Финский путь для Украины

04-12-2021
  • pastukhov 

    В России была ситуация, при которой есть фактическая остаточная серьезная зависимость украинской экономики от российской. Есть и зависимость российской экономики от украинской. Это сложный процесс. Но если подвести черту, то зависимость украинской экономики от российской экономики была значительно больше, чем зависимость экономики российской от украинской. Мы сейчас видим это по итогу. Потому что российская экономика, пережив этот разрыв, конечно, очень много потеряла, с моей точки зрения, может быть, даже перспективы стратегические, но при этом выжила. А украинскую экономику, ее колбасит.

    В этом нет ничего обидно для Украины и украинцев. И я объясню, почему. Потому что эта ситуация имела место быть ровно 30 лет назад с другим, очень уважаемым государством, которое пережило такой же кризис, когда отцеплялось от своей зависимости от России. Это государство называлось Финляндия. Потому что Финляндия после 46-го года проводила замечательную мудрую политику, которую во многих странах бывшего СССР было бы очень полезно изучить. Потому что она, конечно, ущербная с точки зрения темпов национального строительства, но крайне выгодная с точки зрения создания фундамента своих экономик.

    В Финляндии 20% населения с лишним оказались безработными в результате распада СССР. Не 3, не 5, не 10 – 20% населения рабочего, взрослого населения оказалось безработными. Страна переживала тяжелейший кризис. Все те финские сапоги, финские костюмы…

    Дальше Финляндия сцепила зубы, не пошла отвоевывать Карельский перешеек, хотя прав у него на него не меньше, чем у России на Крым или у Украины на Крым. Пережила. Прошла через тяжелейший структурный кризис. Полностью изменила формат своей экономики. И тогда, собственно, поперли эти Nokia, эти финские программные продукты,. Смогла переориентироваться и встать абсолютно на свои ноги через какое-то время.

    Поэтому вот этот момент зависимости – это не порок какой-то. Это проблема исторического наследия. Но у каждого есть свое. У меня есть свое наследие – близорукость. Чего мне делать? Вот получил, живу с ним. И соответственно, надо приспосабливаться с этим жить. Потому что если ты будешь бороться с этим внутри себя, ты ничего не сделаешь.

    Вот в чем проблема. То есть проблема была в том, что была реальная ситуация, которую заболтали, которую не захотели увидеть.

    Дальше была проблема… Давайте вспомним, с чего начиналось. Ее же никто не помнит. Крым стер всё. Но в реальности что было до Крыма? А до Крыма был спор о таможенных зонах.

    И вот здесь было три стороны в этой дискуссии, как сейчас с Америкой: Россия Украина и Евросоюз. Россия предлагала как бы щедрую «братскую» любовь, говорила так: «Мы тебя проглотим. И внутри у нас в желудке жить ты будешь ни в чем не нуждаясь, поставлять мы все тебе будем по внутренним ценам….».

    Украина – и я здесь украинцев понимаю – они сказали: «Нет, ребята, свобода стоит дороже». Эта часть мне очень нравится. «Вот свобода стоит дороже. Не надо нам ваших тарифов, свободный рынок, дотаций по цене на газ. Забирайте себе взад (назад имеется в виду). Торгуйте с Китаем. Мы пройдем через тяжелейший кризис, но переживем».

    Украина сказала: «Мы хотим и там, и там. А можно вот так, чтобы мы остались и частью свободной зоны торговли с Россией и одновременно стали ассоциированным членом Евросоюза и вошли туда?».

    На это Москва идти не хотела. И, собственно, это же было камнем преткновения где-то полгода. Дальше шли, как сейчас, США шли в Евросоюз и говорят: «Давайте мы как-то на троих здесь сядем».

    Что сказал Евросоюз? «Не наша проблема». А вот когда вошли эти зелененькие человечки куда только можно влезть. Начали с Крыма.

    И в других местах они были, не будем указывать пальцами. Вдруг Евросоюз согласился на Минский формат, на участие в ОБСЕ. Это называется догоняющая политика. Понимаете, потому что все за 90-е годы забыли, как выглядит русский медведь, что всем стало казаться, что русский медведь – это что-то вроде небольшой кошечки домашней. Он медведем так и остался, понимаете?

    Вообще надо помнить одну вещь. Любая страна – Россия, Украина, любая – это не только то и те, кто живут сегодня, здесь и сейчас. Мы в себе носим и все те поколения, все те ресурсы, просто память тех, кто жил до этого. И бывает, как у человека: периоды плохой погоды, периоды хорошей погоды. И поэтому когда Россия съеживается, то всем начинает казаться, что это уже конец. А это иногда бывает только начало. Потому что надо помнить всю эту историю, которая была и после, честно говоря, просчитать…

    Так вот ситуация следующая. Если бы на той точке Россия сказала: «Ну ладно, ребята, дело ваше. У вас был выбор. Мы выстраиваем жесткую таможенную границу. Больше газ по этим ценам…». Ну украинцы бы, естественно, бы потребовали аренду Черноморского флота втридорога. Пришлось бы подумать, готовы ли мы за это платить…

    Но слушайте, не Ельцин – Путин ушел из Вьетнама и Кубы. По экономическим соображениям.

