней мере, дают повод женщинам думать, что у них на уме только это. Но если мужчина на самом деле не даст женщине возможность думать о себе таким образом, то он сразу же станет ей совершенно неинтересен, а скорее всего – просто враждебен, и она объявит его недоумком, импотентом, гомосексуалистом, или кем угодно еще.

Вся загадочность и богатство женщины состоит в том, что в отличие от мужчины, который если он хочет, то хочет и хочет, она хочет только тогда и более всего до тех пор, пока ситуация неопределенна или более того – неблагоприятна, то есть пока мужчина – ты – не хочешь, или не знаешь – хочешь по-настоящему, или нет. Тут она изнывает, она страдает, желание одолевает ее, и ей кажется – подойди ты только, и она твоя, вся твоя. Но стоит лишь тебе по-настоящему захотеть, как у нее тут же появляются сомнения. И – что самое поразительное – во всем этом менее всего кокетства, изощренности- эти сомнения для нее вполне искренни и естественны. Вот это и есть истинная женская сущность, ее талант, богатство и все прочее.

Если попытаться одним словом определить женскую сущность, то это будет слово – «призыв». Можно сказать – «ложный призыв».

Мужчину характеризует слово – «боль». Прибежище мужчины искусство, оно боль его души. Только мужчина терзается сомнениями достоин ли он ее?

Половая недостаточность – вот всевременной, всеобщий диагноз мужчины (но не в чисто медицинском, а совершенно ином толковании этого термина).

Мужчина ненасытен в женщинах, женщина ненасытна во всем.

По определению. Женщину в принципе нельзя удовлетворить: ее вечное и неизменное кредо – встречный план. Но если бы этого не было, то не было бы и никакого прогресса: мужчина существо ленивое и непритязательное, только безапелляционные требования вожделенной женщины могут устремить его к подвигам. Что является движущей силой в природе? Единственно – голод! Мужчина голоден всегда.

Женщине всегда есть, что продать, по крайней мере, она думает так. Потому она значительно более требовательна к жизни. И озлоблена соответственно. Ну, вот, чем она хуже жены президента, или нефтяного короля? Чем!!! Ах, не подфартило просто, не подфартило...

Женщина много острее ощущает быстротечность жизни, особенно, свое старение, жестоко страдает от этого и травит жизнь мужчине. Он, именно он виноват во всем. И если мужчина ищет обоснование для объявления своей жены лучшей из всех, то женщина так же истово пытается доказать самой себе (а заодно и всем) какой у нее муж недотепа (это если перевести ее экспрессивные определения в нормативную лексику).

Драма мужчины в том, что он хочет завоевать раз и навсегда, на все времена, а на самом деле может получить только уступку и только на сейчас.

Драма женщины в том, что она жаждет быть завоеванной каждый, каждый отдельный раз, а ее зачастую попросту берут, когда захочется.

У женщины есть только миг, но этот миг вбирает в себя все. Счастлив мужчина, который умеет ловить этот миг. Или провоцировать его.

Примитивизм мужчины в его постоянной готовности, между тем как у женщины – все только в потенции, и это завораживает, интригует.

Это принципиально. Даже самая плохенькая женщина требует некоторой обработки, в то время как самый блестящий мужчина вот уже сейчас готов. Противно, не правда ли? Ожидание желания для мужчины (даже если он только что кончил) всегда унизительно- для женщины такое состояние не только естественно, это ее главное оружие против мужчины, инструмент принуждения к действию (не только в постели).

Женщина любит и уважает мужчин, которые любят женщин.

Это вовсе не банально, как может показаться на первый взгляд. Даже самая ревнивая женщина где-то в глубине души будет презирать своего мужчину, если на самом деле уверена, что он совсем не смотрит на других женщин.

Помимо всего прочего, ей хочется также знать, что этот мужчина (ее муж), замечая и даже желая других женщин, все-таки отдает предпочтение ей, или, по крайней мере, остается рядом с ней. Но удивительным образом она теряет к нему всякий интерес, как только выяснит для себя, что он вовсе не намерен тратить все свои средства и усилия на то, чтобы завоевать, точнее, поиметь других женщин (по причине, как она полагает, основываясь на своем личном опыте, его неспособности к этому). Самым главным в ее жизни с какого-то момента (с момента, когда она окончательно удостоверилась, что потеряла всякий интерес к сексу) становится недопущение всеми возможными средствами получения этого самого наслаждения мужчиной, которого она привыкла считать своей неотъемлемой собственностью. Когда же ей покажется, что это исключено в принципе, она успокоится и перестанет обращать на него внимание, как и он давно уже перестал обращать внимание на нее.

До последних своих дней женщина должна верить, что она красива и желанна, вне зависимости от того, испытывает она на самом деле реально потребность в сексе, или нет. И она пойдет на любые жертвы, на любые, можно даже сказать, безумные шаги, чтобы доказать себе и другим, что это именно так. Иррациональное, казалось бы, стремление женщины к тому, чтобы ее мужчина тратил на нее все свои деньги, обусловлено именно ее неизбывной, еженощной потребностью в доказательстве основной теоремы своей жизни. Если бы ее желания и требования ограничились просто присвоением денег своего мужчины, можно было бы принять тезис о том, что женщина чувствует себя менее защищенной и потому хочет обеспечить себе тылы солидным материальным достатком, но ее очевидная нацеленность на то, чтобы в первую очередь не обобрать, а именно «раскрутить» своего мужчину до последней его копейки, однозначно свидетельствует о ее истинных целях. И чем старше женщина, тем остервенелее она пытается осуществить свою коварную задумку. Ибо тем меньше у нее уверенности в собственной привлекательности, и только бездумная трата денег на нее может дать ей эту призрачную уверенность, кратковременное успокоение. Подсознательно пытается она компенсировать отсутствие уверенности упрямством.

Мужчина, всегда и во всем честный с женщинами, не может когда-нибудь в той или иной степени не стать женоненавистником. Уже хотя бы потому, что будет неизменно ими отвергаем. Чтобы иметь успех у женщин, мужчина должен хорошо знать их психологию. Но – не слишком хорошо, иначе его может перестать прельщать сам успех. И что тогда ему, несчастному, останется – мастурбация, или гомосексуализм. Выбор, на самом деле, не вызывает особого восторга. Кстати, может физиологи объяснят, почему мужчина при мастурбации не теряет такое колоссальное количество энергии, как при коитусе? Должно быть, женщина отнимает у него что-то гораздо более существенное, чем только семя. Впрочем, то же обвинение может выдвинуть и она против него, так что не будем развивать эту неаппетитную «медицинскую» тему и вернемся к нашим любимым (чего греха таить, нередко возникает желание закавычить это прилагательное) женщинам.

Женщиной в отношениях с мужчиной может руководить корысть или страх, в редких случаях – страсть, но никогда не уважение. Величайшее счастье мужчины состоит в том, что его высоко ценит любимая женщина. Но это бывает крайне редко- подозреваю, что этого не бывает никогда, даже если данный мужчина – всемирно признанный гений. А не бывает по той простой причине, что женщина обязана всегда сохранять за собой право на измену.

Помнится, я об этом уже писал. Мужчине не нужно никакого обоснования собственной измены- женщине необходима серьезная доказательная база – она готовит ее исподволь и очень тщательно. Бездарность, несостоятельность мужа ее главный аргумент. Возможно, существуют женщины, которые без труда сохраняют верность своим мужьям. Но это те женщины, которые и мужьям не могут предложить ничего, кроме своей верности. В сущности, измена происходит не когда она легла, а когда подумала. И какое, по большому счету, потом имеет значение легла, или нет!

Женщине нужен муж, которого она могла бы искренне презирать и вследствие этого без зазрения совести обирать. И изменять. Вот, в природе существует такое понятие, как «однолюб», но в приложении к женщине это слово так же неблагозвучно и неестественно, как и само невозможное явление «однолюбка»!

В принципе женщине нужен мужчина только для того, чтобы объявить его своей марионеткой. Ты ей либо Бог, либо марионетка – третьего не дано. Одно из проявления синдрома крайних состояний. Похоже на правду, что цель женщины – найти себе раба. Ее гордость вполне удовлетворена, лишь когда ее выдающийся муж покорно и на все лады повторяет: «Всем, чего я достиг, я обязан своей жене!» Несущественно, действительно ли он благоговеет перед ней, или просто боится, лучше даже, если боится. Но если человек по своей натуре философ, он не может бояться, или благоговеть перед женщиной, так как, в сущности, не благоговеет ни перед чем, даже перед самой жизнью.

Но он в состоянии любить. И идти во имя любви на жертвы, на притворство.

