Независимый бостонский альманах

ОСНОВАНИЕ РИМА

03-07-2014

«ОГРЫЗКИ   РИМСКОЙ   ИСТОРИИ»,

доставшиеся   автору   после   многих   исследователей,

за  сотни  лет  основательно   обглодавших   её   сочные   плоды

Image 15 54 - 03 07 2014

      Утверждают,  что  римский   народ,   как,   впрочем,  и  любой   другой   народ   на   этой   земле,    ни   капельки   не   сомневался   в   своем   божественном   происхождении.     Случившемся   лет   этак   три   тысячи   тому   назад.   И    вроде   бы   имел   к   тому   веские   основания.   Что   косвенно   подтвердил    Генрих   Шлиман,   русский   купец,   но   немец   от   рождения,   который   не   то   откопал,   не   то   перекопал   древнюю   Трою,   задолго   до   него    капитально   разрушенную   греками.

Одним   из    немногих   уцелевших  тогда   защитников   был   Эней,   которому  покровительствовала     родная    матушка,   всего-навсего   богиня   красоты   Венера,   она   же   Афродита.   Говоря   привычным   советским   языком,  «способствовала   по   блату».   Сынок  впоследствии  всем   уши   прожужжал:   мама,    мол,   нашептала   мне   втихоря  -  «прихвати   заплечный   мешок   с    самым   необходимым   и   двигай   отсюда   куда  подальше».  Что   парень  и   сделал.   Чего   оставаться   на   родных   развалинах?  Взвалил   поклажу   на   загривок   и,   хоть   и   без   гроша   в   кармане,   видно,   упустила   родительница  дорожные   расходы   из   вида,   пошёл   бродить   по   белу   свету,   который    весь   размещался   в   районе   Средиземного  моря.   Про   остальной    и   ведать   не   ведали.

Сколько-то   там    лет   набирался   уму-разуму,   проскочив   через   уйму   авантюрных   приключений,   пока   не   добрался   до   длинного,   спускающегося   с   севера   на   юг    полуострова,   известного   нам   с   вами   под  именем   «Италия»    и   очень    похожего   на   сапог,   если   взглянуть   на   географическую   карту.   Но   Эней,   конечно   же,   ничего   этого   не   знал.   Окончательно   он   высадился     на   берег,   как    утверждают   знатоки,   где-то   неподалёку   от   дымящегося   по    сей   день   вулкана   Везувия,   который   много   позднее    засыпал    пеплом   городок   Помпею,   что   поблизости   от   Неаполя,   и   потопал   вдоль   побережья   на   север.

Дошёл   до   области,   какая   и   сегодня   известна  как   «Лацио»,   но   не   по   названию   футбольной   команды,  а   по   племени   латинян;   своими   рассказами   о  похождениях   повесил   на   уши   местному    царьку   добрую    порцию    лапши,   ставшей   впоследствии  любимым   блюдом   всего    населения,  и   женился   на   его   дочери.  В  полном   соответствии   с    присказкой,   стали   они   жить-поживать,   добра,   детей  и   внуков   наживать.   Восемь  поколений    спустя,    по   прошествии   двухсот  примерно   годов,   взошли   на   местный   трон   два   родных   брата,  Нумитор   и   Амулий,   пра-пра-пра-наследники  всем   известной   богини   и   её   сына  Энея.

Как   неопровержимо   доказано  историей,   в   том   числе,  и   русской   тоже,   сидеть    вдвоём   на   одном   троне   крайне   неудобно  и  тесно,   отчего   Амулий   и   турнул   братца   прочь.  Уже  тогда   правители   догадывались   о   важнейшем  сталинском   принципе  «нет   человека  -  нет  проблемы»,   но,   судя   по   дальнейшим   событиям,    понимали  это  неглубоко,  не   по-марксистски.  Поубивав   почти   всех   своих   племянников   и   родственников   свергнутого   Нумитора,   Амулий    (может,   подтолкнул      его   сверху   какой   невидимый   божок?)   почему-то  оставил  в  живых  самого  спихнутого  брата  и  одну   его   дочку,   для   простоты   запоминания   назовем   её    Сильвией.

Дядя-царь   был   явно   с    приветом,   поскольку   замыслил    оставить   красотку   без  потомства,    для   чего   определил   её    в  закрытое  учреждение   вроде   монастыря,   сделав   жрицей,   по-нашему - священницей,  или,  так  сказать - «попессой»,  если  переделать  на  итальянский  манер  «поп  женского  рода»,  или  монашкой  при   храме  Весты,  очень   важной   богини,  отвечавшей   за   жизнь.  Служить   Весте   надо   было   много   лет    до    выхода   на   пенсию.    Да-да,   не   удивляйтесь,   так   у   них   там   было   заведено -  монашки!  на   пенсию!  марш!  И   непременно  до   этого   момента  следовало  исполнять   обет     безбрачия   и   целомудрия.   А    после  -   сколько   угодно   душе   и   телу.   Но    об  этом  -  в   свое  время,   чуть   погодя.

