Независимый бостонский альманах

Жить стало хуже, жить стало скучнее

03-10-2021
  • Bykov Dmitry2019
  • Идут аутоиммунные процессы. Это первый показатель того, что система пожирает себя. Это аутоиммунные процессы, которые сейчас пока затрагивают КПРФ. Затрагивают они, кстати говоря, и дело Раковой. Но это просто лишний раз говорит о том, что даже никаких копеек нельзя брать у государства, потому что любое сотрудничество с ним токсично — и для вас, и для него, парадоксальным образом.Понимаете, эта система так устроена, что она начинает жрать себя. Она сначала жрет всех сколько-нибудь чужих. Причем вот удивительный парадокс: некоторых чужих… Я не говорю о себе — меня она как раз отфильтровала одним из первых, но у них что-то пошло не так, слава тебе, Господи. Просто она сначала поедает всех несогласных. Из несогласных некоторые имеют шанс уцелеть, служа витриной.Собственно, я ничего не могу добавить к недавней видеоколонке моего друга Дмитрия Губина. Замечательный текст «Рационализация зла» (см. его статью выше). Действительно, если немного перефразировать фразу Эткинда о природе зла, рационализация зла и сама по себе любая рационализация — это довольно горькое занятие, потому что сталкиваешься лицом к лицу с некоторыми истинами, которых не хочешь видеть.Но если рационализировать то зло, о котором говорит Губин, то есть 5 способов взаимодействия с ним. Не буду перечислять — он абсолютно точен. В некоторых формулировках мы совпадаем — не знаю, потому ли, что он услышал меня, потому ли, что я прочел его мысли.

    Можно стать для зла незаменимым, то есть работать на оборонку, грубо говоря, а можно стать для зла полезным, то есть каким-то образом создавать ему витрину. Так что если большинство подручных зла не имеет никакой защиты, и их можно хватать тепленькими, то из инакомыслящих некоторые как раз имеют шанс уцелеть.

    Причем они как бы легитимизируют систему не в глазах Запада. Западу, как известно, хоть плюй в глаза, всё будет Божья роса. Самое главное, что эта система и не нуждается совершенно в легитимации Запада. Какой там Запад, когда у них применяют электроволновую терапию, от которой многие друзья наших спецслужб и агенты уже пострадали — у них уже головная боль, повышенная потливость и дрожание конечностей. Была на эту тему недавно публикация крупного силовика.

    Запад нам не указ абсолютно. Указ нам те овцы, которых надо каким-то образом заманить в овчарню — ну, или в волчарню: ну вот же, мы же не трогаем, у нас есть несколько «полезных евреев», как это называлось в антисемитской организации. Несколько полезных диссидентов. Никаких шансов уцелеть во внутренней своре нет, потому что внутренняя свора, во-первых, совершенно бесполезна, во-вторых, взаимозаменяема — так получилось, что люди там в основном безликие.

    Поэтому хавать будут. Посмотрите хотя бы на то, как это самопожирание происходило в 30-е годы. Сначала вместо Ежова пришел Берия. Это не было гуманизацией, и даже рационализацией это не было. Просто это такая улитка самопоедания, которая заворачивается и сводится в точку. Вы думаете, Берия уцелел бы? Во-первых, он и так не уцелел, потому что его съели свои. Но он и при Сталине не уцелел бы, потому что поиски «большого мингрела» вернулись с конца 1952 года, а Берия как раз и был самым очевидным кандидатом на эту малопочтенную роль.

    Там вообще не очень можно было тогда какими-то способами защититься. Берия был защищен отчасти тем, что он работал на ядерном проекте — ядерный проект был очень нужен. Но, в конце концов, можно же было выучить и поставить кого-нибудь вместо него. И Сталин начал под него копать.

    Хотя долгое время Берия был его любимой креатурой. Действительно любимой — с 1934 года он двигал его везде, когда отвечал за его пребывание в Тбилиси и за обеспечение его безопасности. Потом прошло некоторое время, и Берия стал слишком много знать. А потом Берия что-то почувствовал, и его стали убирать.

    Вот я никак не пойму: подручные в этой системе — они разве не понимают, что они будут следующими? Разве они не помнят, что слово «следователь» не зря однокоренное со словом «следующий»? Например, тот трогательный болгарский коммунист, который вел дело Мандельштама — разве он сам, почувствовав что-то, не попытался скрыться? Разве он не стал очередной жертвой этой мясорубки? Да все. Ведь и Абакумова съели свои, пусть после смерти Сталина. Ну неужели вы думаете, что Абакумов или Судоплатов были при Сталине неуязвимы?