Если же мужчина не говорит о выдающейся роли своей жены, она сама делает то же заявление от своего имени с еще большей уверенностью. И независимо от уровня достижений мужа и семьи в целом. Справедливости ради необходимо отметить, что в редких случаях мужчина на самом деле имеет все основания для подобного признания. Но это как раз в тех случаях, когда женщине удается преодолеть в себе природный свой «вождизм» и действительно стать опорой для страждущего мужа. Чем выше уровень женщины, тем слабее в ней выражено стремление властвовать, повелевать. Впрочем, это универсальное правило.

Просто, как все в женщине, и это ее качество носит такой природный, что ли, характер. Императивный. Женщина может быть светом души до того и почти наверняка станет смертью души после того, как ты возьмешь на себя ответственность за нее. Если твоя женщина не есть твой ангел-хранитель, значит она твой злой демон, и горе тебе!

Этим же неизбывным желанием ощущать себя хозяином положения объясняется непостижимая для нормального человека страсть женщины к покупкам зачастую совершенно ненужным ей и бесполезным- ведь каждый раз, расплачиваясь с продавцом, она чувствует себя милостивой королевой, одаривающей своих холопов. (Кстати, этот порок выглядит совсем уж отвратительно, когда он поражает мужчин.) «Ах, какая прелесть!», – вот ее главный, нет – единственный!

аргумент при любой покупке. Вопросы о ее полезности, или нужности она воспринимает, как оскорбление.

О самых отвратительных своих действиях в жизни женщина может сказать сама себе: «Этого не было», и спокойно жить дальше, свято веря, что этого действительно не было, а порой даже начисто забыв про это- никто и ничто отныне не в состоянии убедить ее в обратном. Мужчина не в состоянии поступить таким образом, как бы того ни желал. Женщина начинает каждый свой день с чистого листа. Но мужчине малейшие прегрешения помнит всю жизнь. И мстит.

Мир мужчины – сегодня и вчера, мир женщины – сегодня и завтра. У женщины, по большому счету, нет памяти, и это помогает ей всегда быть устремленной в будущее. Мужчину всегда отягощает память. Нам, мужчинам, даже не так дороги настоящие, данные счастливые моменты жизни, как воспоминания о них.

Женщина – существо без прошлого, у нее есть только настоящее и будущее- мужчина всегда в своем мрачном прошлом. Женщина и не должна быть до конца раскрыта – это сразу же обезличит и обесценит ее. Разница между правдой и женщиной состоит в том, что правда имеет ценность только в том случае, если она совершенно голая, в то время, как ценность женщины определяется тем, насколько талантливо сокрыта ее нагота- порой именно искусное одеяние и составляет ее главную достопримечательность. И это касается не только тела. Нагота ее тела не так разочаровывающа. Почему более всего женщина боится злословья? Потому что знает – не имеющие никаких фильтров язычки подружек так же беспощадны, как ее собственное ядовитое жало. Чужие грехи они «обмывают» без срока давности, без устали и во всех подробностях.

Твоя мечта – чтобы жена была той женщиной, которая всегда и безоговорочно верит в тебя. Если же она, чтобы признать твои таланты, ожидает признания других, чужих, то и она тебе – чужая. В постели ты отдаешь ей свои самые горячие чувства и потому более всего хочешь верить, что и в жизни и в мыслях – она тебе самый близкий человек. Трагическое заблуждение.

Острие чувств мужчины направлено вовне, женщины – вовнутрь.

Человеку надо дать независимость, чтобы узнать, что он есть такое. Особенно женщине. Полагаю, каждому мужчине поучительно хотя бы раз в жизни попасть в тяжелое финансовое положение, чтобы распознать, кто есть находящаяся рядом с ним женщина. Именно тогда он может обнаружить, что задача у нее одна – из-за спины бить кувалдой по голове. Со всею силой и жестокостью. Потому женофобия – весьма распространенная болезнь. Нет, даже не болезнь, а просто сама природа мужчины. Можно сказать – природа самца. Ибо никогда и нигде не щадит его самка. Да и не стоит он того.

Он легко заменяем, я об этом писал. Самое зримое проявление сути женской особи я наблюдал, когда по телевизору показывали случку пары пум: самка, конечно, раздвинула ножки, ибо природа велела ей сделать это, но морда ее непрерывно скалилась, вроде, она более всего хотела при этом искусать, уничтожить самца.

-В природе есть такие насекомые, самцы которых погибают во время спаривания. Полагаю, биологическая ценность мужчины многократ возросла бы, если бы с ним происходило нечто подобное, например, ему изначально было бы отпущено строгое и немногочисленное количество совокуплений. Впрочем, кажется мужчина идет именно по этому пути: исследования показывают, что секса от эпохи к эпохе становится все меньше.

Влюбленный в собственный фаллос мужчина глубоко убежден, что женщина завидует его кранику, через который он выпускает мочу и сперму.

Он слеп, как и полагается влюбленному. Даже самая плохенькая, самая забитая женщина не пожелает ненавистному своему мужчине в качестве наказания превратиться в женщину – она всегда пребывает в твердой уверенности, что самое страшное наказание он уже получил, родившись мужчиной – подручным средством, как она считает, и каким он является на самом деле.

По другому закону влюбленности мужчина страдают от всяких сомнений: он не уверен в достаточной мощи обожаемого им инструмента, не знает, умеет ли он правильно пользоваться им и так далее. Порожденная преимущественно этими комплексами личностная недостаточность, которой страдает большинство мужчин, с другой стороны, дает им некоторый шанс быть любимыми женщинами, так как именно в них, в женщинах ищут они для себя успокоения (компенсации), а женщина в состоянии любить, точнее, милостиво дарить свои ласки, только тому мужчине, который хоть изредка плачет у нее на плече.

Женщина испытывает ужасный дискомфорт, когда у нее нет возможности презирать своего мужчину, или, по крайней мере, жалеть его.

Женщина обязательно должна найти в мужчине какую-либо слабость- только плач на плече может убедить ее в своей нужности, необходимости, в противном случае она беспокойна и не уверена в себе, и добра от нее не жди. В принципе завоевать женщину очень просто: надо всячески демонстрировать ей свою слабость. Она должна поверить, что тебе крайне необходима именно она, ее утешение. Люди гордые, самолюбивые никогда не любимы женщинами – «слабый» пол просто не признает равных отношений. Потому и перебарщивать с «плачем на плече» ни в коем случае нельзя. Эти редкие эпизоды должны чередоваться серьезной поркой (не обязательно в прямом смысле этого слова), иначе общий эффект от «терапии» может оказаться весьма плачевным.

Ты, конечно, должен быть мужчиной, чтобы твоя женщина была женщиной. Но это вовсе не означает, что ты должен стать деспотом и превратить свою женщину из женщины в рабыню. Да и не можешь ты. Ее покорность выйдет тебе боком.

Это древняя истина – женщину нужно побивать. В том или ином смысле. Французы говорят: встретишь на улице мальчика – погладь его по головке, может быть это твой сын- встретишь старика – поклонись ему, может быть это твой отец- придешь домой – побей жену, она знает за что.

Бейте подруг ваших, и возлюбят они вас всем сердцем. На Востоке когда-то была в ходу поговорка: женщину надо нещадно бить по будним дням и так же страстно ласкать по воскресеньям- только тогда она будет ценить вашу любовь и с трепетом ждать ее! Подозреваю, что есть немало мест на земле, где все еще руководствуются этим правилом, и бог его знает, может именно там женщина чувствует себя более счастливой! По крайней мере, в «цивилизованном» обществе, делегировавшем ей все-все права и более того, она отнюдь не выглядит таковой. Может ей, действительно, не хватает плетки, о которой говорил Ницше? Не случайно ведь, что чем ближе стоит мужчина к природе, чем меньше у него дополнительных ганглиев в мозгу, тем больше у него шансов добиться успеха у женщин. Счастливы те, кто воспринимает женщину, как бабу. По крайней мере, им не грозит крушение идеалов. Вообще идеалов.

Ведь, в принципе, все идеалы у нас связаны с образом женщины. Еще древние подметили: «У кого нет верной жены, у того не будет и верного друга».

Разве этим не сказано все?

