Независимый бостонский альманах

ЗЕРКАЛО РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ

07-04-2002

(Интервью с главным редактором “Нового журнала” Вадимом Крейдом)

Современному массовому читателю мало известен “Новый Журнал”, однако это целая эпоха в развитии русской культуры. Это издание было основано в Нью-Йорке в 1942 г. как продолжение парижских “Современных Записок” и с тех пор выходит без перерыва, четыре раза в год, в продолжение более 50 лет. Средний объем каждого номера 300 страниц. Журнал распространяется во многих странах мира, в том числе и в России. Основатели журнала – русский писатель М. Алданов и поэт, критик и писатель М. Цетлин. В “Новом Журнале” были впервые напечатаны многие произведения И. Бунина, Б. Зайцева, В. Набокова, Г. Газданова, М. Осоргина, Н. Берберовой, А. Ремизова, В. Яновского, и других писателей первой эмиграции.

В поэтическом разделе журнала были впервые напечатаны стихи таких поэтов, как Г. Иванов, З. Гиппиус, М. Цветаева, И. Северянин, М. Волошин, Вл.

Ходасевич, И. Чиннов, Ю. Иваск, Н. Моршен, И. Елагин, О. Анстей, Б. Ахмадулина.

Из представителей второй волны эмиграции в “Новом Журнале” были опубликованы произведения Л. Ржевского, Н. Ульянова, Е. Ишутиной, М. Корякова, А. Белинкова, А. Кузнецовой, Л. Чуйковой. Впервые отрывок из романа Б. Пастернака “Доктор Живаго” был напечатан в “Новом Журнале” в 1958 году. Журнал неоднократно печатал статьи и выступления А. Солженицына.

“Новый Журнал” уделяет много места публикации воспоминаний и документов. Среди них следует отметить воспоминания выдающегося актёра М. Чехова, художника М. Добужинского, композитора А. Гречанинова, воспоминания З. Гиппиус, Ф. Степуна, Ю. Анненкова, Н. Евреинова, П. Милюкова, Е. Кусковой. В критическом разделе журнала печатались статьи П. Милюкова, Н. Тимашева, П. Сорокина, А. Керенского, В. Чернова, Б. Николаевского, Ю. Денике, Д. Чижевского, Н. Бердяева, Н.

Лосского, Л. Шестова и многих других. Среди читателей “Нового Журнала много известных деятелей культуры. Свои благоприятные отзывы об этом издании оставили такие звёзды мировой величины, как профессор Джордж Ф. Кеннан (Принстон), профессор Роман Якобсон (Гарвард), славист, профессор Сорбонны Пьер Паскаль (Париж), профессор Ричард Пайпс (Гарвард), профессор Николай Рязановский (Калифорнийский университет), Леонард Шапиро (Лондонский университет).

С 1995 года главным редактором “Нового Журнала” является известный поэт и учёный В.П. Крейд.

До него журналом руководили писатели М.Алданов и М. Цетлин, известный историк, профессор М.Карпович (1945-1959), писатель Р.Гуль (1959-1986), Ю. Кашкаров (1986-1995). Имя моего собеседника – Вадима Прокопьевича Крейда - известно любителям русской поэзии не только в США, но и в России. Он родился в 1936 году. Окончил филологический факультет Ленинградского университета.

Защитил докторскую диссертацию по русской литературе в Мичиганском университете (г. Энн Арбор). Более двадцати лет преподавал в университетах (в Колумбийском, Калифорнийском, Гарвардском, Айовском). Опубликовал более тридцати книг.

Среди них поэтические сборники “Восьмигранник”, “Зеленое окно”, “Квартал за поворотом”, “Единорог”. Как отмечалось в литературной прессе, некоторые книги, из числа изданных в Москве, оказались на первом месте в списках интеллектуальных бестселлеров. Это – “Воспоминания о Серебряном веке”, Вернуться в Россию стихами”, “Дальние берега: Портреты эмигрантских писателей”, Собрание сочинений Георгия Иванова”. В книге “Ковчег” В.П. Крейд собрал и прокомментировал поэзию русского зарубежья. Кроме того, мой собеседник автор работ о Гумилёве, Мандельштаме, Георгии Иванове, Скалдине и других писателях Серебряного века.