Сильвия   же,    как    заявляют    очевидцы,    стремилась    к   нормальной   женской   доле,  отчего  иной   раз     скидывала   с  себя    одежды,    тем   более    при  подчас   невыносимо   жарком   итальянском    климате,   и  принимала    водно-воздушные    процедуры.   Тут-то   на   берегу    речки   и   заприметил   её    лихой    Марс,    знаменитый   олимпийский   бог    войны,    можно   сказать,   почти   чемпион,   потому   как   во   всех   делах  и   начинаниях    уступал   только   начальнику   -   Зевсу-Юпитеру.

Марсюша   частенько   наведывался   на   грешную   землю:   то   заварить   военную    кашу,   что   было   его   привычным   поварским   ремеслом,   то  поиграть  с   какой-нибудь   девицей,   что   было    его   непреодолимой  и   любимой   страстью.   Вот  и   при   той   оказии  -  увидев   Сильвию   со   всеми   её   обнаженными   прелестями,   бог   естественно   воспылал.  А,   как   известно,   скажем,   из   одного   романса,   будить    для   этого   дела   даму   («На  заре  ты  её…»)   вовсе    не   обязательно.  И  в   наше   время    многие   женщины    уверяют,   будто   к   ним    во   сне   приходят  мужчины – инопланетяне.   Они   это   замечают.   А   Сильвия   ничего   не  заметила.

Заметили   окружающие.   Несколько  месяцев   спустя.   Тут   же   доложили   дяде-царю.   Амулий   рассвирипел.   Но   опять   же,   будучи   «приветливым»    и   неосведомлённым    о   сталинском   завете,    позволил   племяннице   разродиться   аж   двумя  младенцами.   Затем   повелел    положить   их   на   плотик   и  пустить   на   волю   волн    вниз   по   тогда   весьма   полноводной  реке   Тибру.

Никакой   гидро-метеослужбы    и  в  помине   не  существовало,  но   длительные   народные   приметы   и   наблюдения   действовали   исправно,  мы   с  вами  и   сегодня   ими   пользуемся,   а   просто   Амулий   был   безграмотный,   но    очень   самоуверенный   правитель.   Тоже   не   редкость.   Не   обратил   должного   внимания  на   ветер    со   стороны   моря,   и  плот   с   живым  грузом    по   этой   причине    возьми   да   и    пристань   к   твёрдой   земле   в  какой-то   заводи.

Мальчишки   жалобно   пищали   с   голодухи.    Местность   вокруг    была  очень   лесистая.   Это   сейчас    во  всей  Италии   деревьев   меньше  людей,  а   зверей   уже   лет    сто   ни  одного    экземпляра   не   встретишь.   А   в   те   времена    хищники    кишмя   кишели,  так  что   бежавшая   мимо   волчица   и   подошла   полюбопытствовать.   Но   не   сожрала   человечину,   а,   как   у   Киплинга   в   истории   с   Маугли,   подставила   ребятам    брюхо,   благо   у   самой    были   малыши,   и   молока   хватало   на   всех.   Благодаря   её   доброте,   римляне    издавна  почитают   кормилицу   и  ставят  ей   памятники.

Но   тут   требуются   серьёзные   уточнения.   После   тщательных   исследований   всех   мифов  и  легенд.  Во-первых,  волчица   не   «вскормила»   близнецов,  что,   согласно  смыслу   глагола,  подразумевает  длительный   процесс   питания,   а   просто   «накормила»   ребят.   Согласитесь,   что   разовая  кормёжка,  с  исторической  точки   зрения,    совсем   иное,   хоть  и   важное,   дело.   Как   бы   то   ни   было,  даже   одноразовое   гуманитарное   питание   заслуживает   признательности.

Во-вторых,   дотошные   любители    заверяют,   что   и   первое,   и   последующие   кормления   осуществила   нашедшая   младенцев   известная   в   тех   краях     бабёнка   Ларенция,   прозванная   «Волчицей»   за   необузданную,   почти   марсианскую    страсть   к   любовным   утехам.   И  предавалась   она   им  с   первым   встречным-поперечным,   что   случается   и  поныне   у   некоторых   племен    в   африканских   джунглях.  А   муженёк-пастух    безропотно   носил   рога   и  воспитывал   мальчишек,   дав   им   имена  Ромула  и  Рема.

Ребята   выросли,   узнали  правду,   вернулись   на   родину,   расправились  с   внучатым   дедушкой,   посадили   на   трон   родного   деда,  еще   живого.   Но   не  остались   дожидаться    наследства.   Наверняка  в  крови   у   них   бурлила   наследственная,   шедшая  от   Энея,   жажда   приключений.  А  может,   опять  какой   божок   с   Олимпа   в   уши   нашептал.   Короче,   отправились   они    искать   и   строить   новое   царство.   И   не  нашли   местечка   лучше   того,   где   на   Тибре   среди   холмов   причалил   их    плотик.