Был у меня когда-то знакомый. Он именовал женщину по-простому: отверстие. Может, именно такой подход к самому важному в нашей жизни фактору позволял ему сохранять необыкновенно жизнерадостный настрой? Такой тип мужчин рассматривает женщин исключительно как куски аппетитной баранины, которую необходимо (пока не испортилась) натянуть на свой вертел. И скорее всего, они правы! В сущности, эти примитивные самцы с ранних лет и до глубокой старости на всю катушку наслаждаются той самой животной жизнью, о единственной истинной ценности которой после долгих лет наблюдений, исследований и анализа за счет собственного здоровья и наслаждений приходишь и ты. Когда все поезда уже ушли и поздно что-либо менять. Помнится, в далекие годы моей молодости более пожилой и опытный сослуживец с крестьянской закваской убедительно напутствовал меня: «Пустое все, дорогой, нужно только трахаться – и все! Вот, прямо с Леночки и начинай!»

Мне очень интересно, могла ли что-нибудь подобное сказать женщина? Что бы она противопоставила пустоте жизни? Есть ли для нее эта пустота?

Мало женщин имеют талант получать удовольствие в постели.

Когда-то в ходу была поговорка об определенном типе женщины: «лесом пахнет», что расшифровывалось как – «бревно». Немалый процент женщин фригидны от природы изначально- с возрастом этот процент возрастает катастрофически.

Главное их (женщин вообще) удовольствие – до того и после того. «Я с ним спала, а он мне даже бриллиантового колечка не подарил!» – она всегда воспринимает секс, как свой подарок партнеру и, соответственно, ждет ответного подарка. Разум (мужской) вопрошает: «Скажи, красивая женщина, всегда ли ты желаешь получить что-то еще за свои ласки помимо ответной нежности?

И понимаешь ли ты, что если ты получаешь что-то еще, то ответной нежности уже быть не может? А ведь только о ней истинно тоскует твоя душа». Полагаете, она в состоянии осилить эту логику? Возможно. Но принять – никогда! Мужчина мечтает покорить женщину своими талантами, а на самом деле чаще всего ее нужно просто покупать. Как это ни печально. Нелишне повторить: драматическая проблема женщины – отдаться по великой любви, но и получить за соитие хорошие «бабки». Ибо конечная цель мужчины – совокупление, конечная цель женщины – оплодотворение, посему она обязана думать при совокуплении о материальном обеспечении потомства, точно так же, как самка оленя, отдаваясь самому сильному самцу, обеспечивает в определенной степени безопасность ожидаемого приплода. Конечно, природный процесс действует на подсознательном уровне, и бриллианты, или деньги за секс женщина употребит, скорее всего, совсем на другие цели, но биологический стимул у нее тот же, что и у любой другой особи женского пола.

Кем бы ты ни был, когда у тебя нет денег, любые встречи с женщинами становятся унизительными для тебя. Обратите внимание: самым презираемым мужчиной для нее является тот, которого она определяет словом «скупец». Это ее природа, и с этим ничего не поделаешь. С принципами бороться легко, человеку ничего не стоит их поменять – всегда найдутся другие, более убедительные, более привлекательные. С природой не так. Она одна и навсегда. Так что если ты не заработал кучу золотых, не мечтай о любви, но если ты заработал эту кучу золотых – забудь о любви. Только ничего не имеющий и не дающий взамен ничего, кроме ответного чувства, может быть совершенно уверен в искренности любви. Властитель не может быть уверен никогда. В этом если не трагедия, то истинная драма королей.

Старая избитая истина: женщину нужно покупать. Любовница продает за деньги свои ласки, проститутка – свое тело, жена – свою свободу.

Самым рациональным будет такое обустройство мира, когда мужчина платит за каждое отдельное соитие. Это позволит иметь здоровое и красивое (качественное) потомство, оградит женщину от докучающих ее необоснованных поползновений, а мужчину – от неврозов, вызванных необоснованным отказом, не говоря уже о ряде других преимуществ (свободе, материальном благополучии потомства и т.д.). На самом деле, чем я отличаюсь от обычного насильника, если женщина не по доброй воле (я не говорю о «любви»), а по каким-то иным – неважно каким! – обстоятельствам будет вынуждена дарить мне свои ласки?

Секс дан человеку, как награда, а он сумел превратить его в свое проклятие. Можно определенно сказать, что сегодня секс человека отягощен экономикой- при новых отношениях эта самая экономика даст ему полную свободу. Но пока мы не доросли до подобного холодно-рационалистического взаимодействия полов, в отношениях с прекрасной половиной надлежит всегда помнить, что тебе дано завоевать не женщину, но только миг. И может, в основе многих семейных конфликтов лежит именно непонимание мужчиной потребности даже тысячу раз завоеванной женщины быть покоренной в очередной раз. Именно за этим обращает она свой взгляд налево!

Цель мужчины (самца) – произвести максимальное количество потомства, ибо он к этому способен. Цель женщины (самки) – произвести максимально близкое к совершенству потомство. Ибо это максимум того, что ей доступно. Кажется, что доступно. Непосильная для нее задача состоит в том, что именно ей предстоит определить, что есть хорошо, что есть совершенство, и принципиальная неразрешимость этой задачи ставит ее в тупик, заставляет метаться и делать одни глупости за другими. Точно так же мечутся самки в мире птиц, где им дано право выбора производителя потомства, и так же бегают они «налево» при первом же удобном случае, в то время как спокойны и умиротворены самки млекопитающих, у которых право производителя потомства приобретается в смертных боях самцов. В человеческом обществе тоже многое решается боями самцов – от банального мордобоя, до жестокой конкуренции в экономической сфере, и в отношениях с женщинами нас, по существу, опять же более всего беспокоит, как мы будем вести себя с мужчинами – но за самой женщиной, тем не менее, сохраняется право конечной оценки результатов этих боев, и именно это отравляет ей жизнь. Порой начинаешь подозревать, что под чадрой женщина действительно ощущает себя гораздо более счастливой.

Единственное предназначение и единственная цель женщины сталкивать лбами мужчин. Это ее природная установка. При новом обустройстве мира с поштучной оплатой секса конкуренция полностью переместится в сферу экономической деятельности, и всякие привходящие факторы (оперение, словоблудие, мордобой и т.д.) потеряют какой-либо смысл. Собственно, они и сейчас играют мало роли в отношениях противоборствующих полов, лишь создавая прекрасную иллюзию у безденежных мужчин. Самое интересное, что эта иллюзия сохраняется у несчастных практически до конца их жизни, и даже на краю могилы они все еще мечтают о какой-то чистой, бескорыстной любви. У женщины такой иллюзии не бывает никогда- тем более ее не может быть у пожилой женщины, всецело поглощенной страстью к деньгам. Ей, с каждым днем все с большим ужасом вглядывающейся в ненавистное зеркало, кажется, что с их помощью она может вернуть красоту своей молодости, или, по крайней мере, замаскировать свое нынешнее уродство. Это вызывает искреннее сочувствие у тех немногих, кто в состоянии вникнуть в драму увядающей женщины. Остальные от души потешаются, глядя на их нелепые наряды и устрашающую косметику.

Для мужчины всегда будет загадкой, почему женщина так упорно продолжает следить за своей отцветающей внешностью, когда в ней самой давно уже погас интерес к какому-либо физическому контакту с мужчиной.

Он никогда не поймет, что красота, а именно личная красота, для женщины такая же самоценность, как для мужчины – секс. Что если все его потуги, в том числе и стремление к личной привлекательности, служат для достижения секса, то все ее потуги, в том числе и уступки в сексе, направлены только и только на достижение личной красоты, в которую входит и общий антураж (квартира, машина и т.д.). Вот, подмеченная мною недавно картинка, весьма характерная: девушка, не уродина, но и далеко не красавица, простоватая, из пригорода, глядит на собственную вполне ординарную, полностью соответствующую ее реальному облику фотографию и простодушно-искренне восхищается: “Какая красота!” Она не сомневается, что все окружающие разделяют ее неподдельный восторг.

Язык, льстивый язык дает нам возможность настраивать женщину на секс, когда она вовсе не думает об этом. Почему? Потому что секс для нее – производная от красоты. А красота для нее – она сама! Для мужчины же красота – сам секс и все, что связано с ним.

Во всех жизненных проявлениях женщину волнует совершенство формы, мужчину – содержания. За столом ее больше интересует сервировка, чем вкусовые качества блюд, в выступлении оратора – его одеяние, а не содержание речи, в сексе – больше изысканные манеры, а не умение доставить удовольствие.

В сущности, только по этому признаку и отличаются они друг от друга. Порой мужчина, в этом смысле, больше похож на женщину, и наоборот. Возможно, здесь и находится корень однополой любви. (Обратим внимание, что тонко чувствующие красоту дизайнеры женской одежды, в подавляющем большинстве своем, гомосексуалисты.) В любом случае, когда мужчина возмущается, что голова женщины постоянно забита тряпками, он должен призадуматься о том, что женщину точно так же может возмущать его собственная постоянная мысль о сексе. Истинная драма их в том, что при всех вопиющих противоречиях они никак не могут обойтись друг без друга.