    Эта система так устроена. Вот КПРФ — казалось бы, самая лояльная оппозиция. Зюганов как только ни целовал власть в плечо и куда попало. Но, тем не менее, сегодня зюгановцы тоже осознали на себе, что бывает, когда у власти не остается легитимных врагов. Она берется за друзей. Конечно, питаться эта система должна чем-то.

    Ох, как бы я не стал сейчас расслабляться на фоне провластных идеологов — именно потому, что чем лояльнее они будут, тем больше у них шансов ошибиться. Видите ли, тут тоже немножечко забавный парадокс. Эти люди всегда начинают впадать в истерику и они начинают немножко лизать с опережением. И при этом очень велик становится шанс лизнуть не туда. А лизнуть не туда — это гораздо хуже, чем не лизать вовсе.

    Поэтому я бы очень не расслаблялся сейчас на фоне вот этих трубачей, герольдов этого дела. Я помню, как один такой очень советский ветеран, такой ветеран из номенклатурных, из работников идеологического фронта, у нас выступал, и как он внезапно сказал: «Рейган — трубадур международного империализма». Меня потрясла эта формулировка. Вот ветераны идеологического фронта есть и сейчас. К войне он не имел никакого отношения. Он был такой заслуженный политический обозреватель.

    Вот этим всем трубадурам международного империализма — в данном случае трубадурам путинской власти — я сейчас очень не завидую. Потому что надо же демонстрировать всё большее рвение, а в процессе наращивания этого рвения человек рискует иногда просто попутать берега. И сейчас не очень понятно, как быть лояльным. Кусать надо с опережением. И они начинают писать какие-то совершенно чудовищные вещи.

    Например, вот статья Андрея Ильницкого, такого пиарщика при Министерстве обороны или советника при Министерстве обороны, о начале великого проекта. Мало того, что он развивает мысль своего шефа о строительстве миллионников-городов в Сибири. Но главная там вот эта идея, что именно армия должна стать кадровым резервом и главным источником кадров.

    Но самое главное, что вот эта милитаризация, такая милитаризованная изолированная экономика — всё, к чему Ильницкий призывает.

    Я к тому, что это тоже пример избыточного рвения. Поэтому это покажет лишь, что армию начнут рассматривать как кадровый резерв, а Шойгу как слишком агрессивного преемника, который хочет стать единственным. И так его нахваливать сейчас, так его начищать — значит его подставлять. Но этого же там не понимают совершенно! Сейчас единственный шанс назначить кого-то — это молчать и его не хвалить. Потому что любой, кто хоть как-то проявит рвение, немедленно будет забит по шляпку.

    Что касается роста количества иноагентов. Понимаете, можно, конечно, сказать, что это меры вегетарианские, но это меры не вегетарианские. Приведет это только к одному — к тому, что звание иноагента станет почетным. Может быть, самым почетным. Потому что иноагент — это значит агент будущего. Сейчас Россия делает всё, чтобы именно заслониться от будущего, но оно, собственно, не так легко победимо.

    Я тут писал большую статью о блаженном Августине именно с литературной точки — мне заказали для сборника статей такую довольно любопытную тему «Бог в литературе». Мне очень понравилось. И вот Августин говорит, что нет будущего, нет прошлого, а есть настоящее, которое продевается в будущее, которое мыслится как будущее. Так вот с будущим бороться бессмысленно именно потому, что оно существует только в воображении. И вот чем больше вы будете бороться с воображением, тем хуже всё будет обстоять в реальности.

    Это действительно так. Это святые слова. Вообще 11-ю книгу «Исповеди» надо перечитывать очень часто, потому что там содержатся глубокие интуиции и о ходе времени, и о логике времени. О том, как, собственно, время движется — точнее, как оно воспринимается человеком. И борьба с будущим ведет, в общем, к ненависти к настоящему, как это ни ужасно.

    И конечно, я выражаю соболезнования белорусскому народу, потому что гибель программиста, решившего отстреливаться, гибель человека, который не дал разрушить свою жизнь — это трагедия. И не думайте, пожалуйста: гибель военнослужащего, который к нему ломился — это тоже трагедия. И именно потому так трагично всё, гибнут люди, а выжить за счет всего этого пытается такая не совсем человеческая сущность. И это, конечно, печально, когда люди гибнут во имя нелюдей, во имя выживания и триумфа нелюдей. Но это триумф недолгий.