Главнейший   в  таком   государственном    строительстве   вопрос  -  символ.   Название,   герб,   флаг,   гимн.  А   рядом  -   ни   поэта   Михалкова,   ни  композитора   Александрова,   не   ждать   же   их   появления   27   веков.  Как   назовём   город,  который   хотим   основать?   Спор   у   братьев  вышел   нешуточный.  С   трудом  договорились:   ты   идёшь   на   этот   холм,   я   -   на   тот,   кто   увидит   в  небе   больше   птиц,  имя   того   и   присвоим   поселению.   Рем   на   Авентине   углядел   шесть   пернатых,  Ромул   на   соседнем  Палатине  -   двенадцать.   Рим    по-итальянски   «Рома»,   так   что   ясно,   что   взято   было  три   первых   буквы   от  «Ромула».   Рем    затаил   злобу   и  зависть.  Тоже   известные   чувства.

Когда   же  парни   запрягли   двух   белых   быков  (смотри   уточнение   ниже)   и   плугом   провели   бугорок   вокруг   будущей     столицы     мира,   Рем   ногой   долбанул   и   разрушил    кусочек   этой   городской   черты,   громогласно   заявив,   что  «это   не   граница,  а  х…я!»   Да  как  он  посмел?!     Ведь   с   пелёнок   известно:    «рубежи   родины  священны».   Тем   более,   если   заранее   произнесена  клятва-присяга   сражаться   за   них   до  последней   капли   крови.   Что   Ромул  и  сделал,   прикончив   брата   одним   ударом.   Не   то   лопатой,   не   то  заступом.  А   кто   сказал,   что   последняя   капля   крови   должна  быть   непременно  и  исключительно  твоей,   то  есть   защитника?

Всё   описанное   случилось,   как   установлено   чуть  ли  не   с  минутной   точностью,   днём   21-го  апреля  за   753   года   до   Рождения  Христа.  С   тех   пор   эта  дата   и   отмечается   как   «День  Основания  Города  и  Римской  Империи».  И   ничего,   что   основание   началось   с   братоубийства.  То  есть  с   тяжкого   уголовного  преступления.  Многие   истории   многих   стран  именно   с  преступлений  и   начинались. Достаточно вспомнить 1917-ый год. И   нечего   думать,   будто   только   одна   Италия,  или  Германия  с  её   неандертальцами,    или,   прости  Господи,   Россия   этим   отличались.   Лучше   согласимся   с  римским   народом,   что   на   возникновении   Рима  божественное   влияние   сказалось  вне   всякого   сомнения.  И  впрямь  -   как   же   это   лестно!    Как   возвышает   державное  сознание    мысль,  что   ты   и   твои  соплеменники   имели   среди  предков  не   только  одних   каких-то   человекообразных,  но   и   настоящих   небожителей!

Как   же   оно   там   в   трудно  представимой     древности    обстояло   на   самом  деле,   не   знает,  разумеется,   никто.  За   исключением,   правда,   новоявленных  летоисчислителей  из   России,   упорно    твердящих   об   ошибках,   искажениях,   злоумышленных   лживостях   в    мировой   историографии,   то   ли  приписавшей,  то  ли  наоборот   укравшей   чуть  ли  не  целое  тысячелетие.   Нам   из   пересказанной  легенды   ясно   одно:   назидательных  уроков  и  намёков   в   ней   более  чем  предостаточно.

К   тому   же   относительно   недавние   раскопки  и  расшифровки   доказали,   что   уже   примерно   десять  тысяч  лет  тому   назад  на   этом   длинном   полуострове  точно   жили    люди.  Голова   у  них  была,  говоря   по-гоголевски,   «редькой   концом   вверх»,   а   по-итальянски,  -  «как   груша»,  отчего   они,  видать,   и   обитали   в   пещерах   и   в  совсем   примитивных   круглых   хижинах,    слепленных,   пардон, из   дерьма.   И   это   не   метафора   и   не  гипербола,   не   иносказание   и   не  преувеличение,   а   самая,  что  ни  на  есть  правда,  так   как  строительным   материалам   этим,  как   они  себя    по-научному   называли,   «лигурам  и  сикулам»,   служил   замес   из  навоза   и   липкой  грязи,   чего   было  вокруг  -  завались  и  утони.   А   пропитание   они   себе   добывали    охотой   и  рыболовством.

Лет   этак   за   две  тысячи   до   Христа  с  той   стороны,   что   мы  теперь  называем   «севером»,  а  грушевидноголовые,   очевидно,  говорили,   глядя   на    восходящее   солнце   и   показывая   левой   рукой   -   «вон   оттуда»,   понабежали   от   холода   к   теплу   другие   люди,   с   другой    головой  -   может,   «редькой   концом   вниз»,  но,  скорее   всего,   с   яйцевидной,    если   уж  вспомнить   очень   умное  племя,  описанное   в   «Гулливере»,   и   очень  большой  в   США   комплимент:   американцы,   желая   подчеркнуть   чей-то   выдающийся   ум,    называют  такого   человека    «яйцеголовым».