Но на самом деле, красивая женщина есть абсолютная ценность.

Ибо в конечном итоге все делается только ради нее. Мудрые люди говорят: если хотите иметь успех в бизнесе, придумайте что-нибудь новое, или интересное для женщин. Или для войны, что опосредованно – тоже для них, или во имя их. Ибо и войны в конечном итоге ведутся для обладания женщинами. И за всеми жестокостями войны просматривается женская ухмылка: «Ну, мужик ты, или нет, в конце концов!» Только посылая его на бой, на сражение, на смерть, она может удостовериться в своей абсолютной ценности для него. А без этого она не может существовать.

Долгое время мужчина был в заблуждении относительно своей роли в жизни вида. Словечко даже такое выдумал – патриархат, вроде он и управляет всеми событиями в мире. Как-то упускал, заносчивый, из виду, во имя кого и чего он совершает свои подвиги. По сей день исламский мир ведет ожесточенную войну за сохранение призрачного по своей сути «патриархата», и многие другие еще пребывают в тенетах древнего заблуждения, а совсем недавно еще даже выдающиеся мыслители были не в состоянии подняться выше закостенелых представлений о роли полов в жизни общества. Тот же Ницше великий исследователь человеческих взаимоотношений как он все перепутал, как глубоко поддался, при всем своем незаурядном уме, господствующему маскулинизированному сознанию!

Он говорил: «Счастье мужчины – «Я хочу!»- счастье женщины «Он хочет!»

Неужели? Разве все не наоборот! Полагаю, он говорил о голодном самце, примитивном насильнике, а не о мужчине, а женщина в его представлении не выходила из разряда вторичности. Он просто жил совсем в другом мире, а это было всего-то 100-150 лет тому назад и в самом сердце Европы.

Но надо признать: быть женщиной очень трудно. Женщина это тонкое, очень тонкое, постоянное балансирование между принцессой и уличной девкой.

Если на лице у женщины написано «Никогда!», значит это и не женщина вовсе. «К вашим услугам!» тоже означает, что это не женщина, а только теплая-теплая дырочка. «Может быть, все может быть, но вряд ли, вряд ли, а впрочем…» – вот что такое женщина. Ловит жадно, но с украдкой красивая восхищенные взгляды. Ловить взгляды – их главная специализация.

Да, что и говорить, быть женщиной непросто. Женщине, чтобы оставаться женщиной, необходимо чувствовать себя постоянно, как актриса на сцене: каждая поза, каждый жест и каждое слово должны быть четко выверены, каждая интонация должна иметь глубокий смысл, каждый взгляд исполнен особого содержания! Но где же такие женщины, ау!!!

Быть женщиной – это талант, это искусство, которому следует обучать, общество должно иметь институты по сотворению женщин (что-то похожее на школы для гейш в Японии)- хотя бы в малых количествах, но они обязательно должны быть, ибо именно они поддерживают тонус нации, вкус к жизни, к самобытности. Чем богаче, чем развитее нации, тем большее количество женщин оно может себе позволить (а это действительно не просто и не дешево), и тем больше шансов у него стать еще богаче и развитее. Это – национальное богатство, которое надо наращивать и холить. Ибо они – как матки в пчелиных семьях, и хотя сами могут и вовсе не иметь детей, но важно само их существование в качестве символа материнства, женственности, верности, красоты, наконец.

И, в принципе, доступного вполне идеала.

К сожалению, лишь очень немногим удается по-настоящему овладеть, в общем-то, вполне простой и естественной, но все еще очень дефицитной профессией – быть просто женщиной. Той женщиной, о которой мечтает мужчина. А ведь для этого нужно совсем немного ума: всего лишь понимание того простейшего факта, что мужчина нуждается в регулярном сексе так же, как и в еде. И то, и другое необходимо подавать ему регулярно и обильно, тогда и только тогда есть шанс привести в баланс отношения с ним.

Драма красивой женщины в том, что именно красота ее не дает развиться ее природному уму. Но если это все-таки случается такая женщина истинное украшение жизни. Мне нравится взгляд красивой женщины.

Такой абсолютной уверенности нет даже в глазах президентов.

А кто есть красивая женщина? Та, которая уверена в своей неотразимости. Которая хочет и потому не сомневается в своей привлекательности.

Истинными женщинами им не дают стать их мужчины, снедаемые своими внутренними комплексами и сами же страдающие от отсутствия полноценного противоположного пола.

Сакраментальный вопрос: что же есть истинная женщина?

В принципе этому есть одно исчерпывающее определение блядь. Не ругайтесь и не смейтесь! – в хорошем смысле этого слова. Много лет тому назад на какой-то вечеринке мой близкий друг, обратив внимание на некую особу, поинтересовался, не знаю ли я ее. Довольно хорошо осведомленный о подробностях биографии этой особы, я ограничился предельно краткой ее характеристикой: «Блядушка!» Его неожиданная реакция впервые заставила меня более трезвыми глазами взглянуть на истинные достоинства женщины.

Он сказал: «А разве это плохо?»

Вот, почему если мужчина, перебирая подряд кучу женщин, всю жизнь истово ищет идеал подруги, то его величают романтиком, благородным Дон Жуаном, или минимум восхищенно, а чаще с завистью цокают языками, но если тем же занимается женщина, то ее зовут по-простому – блядь? Обратим внимание, что мужской аналог этого слова – «блядун» звучит куда как уважительнее, можно сказать, почти, как тот же «Дон Жуан». А ведь на самом деле у женщины гораздо больше оснований – физиологических, психологических, материальных и прочих – для подобного перебора, отчего же общественное мнение так несправедливо и так сурово к ней? Полагаю, давно пора уравнять два этих абсолютно идентичных по существу понятия. Кстати, такие определения, как весталка, гейша, куртизанка и т.д. в соответствующих языках и культурах имеют гораздо менее уничижительное звучание, чем русское слово «блядь», хотя по своей сути все они стоят гораздо ближе к понятию «продажная женщина».

По сей день сохраняется рудимент того представления (вернитесь к Ницше), что желание мужчины – это его достоинство, его гордость и честь, в то время как желание женщины – ее тайна, ее проклятье, тяжкое бремя и позор. Обуреваемый страстью мужчина – Донжуан, благородный рыцарь, такая же женщина – подзаборная блядь. Это – нонсенс! Наоборот, желание женщины должно быть объявлено высшей ценностью, вследствие его относительной редкости и особого значения для мужчины. Жизнь сама, вопреки всяким искусственным построениям, расставляет правильные акценты, соответственно, самые блестящие партии и самые успешные карьеры удаются блядоватым женщинам. Ибо они этого действительно заслуживают.

Хотя и очевидно, но считаю нужным подчеркнуть, что «блядь» вовсе не равнозначно понятию «проститутка». Они (бляди) располагаются в широком спектре – от женщины-вампира до женщины-женщины. Помню, в раннем юношестве старший товарищ наставлял меня: «Самое страшное в жизни мужчины это наколоться на блядь». В течение последующих лет я имел много случаев убедиться, насколько он был прав. Об американцах я и не говорю – они поголовно все так и ходят, наколотые, как бабочки в гербарии. Но даже в этом толковании «блядь» отнюдь не равнозначна проститутке.

В природе нет ничего противоестественнее, чем проститутка и нет ничего более естественного, чем блядь. Правда, порой очень трудно определить грань между первым и вторым. Ее знает только она сама.

Продавая свое тело, проститутка неизбежно теряет свою женскую сущность, ведь женская сущность целиком состоит в непредсказуемости.

Женщина может дать, а может и не дать – в этом вся ее прелесть и ее притягательность, вся ее самоуверенность – стержень ее естества. Невозможно, однако, представить себе проститутку, отказывающую клиенту. И вот эта заданность, полный отказ в праве на кокетство, игру, чего она не лишается даже в браке, более всего истощает ее женскую сущность.

Оплачивая «любовь» продажной женщины деньгами, а по существу не получая ее и смутно осознавая это, мужчина, естественно, хочет заиметь за свои кровные хоть что-то, и это что-то – ее право быть личностью, человеком.

Она фактически лишена права на настроение, на симпатии и антипатии, ей отказывают даже в праве на плохое самочувствие, а ведь секс – наиболее хрупкая и легко расстраиваемая сфера для женщины. Платная женщина должна быть, как электрический прибор – включаться по щелчку выключателя. Это ужасно.