Это интервью стало возможным благодаря гранту, предоставленному мне Американским Обществом Международного Обучения (ACTR/ACCELS) и финансовой помощи Информационного Агентства Соединенных Штатов (United States Information Agency). Ни одна из этих организаций не несет ответственности за высказанные взгляды.

(С. Архипов)

* * *

С.Архипов: В чём Вы видите цели и задачи Нового Журнала в новом тысячелетии?

Вадим Крейд: В “новом тысячелетии” ни цели, ни задачи НЖ не меняются — во многом остаются прежними (журнал сохраняет свою индивидуальность, свой характер, свой дух). Однако кое-что в НЖ обновляется на перманентной основе: находим новых авторов, открываем новые рубрики, затрагиваем новую темати
ку, а также публикуем новейшие архивные разыскания и находки.

С.А. Кто из прозаиков, поэтов, драматургов и публицистов определяет общественные и эстетические приоритеты Нового Журнала в настоящее время?

В.К. НЖ не является чьим-то “органом” и вместе с тем не является рупором какого-то отдельно взятого писателя, поэта, публициста, критика. Редактор НЖ нередко получает рекомендации, предложения и даже просьбы (исходящие от известных авторов) опубликовать такого-то или такого-то. Довольно часто эти советы и рекомендации носят вполне обоснованный характер, и мы к ним прислушиваемся. И все-таки окончательный отбор остается не за конкретными авторами журнала, поскольку это прерогатива гл. редактора. При этом главред часто и охотно консультируется на предмет отбора с членами редколлегии.

С.А. Является, по Вашему мнению, реализм важнейшим критерием при отборе произведений для публикации?

В.К. Нет.

С.А. Какие другие литературные направления , течения, школы были (будут?) представлены на страницах Нового Журнала?

В.К. Журнал возник в немалой степени по инициативе Бунина, писателя-реалиста, и первым его редактором был М. Алданов, тоже реалист. Но здесь мы рискуем застрять на определении с трудом поддающегося определению термина “реализм”. Во всяком случае, со времени своего возникновения журнал стоял за широкий спектр, за эстетический и идейный плюрализм. Мы печатали не то, что подходит под определение такого-то художественного метода, а то, что талантливо. Например, Бориса Поплавского некоторые называют сюрреалистом. Мы первыми опубликовали его роман “Аполлон Безобразов”, который ранее был известен лишь в неполных версиях. Е. Замятин сам называл себя неореалистом. Мы печатали произведения Замятина.

Мы печатали орнаментальную прозу Бабеля (его рассказы, остававшиеся неизвестными в России). Печатали неизвестные тексты символиста Андрея Белого (а также исследовательские статьи о нем). Печатали неизвестные стихотворения акмеиста В. Нарбута. Первыми печатали неизвестные произведения Михаила Булгакова, которого некоторые исследователи называют “магическим реалистом”. Печатали мистическую прозу Г. Адамовича (см. его восхитительный рассказ “Игла на ковре”), Александра Кондратьева (см. его готическую повесть Сны”) и современного писателя Ю. Мамлеева, которого уж никак не назовешь реалистом. Печатали футуриста Ильязда (И. Зданевича). Постмодернист Пелевин также печатался у нас. Алексея Ремизова трудно считать реалистом: еще при жизни он много печатался в НЖ. Вряд ли можно назвать реализмом прозу Б. Темирязева (псевдоним художника Ю. Анненкова) — это скорее настоящий экспрессионизм. Ну, а обериут Д. Хармс, которого тоже печатал НЖ? Не отнес бы я к реалистам и М. Цветаеву (в НЖ была, в частности, напечатана ее пьеса “Червонный валет”). Да и В. Яновский, чья проза особенно часто появлялась в НЖ, с трудом укладывается в понятийные рамки реализма.

И все же для прояснения вопроса так называемый авангард, хотя и не был никогда табу для НЖ, но всегда оставался на периферии наших интересов.

С.А. На страницах Нового Журнала доминируют средние и малые жанры. Чем это вызвано?