    С военных баз. Вот все что угодно можно говорить. Все 90-е… теперь мы, благодаря Илларионову знаем, что самые голодные годы – тоже он опубликовал – Гайдар дает 200 миллионов на поддержку базы в Кубе. Поэтому если бы на этой точке остановились, мы бы имели какую ситуацию? Мы бы имели довольно сложную экономическую ситуацию на Украине, из которой она могла бы выйти с честью как Финляндия…

    Давайте никому не отказывать в своем праве… Я много думаю, естественно, об Украине. Там все по-разному. Да, были два поражения, которые обусловили этот кабальный мир Минский – Иловайск и Дебальцево, позорные поражения украинской армии. Но была и оборона Донецкого аэропорта, была оборона Мариуполя, которые многим сделают честь. Поэтому давайте никому не отказывать…

    Украина могла выйти из этого положения с честью, перестроившись. Могла выйти не с честью, провалившись. Мог бы быть сценарий «Умного голосования», какого-нибудь Иванишвили, который бы пришел к власти в Украине. Тогда Медведчук был бы не под домашним арестом, а занимал бы пост сейчас президента Украины, в том сценарии, если бы провалились.

    То есть это была бы такая длинная игра, она была понятна. Но если мы говорили о Явлинском, то я уверен, что Явлинский остановился бы на этой точке.

    Вот дальше получилось то, что с катушек слетели, понимаете? Тогда было очень много мотиваций. Потому что на самом деле Россия тогда выходила из своей собственной несостоявшейся, неудачной революции, которая была следствием медведевской, Дмитрия Медведева, слабой, но тем не менее попыткой запустить перестройку 2.0.

    На этой волне развился Болотный процесс. Из Болотного процесса выходили вовсе не так легко, как это кажется сегодня с высоты последнего десятилетия. Очень хотелось выпихнуть революцию наружу. И возникла дополнительная мотивация. Какая? Запустить имперский проект. Он, конечно, вынашивался давно.

    То есть идея победить революцию путем запуска имперского проекта.

    И поэтому дальше все уже разговоры о каких-то справедливых отношениях, о том, что все там сложно, получилось, они бессмысленны. Вот, к примеру, живут два соседа. У них сложные отношения. Один другого разоряет, один слово сказал плохое, другое ему два в ответ. Тот – три… То есть в нормальной жизни трудно сказать, кто из них лучше выглядит. Потом один берет и другого убивает. Чего уже дальше говорить о том, кто был прав, кто неправ. Если ты его убил, то уже все понятно, кто виноват раз и навсегда.

    Поэтому здесь это очень сложная ситуация, которая имеет очень много уровней. И она очень болезненная для трактовки. Потому что когда ты начинаешь об этом говорить во всех деталях, то ты не находишь, к сожалению, поддержи ни у одной, ни у другой стороны. То есть ты обречен, собственно говоря, на две вещи: либо ты молчишь на эту тему, либо ты говоришь, то, что нравится другой стороне и тебя поддерживает половина; либо ты говоришь, что думаешь – и тебя закапывают с обеих сторон.

    И в итоге я считаю, что мы из этой ямы не выйдем… Мы – это Россия, Украина и мир. Что на самом деле проблема состоит в том – с Байденом, без Байдена, с Блинкеном, без Блинкена – сегодня ситуация, когда всем выгодна война на Украине. И, с моей точки зрения, стороны ищут повода для нее.

    Война-война. Я считаю, что блеф – это внешняя оболочка. В реальности угроза войны колоссальна. Потому что Путину война нужна. Потому что или сейчас, или никогда. Сейчас такая ситуация, когда это можно сделать безболезненно, дайте только повод.

    У Зеленского главный фронт сегодня не российский, а внутренний. А ему бы вообще хорошо, чтобы они тут занялись друг другом и отвлеклись от других проблем.

Комментарии
  • Bam - 04.12.2021 в 09:47:
    Всего комментариев: 37
    Короче опять субъективация Путена. Хорошо, что в отличии от Пастухова я ещё помню про то время, когда России не было и Рим был центром Галактики. Но всё течёт и Показать продолжение
    Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 4
    • сергей - 05.12.2021 в 17:48:
      Всего комментариев: 11
      В землях лаптей и какошников считают, что это США их заставит оккупировать украинские Крым и Донбасс? Так проявите волю - верните украденное
      Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 0
      • Уфч - 06.12.2021 в 08:51:
        Всего комментариев: 1139
        Чувак, нам бы проявить волю - вернуть свои руки и ноги, поставить свою голову. А потом всё равно - Аляска наша, Калифорния наша. Тут я с Клинтонихой-хатун, Чингизидами Показать продолжение
        Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 1
  • net - 04.12.2021 в 22:57:
    Всего комментариев: 298
    Это,как там-лишь бы не было войны. А Киев-это,значится,-мать городов русских. Ну и, если завтре в поход...Москвашвея!
    Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 1
  • ВС - 05.12.2021 в 06:35:
    Всего комментариев: 343
    Поток сознания... Но всё равно Пастухов - это Бриан, это голова! Я бы ему палец в рот не положил. Во-первых, незачем. А во-вторых, он бы не дал.
    Рейтинг комментария: Thumb up 1 Thumb down 3
  • PP - 06.12.2021 в 17:43:
    Всего комментариев: 394
    Для бандеровской швали финским может быть только нож.
    Рейтинг комментария: Thumb up 3 Thumb down 5

Добавить изображение