Вы не замечали, что с годами проститутки и патологоанатомы почему-то приобретают один и тот же довольно неприятный внешний вид. Может быть оттого, что и тем и другим по существу приходится основательно копаться во внутренностях человека, во плоти его? (Кстати, такой же вид зачастую имеют и немолодые уже гомосексуалисты, как, наверное, и все те, кто идет в постель с мыслью, что собирается совершить что-то постыдное.)

Уважение к себе женщина завоевывает в постели. Так же, как и все остальное. Зачастую ей, дурехе, кажется, что своей воздержанностью она удостоится большего уважения, и она не старается преодолеть свою природную холодность, но на самом деле это может вызвать у мужчины только презрение.

Женщина должна уметь раздвигать ножки. Собственно, что она еще умеет, с точки зрения мужчины, кроме как раздвигать ножки? Но хоть это-то она должна уметь делать!

Назвать секс скучной гимнастикой, несомненно, могла только фригидная женщина, которой иногда, может быть, приходилось (или приходится) заниматься этой самой «гимнастикой»- полноценный мужчина, как, впрочем, и полноценная женщина, никогда не обзовет секс такими оскорбительными словами. Разница только в том, что и неполноценный мужчина (евнухоид) тоже не может назвать секс скучной гимнастикой, поскольку в принципе не имеет ни малейшего представления, что это такое.

Драма во взаимоотношениях полов в человеческом обществе во многом обусловлена дисбалансом сексуальных потребностей мужчины и женщины, и этот дисбаланс катастрофически возрастает по мере взросления и старения партнеров.

«А что мне стоит притвориться!» – весело думает женщина, пока кровь в ее жилах не остыла окончательно. И это, действительно, кажется таким простым, она ведь сама вся из себя – притворство! Не говоря уже о притворной, по своей сути, анатомии, которой ее наградила природа. Но когда желание в ней окончательно умирает, она вдруг обнаруживает, что притвориться ей, возможно, даже труднее, чем мужчине, у которого давно уже не стоит. Вот где истинная драма! И тогда одной из ее главных целей становится – не дать насладиться и ему. «Он не должен ко мне прикасаться!

И ни к кому другому тоже!» – вот императив пожилой женщины. Она начинает ненавидеть его за то, что он все еще хочет, когда у нее уже давно все умерло. Ты не можешь себе представить, что у нее возникает гораздо более сильное желание убить тебя за то, что ты желаешь ее и пристаешь к ней, чем у тебя – за то, что у нее начисто отмерли все чувствительные органы, и она регулярно отказывает тебе в близости.

Несчастье старика в том, что у него все еще стоит. Несчастье старухи тоже в том, что у него стоит. «По моему кладбищу еще можно пройтись, а вот твой мертвец никогда не восстанет», в запальчивости бросает она ему в лицо, хорошо зная и жестоко страдая оттого, что «мертвец» сей живо воспрянет, как только его вынесут из этого «кладбища».

Между тем мы становимся старыми и скучными по мере того, как теряем способность к истинным страстям. Дело даже не в том, что ты уже не в состоянии любить, а скорее в том, что ты уже не способен поверить в любовь. Самая ужасная потеря с годами – это потеря способности «потерять голову». В сущности, старость – это когда уже мечтаешь не о любви, а об обслуживающем персонале. И за столом, и в постели.

В 60 лет мужчина должен обладать потенциалом – физиологическим, финансовым, психологическим и пр. – чтобы полнокровно жить с 30-летней женщиной. И практически реализовать этот потенциал. Если нет – значит ему пора на тот свет, он свое уже отжил.

Обратим внимание, что из тысяч и тысяч мужчин пожилого возраста найдется, может быть, только один – и то не всегда и не во всем который удовлетворен своей сексуальной жизнью. И вот только этот один, в сущности, действительно имеет право на то, чтобы жить дальше. Все остальные это отрыжка цивилизации, ее жалкая подачка неудачникам. Истекать ядом мизантропии последнее, что остается им в никчемной их жизни.

Если строго следовать этой логике, женщина теряет право на жизнь гораздо раньше, но дело в том, что для женщины секс никогда не является смыслом жизни, по крайней мере, после рождения ребенка она целиком сосредоточена на иных ценностях. Помимо святых материнских чувств, это могут быть (особенно с возрастом) совершенно никчемные и бредовые идеи, важно то, что она в них находит оправдание своему существованию, еще точнее, она просто никогда не думает об этом – она априори есть венец и конечное создание природы.

Тем не менее, самая большая загадка – почему природа распорядилась так, что при прочих равных условиях женщина живет заметно дольше мужчины, при том что репродуктивный ее период значительно короче.

Какая такая дополнительная засекреченная природой миссия возложена на ее «хрупкие» плечи?

Трагедия настоящего взросления для мужчины состоит в том, что угасание способности чувствовать, влюбляться опережает темп угасания эрекции. Именно потому «в пожилом возрасте любовь превращается в порок», как заметил Оноре де Бальзак. С годами все наши чувства концентрируются на кончиках наших гениталий. Это такой же признак старения, как, скажем, седые волосы, или ухудшающаяся память, и в этом нет ничего трагического.

По крайней мере, ничего, выходящего за рамки обычного (ужасного, конечно) трагизма человеческого бытия. Гораздо трагичнее, однако, когда все чувства сконцентрированы в этих кончиках смолоду. У тебя есть только один выход: к своим 60-ти годам научиться от души потешаться над собой- если нет тебя ждет ужасная старость.

У женщины наоборот – темп угасания желания значительно опережает способность чувствовать, переживать. Потому для нее в пожилом возрасте любовь превращается в миф, фантом, и она всему-всему предпочитает смотреть латиноамериканские сериалы и изредка читать «дамские» романы.

Отныне ее более всего возмущает, что у него все еще сохраняется интерес к телу. Потому она считает его животным, примитивным, грубым существом, в то время как у нее, видите ли, насыщенная духовная жизнь. Правда, пока сама жила телом, она не считала секс позором. Сейчас она говорит о высоком, подразумевая под этим те самые латиноамериканские сериалы, которые смотрит с упоением и беспрерывно, все подряд. Это ее тоска по умершему телу.

Поразительное, на первый взгляд, пристрастие пожилых женщин (даже продвинутых) к «мыльным» операм, на самом деле, имеет весьма простое объяснение: не имея в реальной жизни уже никаких желаний и возможностей для настоящих страстей, им остается только умиляться чужими, притом, чем примитивнее и прямолинейнее демонстрируемые на экране страсти, тем больше ответных чувств они вызывают у этих благодарных зрительниц. Ибо каждый раз они освежают их память о давних собственных страстях. Успевайте снимать, борзые кинематографисты!

Ее единственное, совершенно иррациональное желание в этом возрасте – еще и еще раз удостовериться, что она все еще сохраняет свое обаяние и все так же желанна для мужчин- внутренних импульсов к осуществлению близости у нее уже нет и быть не может, поэтому вероятность устойчивых привязанностей у нее даже меньше, чем в молодости, когда она вертела хвостом перед любым объектом в брюках, но зато у нее могли быть эти самые внутренние побуждения к близости.

Самая ужасная трагедия происходит с женщиной, когда она перестает верить в свое обаяние. Она просто перестает быть женщиной. Если женщина, значит, – красавица. По крайней мере, в собственном представлении.

Женская красота – это не только и не столько сама физическая красота (вот, что это такое?), сколько философия красоты, толкование красоты, ее сотворение и умение заставить поверить в миф красоты. Так которая женщина красива? Которая женщина.

Есть, например, такие некрасивые по общепринятым канонам армянские женщины с крупными, непропорциональными чертами лица, в которых, вопреки их непрезентабельной внешности, таится необъяснимая притягательность.

Американская оперная дива Лили Чукасзян относилась именно к этому типу: стоило ей улыбнуться, и, словно, солнышко выглядывало из-за туч. Так вот, замечая обаяние этих некрасивых, по существу, женщин, каждая может думать: «А я чем хуже?», и верить в собственный миф красоты. И предъявлять соответствующие требования. Это право у нее невозможно отнять. В каком бы она не пребывала возрасте.

Но, как уже было сказано, мужчина не в состоянии понять, что стремление женщины к красоте так же естественно для нее, как его стремление к сексу. И так же императивно, непреодолимо. Конечно, и мужчина высоко ценит красоту, так же как и женщина нередко небезразлична к сексу, но доминанты у них четко разделены, в этом и заключается драма их взаимоотношений.

Весьма красноречива демонстрирует отмеченные приоритеты недавно опубликованная Ватиканом статистка признаний на исповедях: если у мужчин на первом месте в качестве греха стоит похоть, то у женщин – гордыня, а похоть лишь на четвертом месте.

«Похоть» – ха! – какое смешное для современного уха слово, не правда ли? Но если это слово уже произнесено, развернем тему в ином направлении.

