Независимый бостонский альманах

КРОВЬ И НЕРВ ПРЕСТУПНОГО МИРА

07-09-1997

отвечает на вопросы корреспондента "Литературной газеты" Кирилла Светицкого Корр.:Расскажите о модели нынешней организованной преступности: откуда она взялась? что она с нами делает? и чем все это кончится? В 1991 году отечественный криминалитет получил возможность перевести теневой промышленный капитал в легитимную сферу, в том числе в сферу политическую. Как только появились избирательные кампании как таковые и возможность их спонсирования, появилась и возможность покупать соответствующие политические структуры. Достаточно хорошо известно, кто из депутатов Госдумы первого и второго созывов являлся действующими криминальными "авторитетами". И ЛДПР в этом отношении - структура не единственная. Таким образом криминалитет получил доступ в сферу законотворчества. Как только начался бешеный вывоз сырья - появилась и возможность контролировать его. Когда начались чековые аукционы, при проведении которых никого не интересовало, откуда взялись деньги, - появилась и возможность у криминалитета покупать не только особняки, но уже большие промышленные предприятия. Фактически до сих пор существует индульгенция на происхождение денег. Идеология такая: наш, хороший, преступник вкладывает деньги в нашу промышленность, и это хорошо. То есть есть все та же идея "о социально близком элементе", что и в большевистские времена. В этом плане большевики мало чем отличались от нынешних властей.

Еще одна функция все той же теневой сферы - резервное накопление криминальных капиталов. Капитализм обычно ассоциируется у нас с демократией. Но именно демократические революции позволяют вбрасывать криминальный капитал в сферу легальной экономики, то есть легализовать его.

А хозяевам этого капитала позволяют выйти из тени, занять достойные места в легитимной социальной структуре общества. Таким образом, еще со времен Древнего Рима оба названные элемента теневой среды приходили к власти в тесном сотрудничестве друг с другом и всегда проявлялась особенность, на которую следует обратить внимание: чем демократичней становилось общество, тем меньше у него оставалось возможностей сдерживать криминал.

Демократическому обществу бороться с преступностью очень трудно. Теневая часть живет по другим законам и считает себя свободной от тех норм, которыми живет легитимная часть общества. Это дает криминалу необычайную свободу.

Единственное, что реально объединяет сегодня человечество, - это финансовая и информационная системы. Распад крупных государств на более мелкие, который начался у нас в 1991 году, а затем прокатился по миру, - это не только результат политической диверсии, хотя не обошлось и без этого. Большую роль сыграла именно технико-экономическая волна дезинтеграции. В этой ситуации легитимные структуры ослаблены. А криминальные, напротив, получают колоссальные преимущества. Если использовать биологическую аналогию, то мы сегодня в глобальном масштабе имеем дело с двумя системами, на которых держится мир: нервной, в виде сферы массовых информационных коммуникаций, и кровеносной, в виде сферы банковской. Информационная сфера, естественно, важна не менее банковской, потому что позволяет осуществлять глобальный контроль. Сегодня можно смело говорить о том, что обе они уже наполовину замещены новыми, криминальными клетками. Криминалитет стал важной и неотъемлемой частью всего мирового сообщества. Если сейчас из мировой экономики выбросить все элементы, имеющие криминальную окраску, мировое хозяйство попросту рухнет. Ведь на криминалитет завязаны целые отрасли этого хозяйства.

Самый простой пример - добыча, переработка и торговля драгоценными камнями. Широко известная компания "Де Бирс" контролирует около 80 процентов рынка алмазов в мире. Отчасти ей удается удерживать свои позиции за счет межгосударственных соглашений. Но есть страны, у которых нет соглашения с этой фирмой. Например, на границе Венесуэлы и Бразилии расположены богатые залежи россыпных алмазов. У этих стран соглашения с "Де Бирс" нет, но тем не менее за пределы этих стран контрабандой вывозится практически вся продукция - от ювелирных алмазов до технических, - которая потом поступает в виде лотов на аукционы. Покупая лот, ты знаешь только количество карат, которые в него входят. Ты не видишь до момента приобретения, что находится в коробочке. Чаще всего там обнаруживаются несколько ювелирных алмазов и россыпь технических или некондиционных.

Следующая область сотрудничества мировой экономики с криминалитетом - антиквариат. Происхождение большей части лотов на знаменитых аукционах "Сотби" и "Кристи" еще как-то можно проследить. Все остальное - туманно.

Подавляющее большинство продаж на аукционах происходит от анонимных продавцов анонимным покупателям, что само по себе факт весьма многозначительный. Наркотики и сильно действующие лекарственные препараты составляют еще одну отрасль, которая нас интересует.