А    пришельцы   такими  и  были:  они   умели   выращивать   скот,    возделывать  землю,   то  есть  как-то  пахать,  чего-то  сеять,  собирать,  питаться  плодами,    мясом  и  молоком,    использовать   шерсть   и  нити   для   какого-то   ткачества,   плавить   железо   и   делать    из   него   кучу   нужных   инструментов,   а,  главное,   умели   строить.   Дома - лачуги  они  ставили   на  сваях,   забивая  их    поначалу   в  прибрежное   дно,    а    позднее  и  в  твёрдый  грунт,   а   вокруг  поселений   научились   сооружать  валы   из   утрамбованной   земли,   смешанной   с  илом,   что   служило      им   защитой   от   хищников,    как   четвероногих,   так   и  двуногих.   Этих  хватает   во   все   времена.

Рекомендуем   обратить   внимание    на   сваи,   благодаря   которым   нам   в   бесценное  наследие    досталась   сказочная   Венеция,   и  на   три  красавца - озера  северной   Италии:   Комо,   Маджоре   и   Гарда,   вокруг   которых,  губа   не  дура,   и   устроились   эти   умники;   три   с  половиной  тысячи   лет  спустя   им  стали   подражать   европейские   аристократы,   а  мы,  сегодняшние   туристы,   миллионным  числом    навещая   эти   места,   в  меру   наших  кошельков   подражаем   разноплеменным    богачам.

Предполагают,   что   пришельцы   основали   «Вилла-нова»,   по - русски  -  «Новый  Город»,   и  название   это,   из-за   звуковых   изменений   в  языке,   поменяло   «в»   на   «б»,   «и»   на   «о»,   «нова»   на   «нья»   и  превратилось  в  «Болонья»,  и  что   заселили   они  западный   берег   нашего   полуострова   от   устья    тогда   еще  не  римской,  а  просто  реки  Тибр   до   неаполитанского  залива.  При   этом   пишут,   что   «вилланы»,  а  слово   это,   помимо   принадлежности  к   виллановской   смеси   племен,  означает   еще    «грубый   мужлан»,   то   ли   изгнали,   то   ли  истребили   прежних  тутошних  «грушевидных»    хозяев   в   полном   соответствии    с   тогдашними    «варварскими»   нравами,   как   будто   наши   нынешние,   кои   мы   любовно   считаем   «цивилизованными»,   так   уж  сильно    отличаются    в   лучшую  сторону,  бери   хоть   наши   войны,   лагеря - гулаги,   зачистки,   геноциды,   холокосты…

Длинное   это   предисловие,   точнее,  введение   в  следующую   часть   «Огрызков»   понадобилось,    чтобы    сказать,   что,   как   и  сегодня,   вокруг    римских   мест    простиралась   земля   «Лацио»,  отчего  две   футбольные   команды   и  называются    «Лацио»   и   «Рома»,    а   столицей   был   заложенный   еще   Энеем    город   «Альба  Лонга»  -  «Долгий  Рассвет».  Учёные   уверяют,   что   именно   отсюда    отправилась   в  «левую  сторону»   -   лицом   к   рассвету    и  по  направлению  левой  руки  -  группка    молодых   людей    под  командой   некоих   Ромула   и   Рема.

Куда   и  зачем?  Может,  это   были   батраки   в   поисках     подходящих   посевных   площадей.   Может,   озорники,   учинившие   какое-нибудь    безобразие   в    «Долгом   Рассвете»  и   удравшие   от  разбирательства   с   местной   правоохранительной   системой.  А,   может,   разведчики,    посланные   властями   найти  более  безопасные   места,   поскольку   все   жившие  тут  племена   воевали  между   собой,  друг  с  другом  и  с  постоянно  прущими    сюда   новичками,  как   недавно   появившиеся   этруски,   про   которых  ужас   какие  страсти - напасти   беспроволочным   телеграфом   из  уст  в  уста  передавали.

И    было   у   Ромула  и  Рема   не   больше  сотни  напарников.   Ватага   как   ватага,  не  то   банда,   не   то  отряд.  Как   у  мифического  покорителя  Сибири  Ермака.   Или   Ремака?   Или   Рема   без   «ка»?  Главное,  была  цель - обосноваться   и  заложить.  А   то,   что   из   этого  родится   «Великий  Рим   Могучий  и  Непобедимый»,   „союз  нерушимый   народов  свободных“,   никому   в   голову    не   приходило.  Так   боги  распорядились.  Но   об   этом   опять  же  -   чуть  погодя.