В.К. Мы зависим от редакционного портфеля. В нем имеются произведения разных жанров, и нет ни одного романа. Все романы, которые присылали в НЖ на моей памяти, были произведениями-середнячками.

Прочитывая их - от начала до конца - я не испытывал решительно никакого энтузиазма. То есть сам по себе жанр романа не является табу. Просто в поле нашего зрения не попадают романы, достойные публикации в НЖ. Мы сравнительно недавно напечатали большой роман Яновского, долгое время оставшийся неизвестным.

Напечатали также большие растянувшиеся на несколько журнальных номеров воспоминания писательницы первой эмиграции Даманской. За годы моей работы в качестве главреда было напечатано несколько довольно больших повестей.

Не забудем также что журнал наш не ежемесячный, а в ежеквартальнике давать вещь с “продолжение следует” в общем-то не следует, т.к. три месяца между очередными выпусками журнала — слишком большой промежуток времени, чтобы рассчитывать на адекватное читательское внимание и читательскую память.

Как правило, все, о чем мы хотим сказать, мы говорим в рамках одного номера, без откладывания на потом. Но исключения бывали и бы

вают, причем не столь уж редко. Например, из номера в номер печатались романы Алданова “Истоки” и “Бред” и его же “Повесть о смерти”. Но это был вкус и воля Алданова. С продолжениями печатался роман Н. Берберовой “Мыс бурь” и повесть В. Вейдле “Вдвоем друг без друга”. Особенно много печатался с продолжениями Гайто Газданов, но он, безусловно, один из наиболее выдающихся прозаиков. Теперь такого уровня романистов, кажется, нет. И лучше не печатать современных романов, чем занимать сотни страниц посредственной прозой, чаше всего аморфной, рыхлой и претенциозной.

С.А. Какие публикации были наиболее важными за последние годы?

В.К. Со времени, когда я стал гл. ред. НЖ (в конце 1995), в нем были опубликованы следующие значительные и замечательные произведения:

  • неизвестные рассказы писателей 1-й эмиграции - Александра Кондратьева, Георгия Иванова, В. Набокова, В. Яновского, Г. Газданова, Ир Грэм;
  • роман Василия Яновского “Ересь нашего времени”; неизвестный вариант романа Евг. Замятина “Бич Божий”;
  • повесть Андрея Столярова (СПБ.); рассказ Бориса Евсеева (Москва) - в № 215;
  • рассказы писателя-эмигранта, живущего в Калифорнии, Ю. Дружникова;
  • стихи поэтов первой эмиграции Арсения Несмелова и Ивана Акимова;
  • стихи лучших поэтов 2-й эмиграции - Кленовского, Моршена, Ильинского;
  • стихи поэтов 3-й эмиграции (Бобышев, Е. Терновский , Вацлав Стукас);
  • неизвестные стихи поэта-акмеиста Вл. Нарбута;
  • стихи современных российских поэтов, а также поэтов из бывших республиках Советского Союза - С. Стратановский (Петербург), Н Князихина (Петербург), Л. Григорьян (Ростов), Ген. Красников (Москва), Изяслав Котляров (Беларусь)
  • первоклассные мемуары А. Бахраха “По памяти, по записям”, Ирины Грэм (№№198200), А. Шварца о Михаиле Булгакове, А. Даманской “На экране моей памяти”; “Воспоминания” Веры Лурье; дюжина или более бесценных мини-воспоминаний; “Разъединенное” Эриха Голлербаха; “Гибель молодой Чураевки” австралийского поэта Мих. Волина;
  • дневники В. В. Розанова, В. С. Яновского , записные книжки Зин. Гиппиус;
  • письма Г. Адамовича, Бальмонта, 3. Гиппиус, Р. Гуля, Георгия Иванова, Влад. Ходасевича, Л. Шестова, С. Булгакова, И. Бунина о Павла Флоренского, Дм. Кленовского, Павла. Милюкова, Б. Пастернака поэтессы Лидии Алексеевой; письма Алексея Скалдина Вячеславу Иванову;
  • литературоведческие статьи В. Сечкарева (об Алданове), С. Сендеровича (о Набокове), Р. Скрынникова “Дуэль Пушкина”, Юр. Линника - статья о Б. Поплавском, Марка Альтшуллера (две статьи о Пушкине), Татьяны Юрченко (о Бунине), “К генеалогии “Легкого дыхания”; Ю. Левинга (о Набокове);
  • неизвестные статьи авторов эпохи Серебряного века Алексея Скалдина и Артура Лурье (выдающийся композитор, друг А. Ахматовой);
  • интервью с акад. Д. Лихачевым (СПб ), с молодым известным прозаиком А. Варламовым (Москва), с замечательным поэтом О. Ильинским (Н Йорк).

