Независимый бостонский альманах

ВЕЛИКИЙ И МОГУЧИЙ ПРИ РАЗНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ

01-01-1998

sabЛингвистике неизвестно деление на хорошие или плохие языки. Любой язык имеет свои уникальные особенности достойные научного изучения. Лингвисты классифицируют языки по своим критериям. Нелингвисты оценивают языки иначе. Один, самый важный, зовется «родная речь». Советские школьники знали, что великий и могучий русский язык хорош и для науки и для любви не в пример однобоким западноевропейским языкам. Государственного языка в Советском Союзе по официальной доктрине не было, зато было подразделение на языки народов СССР и иностранные. Но не всему населению СССР было дано называть свою речь языком народов СССР, советские поляки и корейцы не говоря уже о немцах говорили на иностранных языках. А после распада СССР с появлением различных государственных языков, возникла новая категория языка - межнационального общения, в России таким языком считается русский, но политики новых государств упорно предпочитают общаться между собой на плохом английском, нежели на хорошем русском. Один мой бывший сотрудник, получивший отказ в выездной визе в Израиль, с возмущением рассказал мне, что советская антисемитская пресса окрестила иврит «реакционным» языком. «А знаешь ли ты, какой культурный заряд несет иврит? -ж продолжал он - Любой израильский ученик третьего класса может читать Библию в оригинале!». «Но это означает, что иврит остался архаическим языком», - возразил я. «Что ты понимаешь? Да в иврите есть специальная форма множественного числа для случая, когда это число равно двум!» Мои объяснения о том, что двойственное число как раз и есть реликт того времени, когда первобытный человек знал только три числительных: один, два и «много», и что в древнерусском языке тоже было двойственное число, а теперь его не стало, привели только к нашей размолвке. Он все-таки выехал в Израиль, и я надеюсь, что за прошедшие годы его неукротимая вера в исключительность иврита не угасла со временем. Мне же в разное время и в разных местах довелось на практике прочувствовать как зависит значение русского языка от неязыковых обстоятельств.
Мое детство прошло в Баку при Сталине и позже при других. Тогда мне было совершенно ясно, что русский язык действительно великий и могучий, а азербайджанский (1) - нечто отмирающее и непродуктивное. Окружающая обстановка красноречиво доказывала это. Школы с обучением на азербайджанском языке чахли, а в русских школах половину учащихся составляли азербайджанцы.
Впоследствии я прожил несколько лет в Одессе. Там мое понимание деления языков на главные и второстепенные только утвердилось. В шестидесятые годы в Одессе украинский язык господствовал в двух местах: на Жовтневом (Октябрьском) рынке и в Оперном театре. Кроме того украинский занимал некоторые позиции в Одесском Государственном Университете, где на нём читался ряд курсов. В других местах люди откровенно игнорировали «телячью мову (речь)» и говорили по-русски. Обстановка была несколько отличной от того, что было в Азербайджане: своеобразную Одессу прижимало националистически настроенное начальство в Киеве, отчего происходили странные ситуации. Например, областному центру (каким была Одесса) не разрешалось иметь молодежную газету на русском языке (взрослую - партийную газету можно было, а молодое поколение нужно было приучать к республиканскому языку). Поэтому Комсомольська Искра выходила на украинском языке, хотя писалась на русском - тексты русскоязычных журналистов переводились на украинский и в таком виде уже шли в печать. Школы с усиленным преподаванием иностранного языка (английского, французского) тоже могли в качестве основного иметь только украинский, а не русский. Это и были единственные престижные украинские школы в Одессе. Но было всё же понятно, что несмотря на то, что оперные арии исполняются исключительно на украинском языке, другие, более важные для жизни, события протекают в русском русле.