Итак,  пришли   братки   и  увидели.  Река.  Полноводная.  Холмы.  Высокие.  Леса.  Густые.   Много  болот.  Гнилых.   От  них  комары  и  малярия.  Но  лучше  чесаться   и   болеть,   лучше  использовать  местные  условия   для   защиты  от  вражеского  нападения,    чем  подставляться  непрошенным  гостям.   А  их,    что  на  суше,  что  на  море  -  как  комаров,  тучи.  Лучше  обосноваться   на   семи   холмах   среди   болот,   но  зато  километрах   в   20-ти  от  морского   берега,   где    только  высунься    -   пираты - бандиты   тут  как   тут.  Так   они,  ремо-ромульские   ватажники,    и  основали    новый   город    на   Palatino  -  Палатинском   холме.

Теперь  -  следующая  задача:  надо   его  заселить.  А  для   заселения   нового  поселения  надо  народить   новопоселенцев.  А   как   детей    без  женщин   сделать?   Ведь  до   клонирования   вон   еще   сколько  веков   дожидаться.  Для   нормального   способа   жёны   требуются.  Так   что   правильно  утверждает   легенда,  что   Ромул,   а   он   уже,   как   мы   помним,    от  брата  отделался,   придумал   устроить   празднество,  мол,  отметить   рождение  города,  и  пригласил   на  пир  соседей,  неких   сабинов-квиритов,   которые   тут  же  охотно   явились  почти  всем  скопом:   отцы  семейств,   сыновья,  дочери…   Жёны - матери   только  остались  дома   свои   квиритские  сторожить.

Погулять   да   поддать   на   халяву   кто   ж  откажется?  Ватажники   всё  рассчитали   и   роли  свои   заранее   чётко   распределили:   пока   одни   подливали    гостям  - мужчинам   и  подзуживали   их  на  спортивные   игры,   бег   и   скачки,   другие   развлекали    девиц,   третьи   же   отсекли   красоток   от  папаш   и   братьев   и  в  один   не прекрасный   для   тех  и   других   момент   пинками   и    кулаками    очень  неспортивно   выгнали   их  прочь.   За  пределы   крепости.  И  -  что  очень   важно!  -  замкнули  ворота   на  ключ.

Тут,  правда,   несколько  загадок.  Крепость  откуда  взялась?  Когда   успели   римляне  построить  крепость   да   еще  с  запирающимися  воротами?   Какие   такие   были  у  них   без  малого   три  тысячи  лет  назад  замки   да   еще   ключом    открываемые?   А   главное:    как   это   коварно  схваченные   и  поштучно  разобранные   девушки   так   быстро  смирились  с   пленом   и  согласились,   ну,  вы   конечно   догадываетесь,  на  какое  приключение   и   на   какую  судьбу?

Э   нет,  грубое   скотское  насилие   мы   решительно   отвергаем.  Потому   как  при   всей   суровой  простоте,  даже,  простите,  скотскости     древних  нравов,  дальнейшие  события   доказывают   правоту   нашего   логического    предположения:   парни - ватажники   к   тому   вечеру   уже   были  знакомы   с   девицами,   так  что   глазки - улыбочки   строились    по  выбору   и  желанию,   и  всё   это,  историками - мифотворцами  названное   «похищение   сабинянок»,   было   на    самом  деле   обычным   развлечением,   вроде   устраемого   и  в  наши  дни   спектакля   «умыкновение   невесты».   Отработанная   режиссура    просто   бросается    в   глаза.

Касательно   чужих   притязаний   на   женский   пол,   мужская   половина    всех  времен   и   народов   неизменно   бывала,   да  и  по  сей  день,    крайне    чувствительна    и    беспощадна.   Вспомним   про   Трою,    с    которой   мы   начали   эти   «Огрызки»:   стоило   им  там     похитить    красотку    Елену,   как   разразилась   десятилетняя    война,   закончившаяся    гибелью    города   и  его  жителей   и    бегством    Энея,   без   которого,   правда,    не   было   бы   и  нашего   Рима.   Палка-то  она  завсегда   о  двух  концах,   в  любом   явлении  есть   что-то   хорошее,   а  что-то  плохое,   положительное   и  отрицательное.

А   посему   квириты,   папаши   и  братишки,    уже   на   следующее   утро    подступили     к   новоримской   крепости   (господи,   да   стены-то   были,   если   следовать   легенде,   высотой   всего   в   борозду!)   и,   громыхая   оружием   и  словесами,    потребовали    возврата     бесценной   собственности   в   полной   целости.   Сие   последнее   было,   само  собой   разумеется,   абсолютно   немыслимо,   благо   и  красотки,   и  женихи    и  не  подумали   терять   ночь   даром.   Так   что   их    режиссерский   ход    достоин  Станиславского  и  Феллини.