Здесь я перечислил только те произведения, которые без колебаний были бы опубликованы в любом русском толстом журнале. И надо сказать, я даю этот перечень не без чувства гордости за НЖ.

С.А. Какие литературные традиции Нового Журнала Вы считаете наиболее важными?

В.К. О традициях НЖ. Публиковать то, что талантливо, а не то что “необходимо напечатать”. Не печатать вещей, написанных вульгарным языком или в вульгарном вкусе. Сохранить характер НЖ как уникального периодического издания, как наследника парижских “Современных записок” и как старейший в русском Зарубежье толстый журнал. Не превращать НЖ в чисто литературный ежеквартальник, но как и в предшествующие десятилетия, освещать вопросы мысли и веры, культуры и истории. Безусловно, литература — ведущий род публикаций, но в то же время предоставлять трибуну людям искусства (живопись, театр, музыка). Не последнее место в нашей традиции занимает идея преемственности поколений, т.е. непрерывности культуры, и НЖ остается единственным в этом роде изданием на русском языке. Отрицание ненависти, тоталитаризма, шовинизма. Свободная мысль, свободное творчество — смысл существования журнала. Это особенно чувствовалось в эпоху советского режима. Но чувствуется и теперь, ибо журнал не является коммерческим, не подвержен цензуре, не зависит от чьей бы то ни было политической воли, от принадлежности к какой-то партии или политической группировке; не зависит и от финансового диктата. И авторы наши печатаются в НЖ не ради заработка (у нас нет возможности платить гонорары). В годы советской власти журнал выполнил миссию по сохранению духовных основ русской культуры. Времена изменились, но память об этой миссии поддерживает иммунитет к бездуховности. При широкой общей терпимости— нетерпимость к антикультуре. Наш журнал — связующее звено между Россией и русским Зарубежьем. Вместе с тем НЖ был и остается голосом русского Зарубежья. И последнее — не снижать того интеллектуального и культурного уровня, который был получен от наших предшественников.

С.А. В чём Вы видите задачи литературной критики на страницах Нового Журнала?

В.К. Задача критико-библиографического жанра в НЖ не может быть сведена только к литературной (ремарка В. Крейда) критике. В поле наших рецензентов и авторов критических статей попадает также литература по искусству, мемуары, книговедение, справочные издания, политология, культурология - и не только книги, но и альманахи, коллективные сборники и в отдельных случаях академические журналы. Печатается много отзывов на книги по истории и историографии. Но отзывов на новинки художественной литературы, конечно, больше. Основная задача — показать, что издается в эмиграции; на втором месте - стремление показать в меру наших возможностей, что издается в России. Возможности наши скромные, и тем не менее в каждом номере мы помещаем больше рецензий, чем, скажем, в “Новом мире”, “Октябре”, “Звезде”, “Знамени” вместе взятых. В отделе Библиография участвуют люди разных профессий. Например, М. Раев, Г. Иоффе, Б. Литвак — крупнейшие историки России, живущие в эмиграции. А. Либерман — филолог-германист, С. Голлербах — художник и знаток истории искусства; В. Казак, М. Альтшуллер, И. Серман, Е. Краснощекова, покойный В. Сечкарев — крупнейшие современные историки русской литературы.В. Синкевич, А. Грицман, И. Машинская, В. Гандельсман, М. Гарбер, О. Ильинский, Н. Сарафанников, Д. Бобышев — поэты. И. Куксин — инженер-гидролог. Б. Хазанов — известный писатель-прозаик В. Лебедев — по образованию философ. Р. Полчанинов — специалист по эмигрантике (разные аспекты культуры русской эмиграции). Э. Штейн -- специалист по “русскому Китаю” В. Молодяков — специалист по Японии; он же знаток поэзии Серебряного века, автор четырех книг о Брюсове. Среди наших авторов — не только эмигранты и не только авторы из Москвы и Петербурга, но и иностранные ученые-слависты: Брейар - профессор Лионского университета, В. Казак — профессор Кёльнского университета, М. Вахтель — профессор Принстонского университета.