С переездом в Ригу в середине шестидесятых годов заколебалась моя вера в официальное неофициальное разделение языков на главный - русский и отмирающие «языки народов СССР». Латыши ставили свой язык в один ряд с любыми другими европейскими языками и не считали его ни отмирающим, ни языком народов СССР, ни каким-то худшим, чем русский. Если в школах с русским языком обучения и были ученики с латышскими фамилиями, то либо это были дети «российских» латышей (приехавших из России без родного языка), либо дети от смешанных браков. Несмотря на заметное влияние русской лексики на латышскую, советские реалии не перебили традиционный образ мышления. Более того кальки с характерных латышских оборотов прочно вошли в русское словоупотребление в Латвии. Характерный пример: в Латвии и при советской власти именины оставались более торжественным событием, чем дни рождения. Более того, в латышских календарях печатались соответствующие имена к каждому числу. Все знали по календарям когда кого нужно было поздравить, а поздравляемый соответственно к этому готовился. По-латышски это называлось «вардадиена» (дословно «день имени»), что преобразовалось в оборот «день именин». Объяснить кому-то в Риге, что понятие «именины» уже включает в себя какой-то день было невозможно. В Азербайджане или на Украине такой феномен был бы исключен. Заимствования или кальки с этих языков обычно относились сугубо к явлениям из жизни коренного народа или, хуже, высмеивали их. Другой пример: хотя для русского слова «товарищ» и существовал латышский эквивалент «биедрис», такое обращение было возможно только на партийных собраниях. При обращении к незнакомому латышу на улице или в трамвае как к «товарищу» нужно было быть готовым к ответу вроде того, что «Я Вам, Уважаемый, никакой не товарищ.»
С началом перестройки языковая принадлежность стала простым и очевидным, а потому и самым важным, политическим критерием. Последовательные «практические языковеды» рассуждали так:
1. Живешь в Латвии, должен уметь говорить по-латышски. Если не умеешь, значит презираешь народ, на земле которого ты живешь, землю которого попираешь и т.д. в почвенном стиле.
2. Если ты лучше говоришь по-русски, чем на своем национальном языке, то это означает, то что ты презираешь и попираешь также и свой собственный народ и потерял всякую связь с традициями. При этом, те русские, кто по каким-то причинам овладели латышским лучше, чем родным языком (жили в колхозе, были вынуждены учиться в латышской школе, т.к. до нее можно было легче добраться) парадоксально объявлялись образцом для подражания.
3. Билингвизм вреден для умственного развития. Тот, кто с детства говорит на двух языках, не может в совершенстве овладеть ни одним из них, т.к. они будут взаимно отрицательно влиять друг на друга. Правильный путь: до совершеннолетия шлифовать родную речь, а потом выучить какой-нибудь иностранный язык, желательно немецкий или английский.
После объявления независимости Латвии языковая принадлежность перешла из теоретических категорий в практические. Одним из первых был принят закон о языке. Латышский язык объявлялся Государственным и остальные языки получили статус иностранных. Любую общественную/официальную деятельность вплоть до устного общения на работе предписывалось проводить исключительно на Государственном языке. Однако, хоть латышский и не был мертвым языком вроде древнееврейского, всё равно необходимо было вновь создавать техническую, научную и всякую другую лексику, что дало работу для немногочисленных технических специалистов-латышей. Нетехнические и неспециалисты, но латышского происхождения тоже нашли работу - обучение русскоязычных Государственному языку.
Главной целью закона о языке было прищемить всех, кто не очень хорошо владел Государственным. Кто не закончил латышскую школу должны были сдать экзамен для получения сертификата одной из трех ступеней владения Государственным языком. Даже дворники и уборщицы должны были получить такой документ о преодолении низшей первой ступени. Газеты пестрили объявлениями о курсах и частных уроках с обязательной припиской: «Гарантируем сдачу экзамена по Государственному языку.» А тех, кто уже сдал экзамен проверяли языковые инспекторы, которые ходили по учреждениям и частным фирмам и искали любую бумагу на русском языке или проверяли насколько хорошо любой работающий может изъясняться на Государственном языке, после чего штрафовали. Тому кто был оштрафован раза три приходилось уходить с работы. Русский язык перешел в осадное положение. Но русские всё равно не могли осознать того факта, что теперь они стали эмигрантами и живут за границами своего родного государства.
Характерно, что и в этих условия одна из русскоязычных рижских газет развернула дискуссию о чистоте русского языка. Но какая может быть чистота языка за границей? И как может попортить русский язык в России некорректная русская речь за пределами России?
