Независимый бостонский альманах

РАЗМЫШЛЕНИЯ НАД ПИСЬМОМ АКАДЕМИКОВ

05-07-2007

Десять академиков открыто объявили глубокоуважаемому Владимиру Владимировичу – и всем остальным тоже - об опасности клерикализации страны (см. например http://forum.msk.ru/material/news/367278.html). Клерикализация, согласно письму, выражается в следующем:

Алексей Буров

  • В попытке ввести богословие в список научных специальностей ВАКа;
  • В религиозных церемониях окропления боевой техники;
  • В широком освещении религиозных церемоний с участием представителей власти;
  • В стремлении церкви навязать школам «основы православной культуры»;
  • В угрозе «материалистическому научному мировоззрению» навязываемым библейским учением о сотворении мира.

Тема отношения церкви и общества, религии и культуры, несомненно, важна. Обсуждается она уже не первый год, вот и еще один отклик с олимпа науки. Но вот читаешь послание академических светил – и грустно местами становится. От больших ученых ожидаешь все-таки какого-то объемного взгляда, добротно выраженной мысли, на худой конец, хоть образованность ожидаешь встретить. Увы. Возмутившись окроплениями ракет и перспективой увидеть теологов в коридорах ВАКа, академики выставили старый жупел борьбы науки и религии. Читателю письма уверенно сообщается, что

«Вообще-то все достижения современной мировой науки базируются на материалистическом видении мира. Ничего иного в современной науке просто нет. Прекрасно высказался на эту тему известный американский физик, лауреат Нобелевской премии С. Вайнберг: "Опыт ученого делает религию совершенно несущественной. Большинство ученых, которых я знаю, вообще не думают на эту тему. Они настолько не размышляют о религии, что даже не могут считаться активными атеистами" (New York Times, 23 августа 2005 г.).»

Как сама мысль, так и подтверждающая цитата производят сильное впечатление. В свое время академики были студентами и аспирантами, сдавали марксизм-ленинизм. Видимо, блистательная мысль о том, что наука основана на материалистическом видении, так и осталась в их головах с той золотой поры – кроме как в болоте под названием «диамат» эта ахинея нигде и не водится. Ладно, диамат сдали, и потом, очевидно, «вообще не думали на эту тему». И пусть бы. Заняты своими делами, недосуг философствовать. Даже недосуг поинтересоваться взглядами хоть творцов физики ХХ века. А если бы поинтересовались, то узнали бы, например, что взгляды Планка, Эйнштейна, Бора, Гейзенберга, Шредингера, Борна, Сахарова остановимся хоть на этих именах – никак материалистическими назвать нельзя; более того – каждый из них так или иначе верил в Бога. Такой вот конфуз выходит с «материалистической базой». Видимо, за долгую жизнь в науке недосуг академикам было ознакомиться со взглядами Эйнштейна и Бора. Ладно, всякий человек ограничен, в конце концов. Но вот для светила науки вещать президенту и миру элементарную безграмотность очень должно быть не к лицу. А после приводимой цитаты Вайнберга вообще возникает вопрос они хотя бы понимают, что пишут? Вайнберг-то недвусмысленно заявляет о безразличии ко всем религиям-философиям - не тема, мол, это для ученого. Ни материалистическая, ни религиозная база Вайнбергу вообще по его словам не требуется. Если уж о чем свидетельствует Вайнберг – так о независимости моровоззрения и научной деятельности – никак не о базировании науки на материализме.

И действительно - пространство науки – мир, как причинно обусловленное, как царство закона, необходимости. Наука основана на воспроизводимых наблюдениях, желательно - фиксируемых приборами и выражающихся в числах. Изобретая понятия и законы для описания воспроизводимых, безличных, и даже бесчеловечных наблюдений, наука не задается вопросами о природе самих открываемых ею законов – с нее достаточно великой задачи их отыскивать. Дело же религии совсем иное. Кратко его можно было бы охарактеризовать как сопряжение человека с гармонией мироздания, с космосом. Сама проблема сопряжения возникает из переживания изначальной свободы человека – пространство религии есть царство свободы. Переживание мира как великой гармонии, личная с ней связь, следующий отсюда смысл жизни и открывающийся источник духовной и нравственной силы – вот в самых общих чертах пространство религии.

Но одно дело – отношение рели
гии и науки, и другое вопрос о месте церкви в институтах власти и общего образования. Все-таки письмо академиков в основном о втором, они пытаются остановить надвигающуюся клерикализацию. Оправданно ли их беспокойство? Несомненным фактом является то, что Россия находится в условиях тяжелого духовного кризиса – господство морального и правового нигилизма, утрата смысла жизни, самоистребление наркотиками и алкоголем – как выходить из этого состояния, на что опираться? Из краткого определения религии, данного выше, следует, что по сути Россия находится в состоянии именно религиозного кризиса. Требуется религиозное возрождение, которое не может не быть в большой степени возрождением православия. И слава Богу, дело как-то идет – восстанавливаются старые и возводятся новые храмы, проповеди звучат и в храмах, и по телевидению, священники становятся публичными людьми, отстаивая ту или иную позицию через средства массовой информации. Но речь все-таки о другом – о сближении церкви и власти.

Властная вертикаль, построенная по византийскому, если не по древнеегипетскому, образцу, нуждается в освящении, в помазании, в источнике легитимности – без церковной санкции авторитарная власть крайне неустойчива, и в этом запрос власти к православной церкви. С другой стороны, церковь как институт не может не соблазняться ресурсами власти. Возникающая в силу такого тяготения клерикализация есть явление губительное как для дела цивилизации, так и для дела церкви. Относительно дела цивилизации - использование церкви как идейной опоры древнеегипетской вертикали препятствует политическому развитию страны, консервируя посткоммунистическую стагнацию, возлагая на церковь ответственность за эту вопиюще анахроничную гнилую власть. Навязывание православия как обязательного государственного учения несовместимо ни с уважением к другим конфессиям, ни с гражданскими свободами, ни со свободомыслием. Соронники клерикализма не понимают, не хотят понимать что сращивание церкви и государства в конечном счете пагубно и для самой церкви. Сервильная позиция церкви несовместима с требующимся духовным лидерством. Навязывание какого-то мировоззрения на пользу этому мировоззрению не пойдет – напротив, оно вызовет обязательную реакцию протеста, вплоть до крайней ненависти. Именно такого сорта ненависть питала атеистическое насилие первых советских десятилетий. А в поздние годы советской власти навязываемый атеизм по той же причине пробуждал тягу к религии. Религия дело ума и сердца человеческого, христианство – дело любви к Богу и человеку. Любви - а не насилия. Насильно мил не будешь, как известно. Стремление навязать православие через союз с властью – есть старый мертвящий путь Великого Инквизитора, путь, отрицающий прежде всего Христа, приговариваемого Инквизиром к сожжению. А потому, сознавая это или нет, выступающие против клерикализации работают на удержание русской церкви от ее старого соблазна, то есть, в конечном счете, работают на оздоровление церкви и общества в целом. В этом – важная, полезная сторона письма академиков, за это им спасибо.

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?