Мое поколение все еще воспитывалось в таком представлении, что секс – это отхожее место любви. Вспоминаю, как моя сокурсница призналась, что испытала отвращение, когда узнала, что в песне «Изабел» Шарль Азнавур, наш культовый шансонье, исполняющий свои произведения на недоступном простым советским студентам французском языке, поет о том, как сильно он желает эту самую Изабел. Секс для нас был позором. Вожделенным, райским, но позором.

Эта антигуманная установка насаждалась со стародавних времен якобы самой гуманной христианской моралью. Не обладая способностью посредством целенаправленного воспитания обуздать дикие страсти малокультурной паствы, «отцы церкви» попросту объявили плоть епархией дьявола и тем самым загнали ее в подполье.

Но подавление сокровенных человеческих желаний есть не добродетель, а путь к пороку. Мы очень долго шли по этому пути. Людвиг Фейербах как-то заметил: «Кто исключает желудок из обихода человечества, переносит его в класс животных, тот уполномочивает человека на скотство в еде». Именно так поступили «святые отцы» в отношении плоти вообще и, в особенности, сексуальной жизни. Трудно оценить, какие духовные потери понесла западная цивилизация из-за этой ущербной христианской «морали». Что там говорить, даже такой гигант, как Лев Толстой, стеснялся своего тела («Есть люди с большими, сильными крыльями, для похоти спускающиеся в толпу и ломающие крылья. Таков я».), и это во многом обеднило его творчество.

Способность относиться к вопросам пола спокойно, без истерики – признак действительно цивилизованного общества, цивилизованности.

Мир в целом еще очень далек от этого. «Зацикленный» на эксплуатации Эроса «цивилизованный» Запад в определенном смысле мало чем отличается от укрывающего лицо женщины «дикого» Востока – это просто иная форма все той же истерии.

Истинная сексуальная революция когда-нибудь явит собой высшую ступень демократизации общества.

Сейчас любовь становится более гармоничной, секс постепенно (очень медленно) наполняется человеческим содержанием. Если в наше время эта сторона была причислена к низшей, недостойной стороне любви, и ее следовало стесняться, или даже избегать, то нынче люди постепенно пытаются постичь красоту секса. Да, многое в настоящее время меняется, и о сексе говорят и демонстрируют больше, чем что-либо еще, но жесткая и безвкусная порнуха без нежности, доступная нынче практически всем, включая малых детей, которая формально призвана раскрепостить молодежь, на самом деле, объективно способствует сохранению стародавнего христианского тезиса о грязи плоти. Ибо демонстрирует не красоту, а порок. Но это – временно, ибо есть всего лишь реакция на былые запреты. Когда за дело возьмутся большие художники (а это уже происходит), секс будет представлен во всей своей красоте, и когда-нибудь мы будем говорить о нем так же просто и откровенно, как сегодня говорим о своих любимых кулинарных блюдах. Армянский поэт XIII века Константин Ерзнкаци в одном из стихотворений писал: «Кто не имеет любви, тот лишен красоты». Смею утверждать, что в первую очередь это относится к сексу. Для утонченных людей и в сексе, как и во всем остальном, самое главное – движения души, а не тела. Изнасилование для таких людей вещь непостижимая. К сожалению, физиология очень часто шагает впереди психологии. Ибо она – от природы. Но мы идем от Природы к Человеку. Мы прошли еще малую часть этого пути.

Страсть без культуры – действительно похоть, с культурой любовь. Как это стыкуется с предложением оплачивать каждое отдельное соитие? Никак. Красота открывается далеко не всем, но стремиться к ее пониманию надо. Независимо от привходящих обстоятельств. Высокая цена приобретаемого – весьма существенная часть удовольствия от покупки. Потому она часто опосредованно завышается самим покупателем. И чаще всего это касается женщин. Все в твоих собственных руках, дорогой! Ты можешь платить и насыщать свою дикую похоть, а можешь за те же деньги попытаться приобщиться к красоте. Пусть это звучит помпезно, или нескромно, но лично я могу себе представить секс без любви, но я не могу представить секс без красоты.

Я глубоко убежден, что секс составляет часть (и очень важную часть!) духовной жизни человека. Вообще, люди делятся на две категории: одни, счастливые, видят красоту и наслаждаются ее (и жизнью), и другие – те, которые не замечают ее и навек остаются в тисках своей зависти и желчи. Немалая прелесть красоты состоит также в том, что она сокрыта и должна угадываться нашим воображением, нашими мыслями и чувствами, нашим знанием о красоте и нашей жаждой красоты. Человек, слишком увлеченный собственной персоной, никогда не в состоянии увидеть и понять всю красоту и прелесть нашего дивного мира. Когда говорят, что человек - эгоист, он любит только себя, имеют в виду, ведь, только тело, что он любит только свое тело, не так ли? Я скажу больше: такой человек попросту является рабом своего тела, его первобытных сиюминутных потребностей. Никакие более тонкие ощущения, даже связанные с тем же телом, такому человеку просто недоступны.

И да поможет тебе Бог! Бог красоты. Прекрасен и поистине мужественен мужчина, избирательный в любви. Способностью к отказу он делает ценным свое желание.

Кто-то сказал, что деньги – это отчеканенная свобода.

Какие-то нелепые неписаные табу помешали ему уточнить, что это отчеканенная сексуальная свобода. Если разобраться, не существует, на самом деле, никакой иной свободы.

Почему более всего раздражает даже не чужое богатство, а именно чужая, как это и сейчас еще называется, распущенность? Потому что именно в ней мы видим ту свободу, о которой подспудно мечтаем, боясь даже себе признаться в этом. Но Красота, как и всякий канон, есть ограничение Свободы. Потому в сексе – ристалище Воли и Долга – Красота не может быть единственной доминантой, а вся история человека – это, по сути, история выяснения его отношений со своей плотью, даже, если хотите, история борьбы, а может и войны с ней. «Навеки плотью скована душа», стенал другой средневековый армянский поэт. Эта же мысль была выражена еще в «Нравственных письмах» Сенеки: «Зачем рожден? Чтоб быть рабом у тела? Оно – лишь цепь, чем скована душа». Душа постоянно восстает против плоти, а плоть только пытается умиротворить душу, успокоить ее. Притязания плоти невелики, душа поднимает их на недосягаемую высоту. Будем, однако, честны: жизнь плоти обременительна для души, но не постыла. Еще точнее: это единственная отрада души. В незапамятные еще времена ассирийский царь Сарданапал провозгласил формулу: «Ешь, пей, люби все остальное ничего не стоит!» Кто возразит?

Именно плоть олицетворяет объект и субъект души, ибо именно плоть является объектом и субъектом любви, а только любовь и является синонимом жизни и квинтэссенцией души, потому можно твердо сказать, что искусственное их разделение просто некорректно- не существует души без плоти, так же как и плоти нет без души, пусть это самая малая букашка она ведь тоже хочет жить и любить. Не зря, должно быть, буддизм в своих теоретических построениях переселяет души не только в телесную оболочку любых живых существ, но порой даже в овощи и фрукты, а высшее блаженство в данной религии – нирванна – это одновременное небытие не только тела, но и души.

Да и тем моралистам, которые любят говорить о высоких устремлениях вечной души хочется по-дружески посоветовать: «Не ограничивайте свое тело! Оно, в отличие от души, не вечно. Дайте ему насладиться отпущенным коротким сроком. Душа не обидится, у нее много времени, чтобы простить тщедушное тело и забыть про него». Преодоление плоти в насыщении, а не в умерщвлении ее. Дух не может быть свободен, пока не насыщена плоть.

На самом деле дух находится на привязи у голодной плоти. Насыщая плоть, ты даешь духу свободу. Задача плоти – поддерживать дух. Задача духа поддерживать плоть. Ежедневно, ежечасно, ежеминутно уходить, убегать от животного – вот твоя единственная задача, человек! И в этом плоть тебе такой же помощник, как и дух.

В сущности, любое переживание есть переживание сексуальное, даже если это плач по погибшему герою. И во всякой свободе есть нечто сексуальное, как это ощущают все, алчущие ее. Так же как в сексе в наиболее ярком виде проявляется свобода. А именно свобода умереть, которая и есть единственная данная человеку истинная свобода. Именно в сексе человек ощущает не только близость, но и сладость небытия. И сладость этой близости.

И инстинкт небытия.