    На пир сзывает варварская лира…
    Пирр победил и борется за мир.

    Вот это самое точное описание того, что сейчас происходит: Пирр победил и борется за мир.

    В 1991 году (всё-таки мне было 23 года, какое-то право голоса у меня было, какое-никакое, я уже был журналистом «Собеседника»), я был бы против люстрации. Потому что люстрация не всегда охота на ведьм. Иногда это сведение счетов. Иногда это триумф худших инстинктов.

    Я бы даже сейчас люстрировал только людей, которые явно замешаны в военных действиях, или призывали к войне, или клеветали, что есть дело подсудное. А тотальная люстрация — но тогда мы все заложники этого дела. Потому что мы тогда останемся вообще без единого профессионала в какой бы то ни было области. Посмотрим. Я думаю, что это как-то сделается само с ходом вещей.

    Не люблю слово «пожилой». Может быть, потому, что очень люблю палиндром — действительно идеальный палиндром «оголи жопу пожилого». Словарное слово, ничего ужасного. Вот хочется как-то всех пожилых поздравить этим палиндромом, потому что государство предельно регулярно это с нами проделывает — со всеми, не только с пожилыми. Но как-то особенно стариком быть нелегко. Но выход очень простой: не будьте пожилым. Не считайте себя пожилым, пожившим.

     

    Владимир Лифшиц был большой недооцененный поэт. Сын его, мне кажется, гений. И вот на вопрос «Что сейчас делать?» приходится вспомнить совершенно великие слова:

    И когда кулаком стучат ко мне в двери,
    Когда орут: «У ворот сарматы,
    Оджибуэи, лезгины, гои!» —
    Говорю: «Оставьте меня в покое».
    Ухожу во внутренние покои,
    Прохладные сумрачные палаты.

    Это не значит, что я призываю к эскапизму. Когда вы живете с вампирами, у вас одна задача — не дать себя съесть. Себя и детей. И не дать себя заразить вампиризмом. Потому что они же друг друга тоже покусывают. К сожалению, в большинстве вампирских сочинений эта тема почти не затронута.

    Вот сейчас выйдет «Empire V» как фильм — жду этого с нетерпением. Но мне главное, что важно? Все думают, что вампиры — это такие как бы масоны. Что это такие ребята, которые своих не трогают, что у них какое-то братство. Нет, это глубокое заблуждение. Вампиры кусают своих с чудовищной силой, потому что люди с какого-то момента их не насыщают. Настоящий вампир может напиться только вампирской кровью.

    Поэтому там, знаете, внутри этой прослойки, внутри этих, так сказать, ночных бестий чернокудрых идет такая грызня, которая нам, людям, и не снилась. Не нужно думать, что раз ты стал вампиром, то ты защищен. Наоборот, теперь ты любимая закуска.

    Вот это лишний раз нам напоминает, что людям нормальным надо как-то суметь уберечься. Я не думаю, что здесь чеснок поможет сильно. Здесь помогает умение быть до них невидимым. А вот как это — это уже, знаете, врожденный дар.

    Странно, но с чудовищным материальным злом как бы материализуется веселость. Известно, что Мандельштам писал: «Мы живем, под собою не чуя страны», а Сталин в это же время говорил: «Жить стало лучше, жить стало веселее». Сейчас так же?». Нет, вот это очень любопытный парадокс. «Жить стало лучше, жить стало веселее» — это в какой-то степени применимо к 30-м годам, когда действительно происходила оргия. А оргия — это такое довольно веселое дело. Это праздник. Идет «страшный праздник мертвой листвы», как сказано у Ахматовой.

    Кстати, тогда же возникает вообще и в советской поэзии, но такой, потаенной, тема карнавала, тема праздника. Страшный праздник у Пастернака — «Вальс с чертовщиной» с его очень неслучайным названием. Вальс Хачатуряна для «Маскарада» и, в общем, для страшного карнавала, которые в этом «Маскараде» был. Карнавал мейерхольдского «Маскарада», последней его постановки. Страшный праздник. «Мастер и Маргарита» фиксирует вот это ощущение жуткого праздника, когда убивают всерьез, едят всерьез. Вампиры, кстати, легализуются. Вспомните Варенуху и Римского: «Догадался, черт, всегда был догадлив». Уже кровь-то хлещет вовсю. Вся нечисть повылезла и она празднует. Это шабаш.