Чисто медицинские потребности в героине и кокаине в сотни и даже тысячи раз меньше того количества, которое производится в мире. Большая часть современных наркотиков - это синтетики. Синтетики, разумеется, производятся в нормальных условиях, на серьезных промышленных предприятиях. Сегодня существуют наркотики и сильно действующие лекарственные препараты, которые имеют как бы двойное назначение, например, кетамин. Это очень дешевый в производстве чисто синтетический обезболивающий препарат, себестоимость дозы которого меньше, чем бутылки пива. Один из заводов бывшего СССР, где было развернуто широкое производство этого препарата, находится в Даугавпилсе, в Латвии. Этой республике после достижения желанной независимости нечем стало его загрузить. Однако завод до сих пор работает на полную мощность. Практически вся его продукция нелегальным путем поставляется в Россию. А поскольку себестоимость этих синтетиков низка, а продажная цена очень высока, то фантастическая разница позволяет торговцам делиться со всеми государственными структурами, которые могли бы помешать их нелегальным операциям.

- Возьмем те же оффшорные зоны. С одной стороны, это очень благородное дело. А с другой - главным потребителем оффшорных услуг стал именно криминалитет, потому что лучшего маршрута для отмывания денег пока не существует. В мировой банковской системе можно проследить только перемещение сумм свыше 300 тысяч долларов. Для перекачки денег через оффшорные банки требуется оформлять значительно меньше документов, чем обычно. То есть еще слабее контроль за происхождением денег. Как правило, путь отмывки проходит 5 - 6 ступеней. Например, привозите наличность куда-нибудь на Каймановы острова и помещаете ее в банк. Дальше этот банк перемещает деньги уже по электронной связи "Свифт" на Барбадос. Оттуда - в Лихтенштейн, где в банках не существует ограничений на обналичивание денег.

Там получаете снова всю сумму наличными - и все, следы прервались. Деньги перевозите в Гонконг, где открываете счета в респектабельном банке.

- Сегодня трудно найти у нас банки, которые не имели бы криминальной "крыши". А любая крыша предполагает не только защиту, но и контроль за деятельностью банка. Государственное влияние в этой сфере до сих пор размыто. Сейчас вопрос о контроле оргпреступности над банками надо ставить в другой плоскости: может ли существовать банк вне ее контроля?

Теоретически, может. Практически это очень сложно.

Кроме того, среди наших крупных банков практически нет чисто российских, среди их учредителей обычно присутствует американо-израильский или германский капитал. Наибольшую активность проявляет американо-израильская финансовая группа "Ферст Бостон банк групп".

Интересно, что у нас в стране работают лишь два упомянутых вида зарубежных капиталов. В России также сосредоточено 80 процентов всей американской наличности. Факт же хождения большого количества наличности за пределами страны дает США мощный рычаг воздействия.

- Получается, что финансовую ситуацию в нашей стране в большой степени определяет зарубежный капитал, который функционирует в отечественных банках под контролем организованной преступности? - Да, оперативный контроль находится в руках криминалитета. А стратегический, разумеется, осуществляется из-за рубежа. Но долларизация нашей экономики приводит к зависимости не от доллара как такового, а от тех, кто его производит и ввозит в Россию. В нашу страну вбрасывают такое количество денег еще и потому, что в России сегодня изумительные возможности для их отмывания. Нигде в мире таких возможностей нет. Пришел в любой наш обменный пункт, принес любое количество наличности и отмыл ее.

Никто прохождение через обменные пункты наличности фактически не контролирует. В день обменный пункт меняет около полумиллиона долларов.

Сколько из них поступило от реальных граждан, а сколько - окольным путем, минуя окошко кассира? Об этом знают только несколько человек, проводивших эту "отмывку". Это так называемая первая степень очистки. Вы можете по договоренности с банком через его обменный пункт обменять сразу чемодан валюты на рубли и обратно. В результате за небольшую разницу получить документ о происхождении денег. Дальше с этой бумагой, оставив в банке наличность, вы едете за рубеж и приходите с чековым поручением в представительство этого банка где-нибудь в Париже или Риме. И получаете наличность со всеми подтверждающими ее происхождение документами. В банке, где вы получаете наличность, никто вас не спросит, откуда деньги, потому что они со счета. А сколько у нас обменных пунктов в одной Москве? Вот и представьте себе масштабы, а это только самая примитивная цепочка. Чем крупнее сумма, тем цепочка длиннее и сложнее. Через территорию нашей страны таким образом прокачивается около ста миллиардов долларов ежемесячно.