Каждый сексуальный акт есть, по существу, целая жизнь, прожитая в течение мгновений, и в качестве таковой вбирает в себя всю ее сложность и драматизм. Неудачник часто пытается избыть в сексе озлобленность своей души. Но даже самые успешные люди зачастую бывают не в состоянии целиком избежать этого комплекса. И только очень тонкие художественные натуры ищут и находят самое ценное, что есть в сексе – любовь. Наверное, о всякой любви можно сказать, что она есть обременительная отрада души.

Вот, они оба говорят: «Я любил ее». Но затем один добавляет с поволокой в глазах – «очень сильно», а другой, ухмыльнувшись, – «много раз». Одни говорят о любви, другие – о «химии». Каждому – свое!

Тот жаждет поскорее затащить ее в постель, другой прежде хочет сполна насладиться ее женской сутью, ее самобытностью, которая, на самом деле, находится не между ногами – иначе бы не было между ними никакой разницы, а только истинную новизну всегда и ищет разборчивый мужчина.

Вот, в чем прелесть девственницы? В ее неведении, незнании.

Как реагировать, как вести себя. Ее реакции поэтому естественны, не испорчены знанием. Ибо любое знание есть порок, извращение. Ведь оно делает возможным обход, лукавство, лицемерие. Независимый вид вчерашней еще девочки говорит о том, что она уже знает, что такое наслаждение и, главное, знает, чего стоит наслаждение и что можно за него получить. Ей, вожделенной женщине, конечно. Знает уже кошка, чье мясо будет есть. Это ее суть. Она играет с ним, как кошка играет с мышкой. То отпустит и даст отбежать на некоторое расстояние, то схватит когтистой лапкой и прижмет к мягкой своей шубке, то опять отпустит и опять прижмет. Но в конце она его обязательно съедает.

И не наедается. Женщина – это такая болезнь. Мужчина – это тоже болезнь.

Жизнь – болезнь.

Для дикаря, варвара постель – это все, это последняя и окончательная точка. Для цивилизованного человека (и женщины – в том числе) – это ничто, максимум только начало чего-то. Это две разные культуры.

Физическое проникновение должно предшествовать духовному, и только этот путь, такая последовательность способна сотворить гармонию, ибо духовное проникновение очищается от бесноватого воздействия гормонов. Хотя... Может гормоны и есть высший наш ум? Ох, не знаю, не знаю. Каждый решает сам для себя. Или гормоны решают за него. Где я, а где гормоны, кто скажет?

Конечно, любовь, основанная только на инстинкте, недостойна человека.

Но она доминирует в человеческом обществе, невозможно делать вид, что это не так. Вообще успеха в этой жизни, как правило, добиваются те, у кого сильно развиты инстинкты. И это еще одно доказательство того, что мы еще не очень далеко ушли от животного. Чем ближе человек к животному, тем больше у него шансов преуспеть в этой жизни. Ибо окружен таковыми, как это ни печально. Напрасно умные интеллигентные люди жалуются на то, что не получают в жизни адекватного своим талантам и способностям вознаграждения, в то время как необразованные, некультурные люди достигают немыслимых, с их точки зрения, высот. Все совершенно естественно. В сущности, деньги, власть и другие регалии «сильных мира сего» являются всего лишь современным способом реализации природного механизма отбора вожаков стаи, и этот конкретный механизм в определенном смысле определяет степень развития данного общества на данный момент.

Высокое искусство старается показать нам достойные образцы человеческих отношений и воспитать в нас культуру любви и секса, и мы должны быть благодарны ему – хоть что-то из показанного западает нам в душу, делает богаче и содержательнее наши мысли и чувства.

В сексе, как и в жизни, женщина красива ровно настолько, насколько сама чувствует красоту, а мужчина мужественен ровно настолько, насколько ярко выражено в нем стремление дарить женщине радость. Брови, щечки, бицепсы и прочий инструментарий особой роли не играют. И потому именно в зрелой любви больше нежности. Любовь, на самом деле, – это наша несвобода, но та, ради которой только и стоит жить. И если вы окончательно потеряли веру в любовь, то во имя чего вы еще живете?

Есть, правда, и такие, которые сознательно избегают любви.

Заблудшие, рассчитывающие сохранить таким образом свою «независимость».

Позволить любить себя так же невозможно для стремящегося к «абсолютной свободе» человека, как и любить самому. Ибо так же обязывает. Мы несем ответственность не только за тех, кого приручили, но и за тех, кто просто любит нас. Ибо дали им повод полюбить нас, позволили им это. Кто не хочет полюбить сам, не хочет, чтоб и его любили. Возможно, он достигнет многого.

Но заимев все, он когда-нибудь поймет, что единственное, что ему на самом деле нужно – это другой человек. Самое ценное, что у нас может быть в жизни – это человеческие взаимоотношения. К сожалению, очень часто мы начинаем понимать это, когда вокруг нас уже пустыня.

С годами все острее чувствуешь всякую искусственность, и это здорово мешает жить и наслаждаться красотой, ибо чаще всего она действительно имеет невыносимые изъяны. Отсекая последовательно от себя всех тех и все то, что не соответствует твоим представлениям о красоте и нравственности, ты очень скоро обнаруживаешь, что вокруг тебя образовался абсолютный вакуум.

Культура мужчины состоит в том, чтобы возвеличивать, а не чернить женщину, с которой переспал, пусть она и не была совершенством.

Разница между цивилизованным мужчиной и варваром состоит в том, что первый, переспав с женщиной, испытывает к ней чувство благодарности и любви, а второй – только презрение, а порой и ненависть. Ибо не может простить он ей своей слабости. Почему мужчина вообще так ожесточенно выступает против женщины? Потому что ощущает свое абсолютное бессилие перед ней.

Убогий ум, и низкая культура варвара не позволяют ему осознавать причину своего неадекватного отношения к существу, подарившему ему радость, только на уровне инстинкта он чувствует, что вопреки своей «победе», он как-то «подставился», и не может ей этого простить. Не может простить женщине своей слабости.

Но самый низкий тип мужчины тот, который не может удержаться от мести женщине, которая ему отказала.

Закономерный вопрос: «А какой самый низкий тип женщины?»

Единственно корректный ответ: «Женщина есть женщина».

Благородство мужчины в том, что он не ненавидит женщину, которая ему не дала, и не презирает ту, что дала.

Опять же: «А в чем благородство женщины?»

И неизменно: «Женщина и есть женщина».

«Все в женщине загадка, и все в женщине имеет одну разгадку: эта разгадка называется беременностью... Мужчина для женщины – только средство, цель – всегда дитя». (Ницше) «Быть оплодотворенной!» вот единственная формула пресловутого женского счастья. Женщина без ребенка, без грудного ребенка – совершенно неестественное явление. (Кажется, это тоже чужая мысль.)

Несомненно, главное ее предназначение в жизни – мать.

Но это отдельная ипостась, мы здесь касаемся практически только ее взаимоотношений с противоположным полом, посему ограничимся замечанием, что ничто в мире не может сравниться с женским эгоизмом кроме женской жертвенности, когда речь идет о ее детях. Не случайно, наверное, Отто Вейнингер, автор знаменитой книги "Пол и характер", вышедшей в свет в 1902 году, рассматривает женщину в двух ипостасях – матери и проститутки, наделяя первую всеми добродетелями, а вторую – ужасными пороками. Для мужчины, в конце концов, все женщины просто бабы, кроме одной, которая зовется – Мать. Вот, наверное, где надо искать также корни библейского мифа о Деве Марии – Мать не может быть просто самкой! Не будем, однако, углубляться в эту необозримую тему, а вернемся к уже несколько освоенной нами проблеме извечной войны женщины с мужчиной.

Женщину с большой натяжкой можно назвать субъектом любовных отношений. Ее и саму более всего возмущает, когда от нее ожидают какой-то определенности, нереактивности в своих поступках и выборе.

Искреннее признание Татьяны Лариной всегда будет более всего потрясать именно женщин и именно потому, что по своей сути это совершенно неженский поступок. По большому счету, «слабый» пол принципиально не может не только принять его, но даже поверить, что такое может на самом деле случиться.

Помню, в ранней юности я как-то пытался разговорить симпатичную девчонку на тему романтических чувств, любви, взаимоотношений мужчины и женщины, а она заявила мне без обиняков: «А чего мне зря переживать!

Вот, выйду замуж, тогда и буду любить своего мужа. Надежно все-таки».

Это слово, «надежно», тогда меня поразило. Она ничего не хотела знать о любви!

Женщине комфортно ощущать себя объектом чужих вожделений, и в качестве такого объекта реагировать (довольно неопределенным образом) на поползновения сонма изнывающих воздыхателей. Притом ее реакции весьма и весьма далеки от логичных, рационалистических. И это вовсе не от избытка чувств- ее выбор, на самом деле, подвержен каким-то мистическим воздействиям.