    Вот как ни странно, я и в «Истребителе» с этим столкнулся. Это было такое праздничное время. Всё время такие комедии, подарки кинематографа. Главным жанром стала комедия и шпионский триллер вроде «Ошибки инженера Кочина». Идет такая карнавализация.

    Кстати говоря, низкое — это же вообще очень карнавальный процесс. «Кто был ничем, тот станет всем» — по Бахтину, это возвышение срамного низа. И это возвышение — оно, как писал тогда еще Подорога, такой как бы триумф фаллоса, который всех вокруг себя уестествляет.

    Это ощущение страшного праздника. Такой гульбы, бала в американском посольстве у Буллита, куда захаживали, между прочим, и советские функционеры, и советские летчики-герои, и Булгакова там можно было встретить. Ощущение непрекращающейся оргии. Вот сегодня этого нет. Это связано, во-первых, с пока еще недостаточным масштабом, а во-вторых, с тем, что вообще как-то дух свежести из этого общества очень давно ушел.

    Вот у Шпанова, например, крупного идеологического писателя, автора «Первого удара», а впоследствии гнусной книги «Поджигатели», у Шпанова, главного автора советских бестселлеров до конца 30-х годов, как ни странно, в его абсолютной халтуре, в его литературных поделках чувствовался какой-то дух свежести. Потому что его герои — летчики, полярники. Ну, чекисты в меньшей степени. Но дух какой-то советской свежести еще был. Какой-то страшной весны. Ведь весна — она тоже всегда пахнет черноземом и могилой, как это ни ужасно. Дух какого-то черноземного брожения. Я говорю сейчас о тонких вещах, но люди, читавшие литературу тех времен, меня поймут.

    А вот сейчас… Понимаете, уже в 80-е годы, в конце 80-х все ждали, что дух освобождения принесет какую-то свежесть. Нет, этого не было. Вот Валерий Попов тогда сказал: «Это реанимация, а не ренессанс. В 60-е был ренессанс, а сейчас это реанимация».

    Майя Иосифовна Туровская — наверное, самый глубокий мыслитель, с которым мне приходилось об этом беседовать — сказала: «Мы думали, когда рухнет советское, мы окажемся среди русского. А мы оказались среди мертвого. Среди русского, которое полежало под этим советским и сгнило за это время». Конечно. То есть начать с 1916 года (1917 был уже распадом) или даже с 1913, с которого всё отсчитывалось в советской истории, с которым всё сравнивали, не получится. Русская парадигма — ну, парадигма русского государства, русской вертикали  — она уже к 1916 году была довольно-таки мертва. А в 1985, когда начала рушиться вся эта система…

    Наверное, отсчитывать ее гибель стоит от того момента, когда Мишка улетел (на олимпиаде 1980 в Москве). Ведь нельзя без слез смотреть, как он улетает. Понимаете, это улетает такой мультяшный, от чего еще более отвратительный, розовый слюнтяйский дух советской империи. Дух советского мультика, который резиновым фасадом (мишка был резиновый) прикрывал стальное ядро. Вот он отлетает навеки от советской власти, отлетает этот дух. И после этого, я думаю, уже всё кончилось. В 1982 умер Брежнев, в 1984 уже Черненко довершил распад, а в 1985 всё стало понятно.

    Это я к тому, что свежестью тогда не пахло. Наоборот, было ощущение, знаете, как рушится старый дом с его жуткими запахами. Вот тоже, кстати говоря, разрушение этих старых домов вызывало довольно амбивалентные чувства у поэтов 50-х годов, когда ломали бараки и строили хрущевки. Не все приветствовали эту ломку, когда ломали эти старые дома. Для Окуджавы это было гибелью старой Москвы. Хотя он приветствовал эти новые строения (он говорил: «Строения — вы мое лучшее настроение»), но «Старый дом» — это очень скорбная поэма. А вот Тарковский Арсений Александрович, как ни странно, веселился:

    Ломали старый деревянный дом.
    Уехали жильцы со всем добром —
    С диванами, кастрюлями, цветами,
    Косыми зеркалами и котами.
    Вот это — с одной стороны,
    И спали парами в пуховиках,
    И первенцев держали на руках.
    С другой,
    Пока железная десна машины
    Не выгрызла их шелудивой глины.