Вкачивают наличность и получают "отмытую" безналичку, то есть легализуют капиталы сомнительного происхождения.

- В последнее время многие политики говорят о необходимости вернуть в Россию украденные и вывезенные за рубеж деньги. Это возможно? - Банк не может остановиться, прекратить все расчеты и начать собирать справки со всех клиентов. Это невозможно ни юридически, ни чисто технически. По самым скромным оценкам, количество нелегально вывезенных из России с 1991 года денег - около 600 миллиардов долларов США. Вы себе представляете эту сумму? Допустим, мы добиваемся признания всех этих денег преступными и требуем их возврата. Первое, что нужно сделать в таком случае в соответствии с банковскими правилами, - заморозить все эти деньги. А что такое заморозить 600 миллиардов долларов? Это годовой бюджет многих государств, причем государств отнюдь не карликовых. Первым делом российские деньги начали нелегально вывозить в Австрию, Лихтенштейн и на Кипр. Там эти деньги уже находятся под очень эффективным контролем. Изъять их из банковского оборота указанных стран - значит разорить сотни банков. Тем более что многомиллионных вкладов на счета, как это происходило в 1991 году, наши ушлые граждане уже не делают. Теперь в ходу более тонкие процедуры. Например, передача денег в управление какой-либо фирме по трастовому договору, а трастовые компании имеют широчайшие связи с десятками банков. И в такой ситуации изъять деньги становится практически невозможно. Хотя нам известно, где и чьи криминальные деньги сейчас лежат.

И технологически их можно было бы "вынуть". Но эта процедура растянется лет на пятьдесят. И требует явной заинтересованности государства в ее успешной реализации. Судя же по тому, что ежемесячный нелегальный отток денег из России сегодня составляет минимум 3 - 4 миллиарда долларов, государство пока не намерено перекрывать этот кран.

- Значит, в то время, когда Запад нас подкармливает кредитами, от нас на Запад же утекают громадные суммы денег? В таком случае непонятно, кто кому сегодня помогает. А если вспомнить, что кредиты еще придется возвращать - становится совсем грустно. - Грустно, как вы понимаете, далеко не всем. Криминалитет сегодня имеет международную структуру, и многие преступные операции просто невозможно было бы провернуть на локальном уровне. Тот же транзит наркотиков требует оперативного контроля на транснациональном уровне. Мы сегодня имеем дело с международной криминальной кооперацией, которая значительно эффективнее любой кооперации легитимной. И даже на уровне мирового сообщества противодействовать такой кооперации крайне сложно.

- Насколько мне известно, отечественные криминальные капиталы можно разделить условно на две категории. Это так называемый "воровской общак", куда поступают взносы от обычных воров - своеобразная касса взаимопомощи, имеющая многолетнюю историю. И есть новые криминальные капиталы, которые появились в связи с изменениями в экономической и политической сферах России. Как эти капиталы взаимодействуют между собой? И где сегодня лежит "воровской общак" - в схоронке или в банке? - Часть его находится в виде наличности в руках распорядителей этих общаков, потому что существует потребность оперативного распоряжения этими средствами. Другая часть, естественно, крутится в банках. Освоение новых отраслей сильно повлияло на отношения как внутри самой оргпреступности, так и на ее отношения с легитимной частью общества. Стали ломаться нормы, скреплявшие прежде преступный мир. "Беспредельщики" - это явление сугубо современное. Финансовая сфера и выросшие из рэкета "беспредельщики" существуют параллельно, взаимодействуя друг с другом. Где-то "беспределу" удается установить контроль над банком, где-то это невозможно по определению.

- Когда год назад на пост секретаря Совета безопасности РФ бы назначен генерал Александр Лебедь, он сделал серию громких заявлений в адрес преступности. Суть их сводилась к тому, что необходимо задержать немедленно всех поголовно криминальных авторитетов, изолировать их на 30 суток по известному указу президента и за это время разобраться с финансовыми источниками их деятельности. Это было реальное предложение? - Это было абсолютно глупое предложение. В Америке, конечно, всю финансовую подноготную гражданина можно отследить в любой момент. Если американец купил себе автомобиль стоимостью 70 тысяч долларов, а движения на его счетах при этом не произошло, налоговое ведомство немедленно начинает собственное расследование, не дожидаясь ничьих указаний. При американском уровне финансовой отчетности определить по компьютерной сети движение денег на счетах конкретного человека не составляет никакого труда.

А какие инструменты есть у нас - так называемая декларация о доходах? Опыт показывает, что в этом документе смысла мало, и вот по какой причине. У нас в законе четко не определено, что считать доходами. Закон о статусе госчиновника у нас настолько гибок, что позволяет им получать вообще все что угодно.