С.А. Считаете ли Вы допустимым употребление писателем бранной лексики?

В.К. Бранная лексика полностью исключена. Почему? Ответы могут быть разные. Например — такова наша традиция. Или употребление бранной лексики изменило бы облик нашего журнала. Мы знаем также, что бранная лексика оттолкнула бы нашего читателя. И в общем: невыдержанная лексика воспринимается не только как знак раскованности и коррумпированной “современности”, но и как знак антикультуры.

С.А. Какую поэзию стремится донести до читателей журнал

В.К. Публикациям современных поэтов в НЖ отводится, я считаю, довольно много место. Иногда — два листа. Но обычно, кроме, современных поэтов, публикуются еще и неизвестные, вновь открытые произведения поэтов прошлых поколений. В целом, я думаю, отдел поэзии отличается разнообразием. Его участники — зарубежные поэты четырех эмигрантских “волн”. Кроме того, печатаются поэты из ближнего зарубежья (Украина, Беларусь, Латвия и др.). Печатаются поэты из Москвы, Петербурга, российской провинции. Печатаются поэты разных поколений (например, И. Акимову более 90 лет, а Саше Стесину, кажется, нет еще 20). Наша задача: показать, какая поэзия существует в эмиграции, выбрать всё самое талантливое — то, что действительно является поэзией, а не просто версификацией.

С.А. Чем вызвано отсутствие заметных драматургических произведений?

В.К. “Заметные”, если воспользоваться Вашим словом, драматические произведения в НЖ печатались. Например, “Багровый остров” Булгакова, его же “Зойкина квартира”, его же киносценарий “Ревизор”, пьеса Р. Гуля “Товарищ Иван”; трагедия “Атилла” Е. Замятина, сатирическая пьеса Ю. Кроткова “Сталин”; его же киносценарий “Борис Пастернак”; киносценарий Льва Лунца “Восстание вещей”, пьеса М. Цветаевой. Знаменитая пьеса Эрдмана “Самоубийца” также впервые была опубликована именно в НЖ. Но все это в прошлом. Изменился сам характер литературы. В основном мы ориентируемся на эмигрантскую литературу, а в ней драматический жанр развит лишь в очень слабой степени. За почти четыре годы своей редакторской работы я смог отобрать для публикации только одно произведение драматического или точнее приближающегося к драматическому жанру. Несколько присланных в редакцию пьес было отвергнуто из-за невысокого их художественного качества.

С.А. В чём Вы видите вклад Нового Журнала в современную русскую культуру?

В.К. Вклад состоит уже в том, что мы публикуем произведения, которые в русской литературе останутся, а некоторые останутся надолго. Кроме того, у нас может быть как ни в одном другом русском журнале чрезвычайно широкая аудитория и читательская, и авторская. Журнал идет в 32 страны, а наши авторы живут в России, США, Канаде, Франции, Германии, Румынии, Болгарии, Англии, Австралии, Китае, Японии, Финляндии, Украине, Латвии, Беларуси и в других странах. Мы опубликовали на страницах журнала целую мемуарную библиотеку. Поэзия в НЖ представляет собой уникальную антологию лучших эмигрантских поэтов за последние 60 лет. Журнал является первостепенным источником для славистов во многих странах. В журнале опубликовано великое множество всевозможных архивных документов (письма писателей, историков, художников, политических деятелей, дневники и многое другое).

С.А. Какие явления, по Вашему мнению, должна поддерживать и против чего выступать публицистика в Новом Журнале?