Весьма   удовлетворенные   пары,   сидя,   как   я   утверждаю,   в  обнимочку   на   Кампидолио,   то  есть  на  «Оливковомасляных   полях»,  что   нынче   в  самом   центре    Рима,   и,    предаваясь   любимому   занятию   русского  умельца   Левши,   то   и  дело   звавшего   свою  зазнобу  Машку  «обожаться»,   уполномочили   некую   сабинянку   Тарпею   якобы   тайком    передать   собратьям  почему-то   отданный   ей    римлянами   на    хранение    ключ   от   ворот.  Историки    назвали   это    "исторической   ошибкой".   И   мы   должны   этому   верить?   Какому,   мягко   говоря,   умнику   могло    взбрести   в   голову    поручить   охрану    единственной   крепостной   двери    чужой   и   почти   что   старой   деве,   которая   к  тому   же   оказалась,   ну,  и  легендочка,    крайне    неудовлетворенной   доставшимся   ей    ночью    муженьком,   и  -  более   того!  - тайно   влюблённой    в   своего    сабинского    короля   Тита  Тация?!?

Во   закрутили   древнюги   сюжет,   любой   драматург    восхитится!  Тарпея   ключик-то   предмету   своего   сердца   передала,   думаю,   через    границу-борозду   перекинула,   за   что   свои   же,    рванувши   внутрь  -  ха-ха!  -  «крепости»,     в   давке   и  задавили   её   щитами   у  ворот,   а   римляне   край    «Оливковомасляных   полей»,   где   и  сегодня    существует     внушительный   обрыв,   многие  ходят  его   посмотреть,    назвали   скалой   её   имени,    откуда   веками  многажды   скидывали    приговорённых   к  смерти   предателей   родины.    Просто  шекспировские   страсти,  возведённые   в    идеологический    принцип   в  назидание   потомкам.  Мы    таких   «прынцыпов»   из   нашей   недавней   истории   сходу   и  без  проблем  с   десяток   насчитаем.

А   финал   того   римского   спектакля    доказывает     его   великолепную  постановку  -  всё   завершил   новый   всамделишный    пир,    просто - напросто   «обжираловка»,   говоря   по-русски.  Как   только   грозные   мстители - освободители   подбежали   к   оскорбителям,   оскорблённые,   но   очень   довольные   бывшие   девушки   встали  стеной   между  двух    мужских   «кулачных»   стенок.   Кому,  скажите,   охота,   с  одной   стороны,    терять    только   что  заполученных   мужей,   а,  с  другой,    лишаться   отцов  и  братьев,    превращаясь  в  сироток?

Кроме   того,  и   по  режиссуре,    связанной   еще   и   со   сложившейся   к  тому   моменту     международной   ситуацией,   двум   племенам   было   совершенно   необходимо    объединиться:   в   окрестностях  стали  появляться   этруски,   чрезвычайно   опасные    со   всех   точек   зрения   люди,   судя   по   всему,   намного,  несравнимо   более   умные,   культурные,   умелые,  хитрые,   образованные    и   со  всякими   прочими   достоинствами  и  недостатками.

Вот  и  договорились   римляне   с  сабинами:   породнимся,  создадим  единое   царство,   будем   противостоять   внешнему  врагу.   Править   Ромул   и   Тит   после   обильной   свадьбы   собирались   вместе,   но   смерть -  злодейка   решила,    что   повторять   печальный   эксперимент   «правления - о - двух»   не   стоит,   и  оставила   Ромула   управлять   единогласно   новым  народом   «римлян - квиритов»,   что   он    вполне   благополучно   затем   и  делал    долгие   годы.

Что   тут    правда,  что  вымысел  -   спросите,   как   говорится,  у   очевидцев.   Но,   как   ни  крути,   а  легенда   -   та    же  идеология,   цементный  раствор    для   камней,    без  которого   государства  не  создашь – не  построишь.   Отцы - основатели,   то  есть   патриции,   всё   это   если  не  понимали,   то  подспудно   ощущали:  детям  следует  внушать,   что   родину   создали  гении    (долгорукие   калиты`,   грозные   невские,   вдаль  глядящие  прозорливые   медные   всадники - плотники,  лысовато  бородатые   вожди,  свирепо   усатые   учителя   всех   народов  и  т.  д.)    по   договоренности   с  высшими  небесными  силами,   которые   ни  за  какие  коврижки  -  жертвоприношения  не  согласились   бы   способствовать   данному   госстроительству,   не  будь  оно,   государство,   предназначено   для   великих   дел   и  свершений.  Что   в  Риме   Первом,   что   во   Втором,   что   в  Третьем,  который  некогда  да  и  поныне  Московией  называется.

Иными  словами,   уже   три  тысячи  лет   тому  назад   наши  предки   знали,   что   идеология  -  это   наполовину   религия,   а  наполовину  патриотизм.   И  наше  недавнее  прошлое   ярко   это   подтверждает:   превратившись   по    ленинско-сталинскому   призыву  в  атеистов,   мы   дружно  и  свято   верили,   что   «коммунизм  -  это  рай   на  земле».  И   пока   в  Риме   (в  Египте,   в   Российской  Империи,   в   Советском

Союзе)     твердо   следовали   идеологии   и   жили   строго   по   ней,     Рим   и  был   «Главой   Мира»,   а   как   только   перестали   -   он   (она,  оно,   они)   тотчас   и   рухнул  -  рухнули.    Однако     не   будем   торопиться,    оближем     еще   какой - нибудь   «огрызочек».