    Вот это была шелудивая глина. И кстати говоря, в 80-е годы, в 1985, тоже было ощущение, что со зловонием, с треском рушится гнилая старая конструкция. Только потом оказалось, что на ее место ничего уже не притащишь, ничего не возведешь. Место в известной степени проклятое. И более того, на этой почве только такая деревянная конструкция и способна стоять, такая деревянная вертикаль.

    Но нельзя не заметить, что сегодня нам в качестве вертикальных ценностей демонстрируют такую протухшую, такую гнилую лексику, такую старую конструкцию, такое «самодержавие, православие, народность», которое было смешно уже во времена самого Уварова. А сейчас — ну, это просто неприличие какое-то. Откопали какие-то останки, как в замечательном спектакле Крымова «Борис», и вот этим мощам поклоняются, пытаясь их сбрызнуть какой-то живой водой — нефтью,  деньгами.

    Ничего не получается. Нет ощущения вот этого страшного праздника 30-х годов. Нет ощущения даже карнавала, нет ощущения бесовского карнавала, такого Хэллоуина. Есть ощущение, что из гробов действительно встали какие-то сущности, но они очень сильно трачены временем. С них падают такие куски гниющей плоти, что на это просто страшно смотреть. Это полное ощущение каких-то оживших кадавров. Все эти разговоры про иноагентов — это просто кадавры. И среди этого смрада что уж тут говорить о какой-то перспективе и, более того, о какой-то, понимаете, веселости? Тут жить стало хуже, жить стало скучнее, и ничего другого.

    Мы всё младое племя
    Пошлем маршировать,
    А в остальное время
    Мозги фаршировать.

  • «Что правильнее — «грехи отцов падут на головы детей» или «сын за отца не отвечает»?». Ну, «грехи отцов падут на головы детей» — это несколько более авторитетный источник, чем «сын за отца не отвечает». Поэтому, как сказал БГ, Господу видней. История показывает, что грехи отцов, сколь бы жестоко это ни звучало, всегда падают на голову детей. Всегда следующие поколения расплачиваются за предыдущие. И тех, кто надеется этого избежать каким-то макаром в сегодняшней России, мне обрадовать абсолютно нечем.

По материалам "Один" Эхо Москвы подготовил В. Лебедев

Комментарии
  • someone - 04.10.2021 в 04:17:
    Всего комментариев: 379
    66 процентов акций "Эха Москвы" принадлежит Газпрому, считай государству. Редактор не раз писал, что Эхо находится под защитой Путина. Быков регулярно выступает на Показать продолжение
    Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 6
    • Рожденный в СС - 04.10.2021 в 21:00:
      Всего комментариев: 192
      "Я могу об этом говорить довольно объективно, потому что я на «Эхе» денег не получаю. Это тоже моя принципиальная позиция.." Как выглядят Ваши вопросы в данном Показать продолжение
      Рейтинг комментария: Thumb up 3 Thumb down 0
      • someone - 05.10.2021 в 03:00:
        Всего комментариев: 379
        Если Быков не берет денег у Эха, приношу извинения. Но приведенной цитаты в статье выше я не нашел.
        Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 2
        • Рожденный в СС - 05.10.2021 в 10:36:
          Всего комментариев: 192
          Вы же не "статью" прокомментировали, а выказали своё мнение по адресу автора. Мнение, нужно отметить, - расхожее, в связи с чем Д Быков ответил на оное 24.09 на том же Эхе.
          Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 0
          • someone - 05.10.2021 в 19:54:
            Всего комментариев: 379
            A'ight. Peace.
            Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 0
    • anatrik - 06.10.2021 в 01:44:
      Всего комментариев: 246
      someone's демагогия
      Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 0
      • anatrik - 06.10.2021 в 01:46:
        Всего комментариев: 246
        A'ight. Peace.- sorry, did not read additional comments
        Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 0
  • Bam - 04.10.2021 в 09:06:
    Всего комментариев: 9
    есть хорошие статьи про Зельцера забравшего с собой беларусского кгбшника, особенно впечатляют с цитатами из Солженицина. Может и про эту сторону жизни, чтобы не Показать продолжение
    Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 0
  • Рожденный в СС - 04.10.2021 в 21:12:
    Всего комментариев: 192
    «А может быть, ты скажешь мне, что при таких условиях жить невозможно. “Невозможно” — это не совсем так, а что “противно” жить — это верно». МЕСЩ
    Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 1

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?