В.К. НЖ всегда был против нетерпимости, против национализма, против тоталитарного мышления. Поддержки заслуживает публицистика, которая осмысливает нашу историю (например, очерк Фельштинского “Вожди в законе”, очерк Г. Иоффе “Русская революция на страницах “Нового Журнала”), русскую национальную трагедию XX века (например “Гений и злодейство” А Шварца; “Может ли повториться Чернобыль” Тиктина; Г. Иоффе “Кремль и Ипатьевский дом”); российское сегодня (Марк Поповский “Привычка свыше нам дана”); осмысление опыта русской эмиграции (много статей на эту тему); например, А. Квакин “Россия познаёт русское Зарубежье”; В. Леонидов “Россия в Праге”; целый ряд публикаций о русском Китае (М. Поповский “Мы здесь не первые”); тема религиозной веры; осмысление наследия Серебряного века; судьбы русской демократии (Г. Свирский “Атланты держат небо”); современные философские искания (О. Донских “Страх воли”). Говоря о публицистике, мы печатаем статьи профессионалов (а не журналистов) — например, высокопрофессиональных историков и др. Газетные темы, имеющие кратковременный интерес, полностью исключены.

С.А. Какие важные публикации в планах Нового Журнала?

В.К. Будут опубликованы отличные рассказы современного эмигрантского писателя Евгения Терновского (Париж), исключительно интересные воспоминания о Пастернаке; превосходные стихотворения Н. Моршена (Калифорния), О. Ильинского (Н-Йорк), Г. Красникова (Москва); архивные материалы о Юрии Олеше; статья о том, как книги русских императоров попали в Америку; письма Павла Флоренского и Георгия Адамовича; возможно, и письма Бердяева; неизвестные стихотворения Д. Кленовского; цикл “Владивостокские ямбы” последнего ученика Фета — Дм. Шестакова; воспоминания крупного московского историка, доктора исторических наук о противостоянии президента и Думы в 1993 г; неизвестные тексты Куприна; письма Репина, Валерия Перелешина и многое другое.

С.А. Ваша характеристика современного литературного процесса в России.

В.К. Фактически это не вопрос, а тема для диссертации. Говоря о России, отрадно, что есть — и очень немало — по-настоящему талантливых людей среди молодых (двадцатилетних и тридцатилетних). Говорить о процессе трудно, поскольку все меньше и меньше былого единообразия. В пределах современной русской литературы можно найти целую галерею всевозможных автономий. Это и бывшие советские писатели и бывшие диссидентствующие, и так сказать, современные классики (Битов, Евтушенко), и бывшие деревенщики и разнообразный авангард (с одной стороны, постмодернисты; с другой — нечто вроде неофутуристов, хотя себя они так не называют). Есть реалисты и экспериментаторы. Есть произведения, ориентированные на феминизм, и на нетипичную сексуальность. Есть маслит и серьезная философская проза и лирика. Есть клановая столичная литература, считающая себя элитарной и есть многообразная и нередко талантливая литература провинции. Можно заметить различия между московской и петербургской литературой. Можно говорить о литературе России и литературе ближнего зарубежья; о литературе стариков (например, Солженицын) и о литературе совсем молодых людей. О литературе, ориентированной на западные ценности, и о литературе, подвергшейся влиянию духовности Востока. О литературе патриотов и литературе “либералов”). Литература, ориентированная эстетически, и литература, так сказать, кондовая. Картина пестрая, многослойная, плюралистическая. Это отрадно. Есть и негативные аспекты этого трудно уловимого литературного процесса, необузданное влияние массовой литературы на художественную литературу. Например, “чернуха”, вульгаризация, порча языка, разнузданность. Во всяком случае современная российская литература — это многоэтажная эклектическая постройка, в которой можно найти и замечательные достижения и пласт массовой серости и образцы откровенного падения, и примеры намеренной сенсационности (Радзинский и ряд др. авторов).

Рольставни отлично защищают окна от негативного воздействия. Сейчас существует множество разных видов рольставней. Ремонт рольставней можно заказать на сайте profeservice.ru. Здесь работают опытные мастера.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?