К   примеру,   решимся   пересказать   еще   одну   гипотезу,  весьма   дерзкую:   Рим   основали   этруски.

Как,   когда   и   откуда   появились  они   в   Италии   вообще  -  всё   покрыто  мраком   неизвестности.  Один  остроумец    из   наших    «новых»  даже   шутканул:  «этруски  -  сокращенно  «эти  русские».  Разглядывая   их   немногие,   чудом   сохранившиеся   бронзовые   и  глиняные  сосуды  и   надгробья  с  очень  выразительными   рисунками,  можно   представить,  что  были  они  коренасты,   большеголовы   и   чем-то  смахивали   на  азиатов.  Вроде   бы   именно   оттуда  и  прибыли.  Вернее   -   приплыли.  Из  Малой  Азии.  Уж  не   семиты  ли?   Корабли  у  них  точно  были,  в  море   они  хозяйничали  практически   одни   и   сами  его,  это  западное,  «Тирренским»   и  назвали:   они   себя,  как  утверждают   историки,  именно  «тирренами»  величали.  А  тот,   кто  суда  умеет  строить  и  в  мореходстве  знает  толк,   наукой   это  вполне  доказано,  и   прогресс   быстрее  других  народов  оседлает,  и  этих   других  если   не  покорит,  то   уж  точно   чему-то  обучит.

А   что   этруски  местных  в  смысле  прогресса   опережали,  доказывают  их  собственные,  найденные  в  редких  захоронениях  челюсти.  Удивляться  тут  нечему:  учёным  давно  известно,  что   техника  лечения  зубов  -  первый  показатель   научно-технических  успехов.  «Туски»,  еще  одно   их  прозвание,  делали  это,  можно  сказать,  очень  лихо  и  на  весьма  современном,  даже  по   нашим   меркам,  уровне:  и  мосты  во  ртах  ставили,  и  металлы  там  соответствующие  применяли,  а,  значит,  умели  железо  не  только   выплавлять,  но  и   превращать   его  в  сталь.

А   еще  умели  города   строить  с  укреплениями,  с  чёткими  улицами,  по  плану  и  с   канализацией.  Римляне  этому  именно  у  них  научились,  сами  свои  первые  дерьмоочистительные   отводы,  «Клоаку  Максиму»,  лет  через  200  после   основания  «Города»   проложили.  «Тусканские»  инженеры,  молодцы  из  молодцов,  и  каналы  сооружали,  и  болота  осушали  -  комары  их  тоже  осаждали  до  умопомрачения.  А  уж  коммерсанты  были  -  лучше  и  не   представить,  сравнить  не  с  кем,   на  всё  готовы,  в  любой  путь  пускались,  что  на  север,  что  на  юг,  любыми  товарами  обменивались,  лишь  бы  лишнюю  монету   заработать,  и  эту  монету   римляне  у  них  тоже   переняли,  как  и  вообще  саму  денежку  -  на  своих  первых  даже  корабельный  нос  скопировали,  а  ведь  ни  одного  суденышка    еще  не  сварганили.

Весёлые  были  люди  этруски,  не  в  пример  вечно  хмурым,  насупленным,  озабоченным  и  ужасно  серьёзным  латинянам,  так  что  нынешний  легкий  да  насмешливый  задористый  римский  характер  ищите,  люди,  в   тех  далёких  временах  у  исчезнувшего  племени,  которое  радовалось  жизни,  пило-ело-болтало  больше  чем  в  охотку,  хорошо  одевалось,   тогу-то   зазря   римской  назвали,  она   этрусская,  волосы  отпускало  длинные,  бороды  завивало,    спортом  тоже  занималось:  боксом,  борьбой,  диском,  копьём,   даже  конным  поло  и  корридой.  Всё   это  на  их  картинках  отлично   показано.

И   касательно  религии  были  не  промах:   богов  множество,  считали   они,   рай   же  напротив  один  и  какой-то  расплывчатый.  Зато  про  ад  знали  досконально   много,  так   что   великий  Данте  почти   два    тысячелетия   спустя  кое-что  у  них  для  своей  «Божественной   Комедии»,  особенно   для  первой   части,  которая  сей  ад  как  раз  и  представляет  в  мельчайших  подробностях,  с  большой  пользой    для    всех   нас   позаимствовал.   Ни   в  коем   случае   не   сочтите,   что   кто-то   жаждет   этрусков   приукрасить,   мол,   каких  славных   да   чудесных  «прогрессистов»   эти  мрачно  дисциплинированные   латиняне   ни   за   что   извели:  и   воевали   они,  и   покоряли    других,  и   зверствовали   точь-в-точь  как   прочие  и  в  полном  соответствии   с   царившими   тогда    и  поныне    живучими   нравами.