Будущее русских и русского языка в Латвии было нетрудно предугадать. Мой знакомый варшавянин «успокоил» меня: «Пройдись по варшавским кладбищам и посмотри сколько там можно найти русских имен! Где эти русские? А эти русские либо выучили польский язык и растворились в польском населении, либо куда-то перебрались, остальные же попросту умерли.» Не дожидаясь естественного окончания противостояния русского языка Государственному я выбрался из Латвии в США.
Мои отношения с английским языком начались задолго до переезда в Америку, я закончил курсы, а впоследствии несколько лет пользовался им в своей работе в международном отделе Латвийской железной дороги. Сферы применения русского и английского были строго разграничены. Любые английские термины нужно было выразить с помощью русских эквивалентов и наоборот. Это было соотношение двух равноценных языков. В США меня ожидала совершенно иная обстановка. В русскоязычных кварталах Большого Бостона свободно звучит русская речь и никакие языковые инспекторы не грозят штрафами за этикетки на русском языке владельцам магазинов, где продают гречневую крупу, любительскую колбасу, киевские торты, селедку и другие специфические пищевые продукты. Но что это за русский язык! Вместо фунта «паунд», вместо дюйма «инч», вместо мили «майл», а если прислушаться, то можно обнаружить и вовсе курьёзные построения вроде «однобедренной» квартиры (от «one bedroom apartment» - квартиры с одной спальней) т.е. двухкомнатной квартиры или машины «со стыком» (от «stick shift» - рычага переключения скоростей) т.е. автомобиля с ручным переключением скоростей. Засоренность языка англицизмами часто находится в обратном соотношении со знанием английского языка. Бедняге, еле лопочущему простейшие английские фразы, кажется, что если он скажет, что «проехал двадцать майлов трейном», то это будет уже почти по-английски, а если при каждом удобном случае он будет восклицать «Вау!» и «Окей!», то этот почти английский приобретет неотразимый американский колорит.
Но и те, кто уже приспособился к американским условиям (нашел достаточно хорошо оплачиваемую работу, неплохо говорит по-английски), тоже не озабочены судьбой своего языка в США. Более того, они стараются не утруждать себя переводом на русский специальных терминов. «Зачем мне выдумывать какие-то русские названия для всего этого, чтобы потом, когда мне это слово понадобится, опять переводить его на английский!», - вот такая аргументация.
Что же в итоге? Выводы получаются тривиальные (соответственно предмету рассмотрения - языку в нашей повседневной жизни), но, какие есть:
* Нужно согласиться с лингвистами в том, что нет хороших или плохих языков, но нельзя забывать того, что есть языки более развитые и менее развитые, и что развитость в разных областях у разных языков разная (английский - язык юриспруденции и компьютерной технологии, немецкий имеет свое название для любой самой ничтожной детальки в машиностроении, прекрасно передает тонкости философии);
* Побеждает не более хороший язык, а тот за которым стоит иная сила (в Ирландии больше говорят, а тем более больше пишут и издают на английском, чем на ирландском): нужен язык - им будут активно пользоваться и дорожить им. Не нужен - его ждет судьба русского языка в Америке, каким бы могучим и великим он ни был.
_______________________________________________________________________
(1) Коренное население Азербайджана, разделено между Ираном (где Азербайджан - крупнейшая провинция) и собственно Азербайджаном (бывшей союзной республикой СССР). Если посмотреть на карту, то видно, что иранский Азербайджан непосредственно примыкает как к основной территории Азербайджана так и к бывшей Нахичеванской АССР, и становится понятным, откуда у бывшего советского Азербайджана этот анклав в Армении (царская Россия отхватила два выступающих куска от иранской провинции Азербайджан). В отличие от СССР в Иране азербайджанцам не давали возможности развивать национальные институты, а потому там азербайджанцы по-прежнему считают себя тюрками - иранцами, у которых есть еще свой домашний язык, родственный турецкому. Азербайджанцы в нынешнем независимом Азербайджане предпочитают называть себя и свой язык Азери.
P.S. Прочитал юбилейный номер и с опозданием присоединяюсь к поздравлениям. Мои пожелания тоже неоригинальны. Я желаю Лебедю дальнейшего роста как по объему, так и по диапазону и, конечно, по количеству читателей, а в дальнейшем (если найдется финансовая поддержка) появления его в каком-то более традиционном виде напечатанным на бумаге, скажем, в виде ежегодника - один год уже прошел!

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?