Она и сама не в состоянии его объяснить, даже самой себе. Одно можно сказать совершенно определенно: менее всего женщина склонна отвечать взаимностью на пылкие чувства- поросячья влюбленность ее просто отталкивает. Чаще всего она фатально льнет к тому, кто пренебрегает и помыкает ею, именно в этом проявляется ее абсолютная слабость и беззащитность. «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей» – поэт ухватил, пожалуй, самое существенное в темных закоулках женской психологии. Мой друг, философ-бомж (я глубоко убежден, что истинный философ может быть только бомжом) всего лишь произвел инверсию знаменитого определения, и тем самым, как мне кажется, заметно актуализировал его: «Чем больше женщину мы любим, тем меньше нравимся мы ей». Влюбленному мужчине женщина может только уступить, но сама влюбляется лишь в того, кто обращает на нее мало внимания. Вообще, я бы воздержался от глагола «влюбляться» в отношении женщины. Но безразличному мужчине она отдается со страстью. Обратим внимание, что женщина кочевряжится, пока мужчина упорно добивается ее благосклонности, но стоит ему сделать вид, что он обиделся и собирается уйти, она сразу становится шелковой.

Умелые мужчины очень ловко пользуются этой особенностью «слабого» пола.

Проницательный мужчина всегда безошибочно определит, влюблена на самом деле женщина, или только отдалась за что-то. То есть, если мужчина действительно проницателен, он всегда знает, за что и почему она отдалась.

Поразительным образом женщина, уже имеющая достойного мужчину, неустанно ищет и находит, наконец, того, кто намерен только пользоваться ею. Она будет страдать от этого и находить в страдании свое счастье. Трутень вот желанный сексуальный партнер женщины. И к богатым женщины льнут не потому только, что хотят воспользоваться их широкими финансовыми возможностями (в конце концов, это сугубо цивилизационная компонента), но на инстинктивном уровне больше, может быть, по той причине, что по самому их образу жизни богатые не в состоянии влюбляться, как поросята, что всегда воспринимается женщиной, как слабость, а слабость она не приемлет ни при каких обстоятельствах.

Более всего женщина жаждет, как уже было сказано, чтобы ее мужчина плакал у нее на плече, но когда это происходит на самом деле, он моментально превращается в ее глазах в отработанный материал.

Потрясающим образом отмеченные свойства женщины раскрыл великий знаток человеческих душ Вильям Шекспир. В трагедии «Ричард III» уродец и жестокий убийца легко добивается благорасположения жены своей жертвы, притом что она прекрасно осознает и фальшь, и истинную подоплеку его «признаний».

Ричард III

-Как! Я, убивший мужа и отца,
Я ею овладел в час горшей злобы,
Когда здесь, задыхаясь от проклятий,
Она рыдала над истцом кровавым!
Против меня был бог, и суд, и совесть,
И не было друзей, чтоб мне помочь.
Один лишь дьявол да притворный вид.
Мир – и ничто. И все ж она моя.
Ха-ха!

Леди Анна

Проклятья не поспела б повторить я,
В столь краткий срок медовыми словами
Моим он женским сердцем овладел.

И далее, в том же монологе

- - Дочь Уорика – меня он ненавидит,
И скоро он развяжется со мной.

И она любит его! Воистину, пути женского сердца неисповедимы!

(Не могу здесь удержаться от ремарки, что в отличие от полностью вымышленной истории с Ричардом III, армянский царь раннего средневековья Аршак II так и завладел «любовью» прекрасной Парандзем – жены собственного племянника, Гнела, которого он злодейски убил во имя своей страсти. Можно вспомнить и библейскую Вирсавию, но там «любовь» все-таки предшествовала убийству, а не следовала за ним.)

Мой близкий друг, тонкий знаток поэзии и музыки, в юности был серьезно увлечен такой же одухотворенной девушкой, которая по всем признакам (за исключением запретного в те времена секса) отвечала ему взаимностью. И вот эта, осененная божьим духом особа, прогуливаясь в лесочке с другим парнем, невежественным и некультурным, каким-то образом уступила его домогательствам и вскоре забеременела. Посему она была вынуждена выйти замуж за этого охламона, хотя сердце ее, по-прежнему, принадлежало «поэту» кажется, она в этом признавалась даже своему сюрприз-мужу. Прошло уже очень много лет, но мой друг все не может взять в толк, как такое могло случиться. Она – тоже. Никто никогда не сможет, и даже гениальный Шекспир всего лишь описал явление, но объяснить его и не пытался.

Мужчина, который на самом деле уважает в женщине человека и видит ее равным себе субъектом, имеет мало шансов добиться успеха у слабого пола. Но если ему посчастливится встретить действительно достойную женщину, у них и только у них может возникнуть то редкое высокое чувство, что называется любовью. Когда взаимодействие тел становится апогеем взаимодействия душ. Не зря французы говорят, что «большая любовь похожа на приведение: все о ней говорят, но мало кто ее видел».

Но как бы там ни было, любая жизнь начинается с любви.

И сама жизнь всегда есть любовь и только любовь. Вот, почему наши симпатии на стороне Антония в его войне против Октавиана? Не потому, что он честнее, благороднее, или мужественнее, но только потому, что он действительно влюблен. Не случайно, совсем неслучайно люди ставят знак равенства между жизнью и любовью. Иное дело, насколько глубоко и содержательно это понятие для данного конкретного человека, насколько оно очеловечено в его проявлениях. Американцы говорят, что жизнь измеряется не тем, сколько прожито, а тем, сколько отдано ("The measure of life is not its duration but its donation"). А отданное измеряется только любовью. Истинно любящий жаждет отдавать, жертвовать во имя своей любви. Другой хочет только получать, удовлетворять свои желания, капризы. Здесь и проходит линия разграничения, и касается это отнюдь не только гендерных отношений: например, влюбленный в театр актер готов жертвовать жизнью во имя искусства, а другой жаждет только прославиться посредством театра, получить за свое кривлянье побольше денег и женщин. Но только любовь продуктивна. И нет в жизни иного выигрыша, кроме любви- об этом знают только сами любящие. Эгоист не в состоянии постичь всю красоту любви, ибо она по своей сути есть страсть к самопожертвованию.

Любите, и воздастся вам, даже если объект не отвечает взаимностью. Вот, я пишу, и, может, никто никогда не прочтет мои вирши, но для меня – великое наслаждение сам процесс творчества. Или я люблю женщину, а она не удостаивает меня никакого внимания, но разве это хоть в малой степени умаляет яркость красок, которые открываются влюбленному! В душе каждого человека должно быть что-то сокровенное, недосягаемое. Это – любовь. И как дьявол проявляется в деталях, так истинная любовь, настоящие чувства проявляются в мелочах.

Кажущихся мелочах. Любовь не обманешь высокопарными словами.

Кажется, меня уже сильно заносит, надо возвращаться к теме. И завершать. Чем-нибудь очень умным.

Так вот, мне кажутся странными стенания мужчины, что ему в жизни не попалась та женщина, с которой он мог быть бы счастлив, которая понимала бы его, поддерживала. Интересно, как много встречал такой жалобщик мужчин, которые понимали бы его, был хотя бы один такой? Разве домогаться уважения в любви не столь же (или даже более) неестественно и бесполезно, как и в дружбе? На самом деле и в любви ты ведь жаждешь прежде всего уважения, понимая (или чувствуя), что это и есть истинная любовь – уважение! Почему же отсутствие понимания со стороны мужчин воспринимаются не так болезненно, как со стороны женщины? Разве абсолютно противоположная природа женщин не говорит за то, что подобное понимание (если оно все-таки случается) как раз и надо воспринимать, как исключение, как великое чудо, которое выпадает очень редким счастливчикам? Максимум, на что могут рассчитывать все остальные – это короткий период влюбленности, после чего следует неизбежное разоблачение сущностей.

Я, только я и мой Бог. Временами моим богом может быть и женщина. Но – кратковременно. Очень кратковременно. Пока реализуется ее основная цель – дите.

...И все же в мире есть только две вещи, о которых невозможно не думать постоянно: смерть и женщины. И то, и другое и доступно, и пугающе- и тривиально, и непостижимо.

Подвожу итог. Много каких глупостей я насочинил на эту тему, но она неисчерпаема. Я имею в виду – моя глупость. А твоя? Покорно склоняю голову перед теми, кто считает себя знатоком-победителем в этих вопросах. Исполать вам, исполать!

P.S. Последний, самый важный для человеческого существования штрих: умиротворяют все первобытные страсти только они дети! Стремитесь к совершенству, размножайтесь!

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?