Но   особенно    подчеркнём  немаловажный   для  нравственного   прогресса  женский  вопрос,   из   коего   римляне   первые  столетия  абсолютно   ничего   не  использовали,   а   как  только   начали  использовать,  правда,  копируя   уже   греков,  то  и   стали   существенно  меняться.  Ох,  забегаем  вперёд,  и  без  того  семимильными  шагами   скачем,   века   перескакиваем,  жившим  тогда  человекам   обиду  чиним.  Ох,  помедленнее,  кони,  помедленнее…

Итак.  Дамы-этрусчанки  пользовались  в  семье   и  в  обществе   значительной  свободой.  Не   только  в  смысле  косметики  и  украшений.  Участвовали  в  пирушках  наравне  с  мужчинами,  тоже  пили  и  ели,  возлежа  рядом   на  «диванах»  -  и   эту  манеру  римляне  у  них  переняли.  Танцевали.  На   флейтах  играли.  В  школу  девчонками   ходили,  математику  и  медицину  осваивали,  были,  как  говорится,  интеллектуалки.  За  что   римляне   их  куда   хуже  обзывали.  Более  того,  будучи  сами   скучно  б-о-о-льшими  моралистами,  по-русски - ханжами,  своих  собственных  дам   известного  легкого  поведения  припечатывали  словом  «этруска».

Эти,  говоря    по-средневековому,  пуритане,  то  есть  чистюли,  считали   тусков  племенем  нездоровым  и  развратным.  Но  терпели.  Долго.  И  детей  своих  в  их  школы   отдавали.  Политику  и  выборность  на  должности,  то  есть  начальную  демократию  заимствовали.  Похоже,  и  название  столицы  тоже. «Румон»,  по-этруски,  -  река,  поток.  Румон - Рома,  частая  в  языках  смена  и  замена   буковок.  Да   и  Ромул,  как  некоторые  утверждают,  был  этруском  и  вместе   с соплеменниками  жил  в  первом   здешнем  поселении   бок  о  бок   с  местными  латинянами  и  сабинами   еще   до   объявления  его  «городом»,  который  был    образован  бороздой.  Да  и  борозду-то  провели  плугом,   запрягши  в  него  белого  бычка  и   белую   телочку,   что  тоже  было  чисто   этрусским   обычаем.

Выходит,  доказательств  дерзкой  версии  более  чем  требуется.  Вон   сколько  их  понабралось.  Выводы.  Обосновавшись    чуть  севернее  течения  Тибра,  страстные   путешественники  и  коммерсанты   давным-давно  основали   тут   деревушку   на  берегу   «реки»,   куда   лишь  позднее   пришли  местные   «дикари»,   обитавшие  в  округе.      Деревня   была  необходима   тускам  как   база   для   их  торгово-распространительных  поездок  дальше  на   юг,   где,   вокруг    теперешнего  Неаполя,  впрочем,  тоже  весьма   древнего,  появились  и  стоят  поныне   их  бывшие   колонии:   Капуя,  Помпея,  Эркуланум  и  так  далее,   а   добираться   туда   можно   было   только  морем,   по  суше  из-за  зверья   и  разбойников   и  шагу   было   не  ступить.  А  суденышки  у   этрусков  были  малюсенькие,  многим   тоннажем  их  не  загрузишь,  перевалочные  пункты  нужны,  склады,  порты,   вода,  пища,  снаряжение.

Таких   баз  от  Пизы  до  Неаполя   наверняка  было  десятки,  если  не  сотни,  и  вдоль  Тибра  тоже.  Чем   именно  эти   холмы  и  болота   привлекли  отцов-основателей,   гадать   не  станем,  главное  -  привлекли,  после  чего  «Град  Великий»  стал  расти  и  развиваться.  И  без  всяких  там   стратегических  планов  насчёт   «завоевать  всю  Италию  и  весь  не  назовёшь.  Весь  мир   для  латино-сабинов  на  собственном  огороде  начинался  и  кончался.  Как,  впрочем,  и  у  многих  иных   племён   тоже.

Другое  дело,  что  у  римлян  на  этрусков   постепенно  вырос  зуб.  И  даже   очень  и  очень  большой.  Честно   говоря,  вот   этому  я  логических  объяснений  не  нахожу.  И   хотя  современные   наши   специалисты   исписали   тысячи   страниц   про   этнические   проблемы   и   отношения   между   народами,    прошу    прощения,   но,  как   сдаётся,  секреты  симпатий  и  антипатий   так  и  остаются   за  семью  замками.  И   римляне   в   начале   5-го  века   до  Христа   этих,  как  они  их  воспринимали,  «чужаков»  извели   досконально,  безжалостно,  мало  каких  следов   от   них  оставив.  Стёрли  с  лица  земли.

Так   что   кровавое  искоренение,  в  последнем  столетии   «геноцидом»  названное,   много  веков   существует.  И  мы,  как  ни  прискорбно  и  осудительно,  совсем  не  так   далеко  от  древних  ушли.  И  не  только  в  этом   безобразии.  Кичиться   прогрессом   рановато.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?