Как в этой ситуации, грубо говоря, наводить шмон? Придем к государственному человеку, у которого шестисотый "мерседес" и два особняка, и скажем: "Ты злодей, ты украл деньги!" На что он вполне резонно заметит: "У кого я украл? Докажите". Мы ему: "Ну вот же у тебя "мерседес" какой!" - "А я его купил за 50 тысяч рублей. Вот справочка". В этом не виноваты те, кто принимает законы, потому что законы нельзя принимать с кондачка. Просто социальная ситуация и экономическая ситуация меняются так быстро, что закон не в состоянии за ними поспеть.

Когда уважаемый Анатолий Борисович Чубайс заявляет, что получил гонорар за лекции в полмиллиона долларов, мне становится грустно. Я читаю лекции более 20 лет и хорошо представляю себе в том числе и мировые расценки за этот вид деятельности. И не могу подсчитать, сколько же лет Чубайс эти лекции читал. Либо возникает вопрос, кто ему эти гонорары платил и за что? Я знаю, что в мире широко распространена следующая практика.

Госчиновника приглашают и говорят ему: "Дружище, почитай нам лекцию на 20 минут. Мы тебе заплатим". Он читает, и ему платят 30 тысяч долларов. Но есть ли это гонорар за сам процесс говорения или высказанная им информация принесет аудитории прибыль в 3 миллиона?

- Таким образом, мы подошли к теме коррупции. - Существует закон, который действует в любом обществе на любом этапе его развития. Он гласит, что скорость и масштаб социальных преобразований и уровень коррупции прямо пропорционально связаны между собой. Чем стремительнее преобразование, тем большее количество людей влетает во власть из теневых структур.

- Весьма распространенной ныне является точка зрения, что этап первоначального накопления капитала везде происходил болезненно и осуществлялся преступниками. Зато теперь внуки этих преступников и их жертв живут вместе очень мирно во вполне цивилизованных странах. Но меня всегда смущал тот факт, что накопление в предыдущие века происходило в совершенно иной ситуации. Весь мир был иным, не столь информационно и финансово развитым и переплетенным. Поэтому, на мой взгляд, аналогии с пиратами в нашей нынешней ситуации неуместны. Средневековые пираты и американские гангстеры начала века просто не могли создать столь разветвленные организованные структуры, а противостояли им значительно более сильные структуры государственные. В связи с чем трудно представить не только светлое будущее внуков нынешних нуворишей, но в первую очередь будущее потомков тех людей, кто не смог купить себе виллу на Лазурном берегу Средиземного моря.

- Повторения истории, конечно, не будет. Кроме того, в прошлом наворовавшиеся и разбогатевшие бандиты, приходя к власти, всегда воспитывали своих потомков по моделям тех, кого они сбросили с трона. Та же буржуазия в странах Европы пыталась воспитывать своих детей в духе аристократизма. Многие наши бандюки отправляют своих детишек учиться в Оксфорд и Кембридж. Но у нас теперь вопрос стоит по-другому, и в этом я с вами согласен - куда они будут возвращаться? В 1986 году мне довелось беседовать с одним академиком, который нынче стал великим предпринимателем.

Он в тот момент отправлял своего сынишку учиться корпоративному праву в Гарвард. Очень радовался, что у него по возвращении в Россию будет масса работы. Сынок отучился и остался в США, причем не по собственному желанию.

Папа стучал кулаком по столу и кричал ему: "Чтобы я тебя здесь не видел!" - А может быть, легитимная часть общества с оргпреступностью как-то договорится? - Посмотрим, что сейчас выгодно криминалитету. Очевидно, что только развитие технологий, гарантирующих абсолютную ликвидность продукта, стопроцентную гарантию выхода на внешний рынок. Это сырье, химия, биология, оружие и иные товары того же ряда. Выгодно криминалитету и общее снижение культурного уровня. Потому что чем ниже культурный уровень, тем проще становится человек в своем поведении, с ним проще "работать" и его проще контролировать. В связи с этим посмотрите, чем насыщены "под завязку" наши средства массовой информации сегодня? Брутальностью и стандартизацией.

Причем той стандартизацией, которая делает человека очень легко прикармливаемым. Такая культура вполне устраивает криминалитет. И, конечно, криминалитет всегда заинтересован в дефиците, это его питательная среда.

Основным дефицитом стали деньги. Непонятно уже, за счет каких средств живет большая часть населения. Всякие идеи о том, что человек "просто приспособился", тоже дебильны. Большая часть населения, которая не получает ресурсов из легитимной общественной сферы, вынужденно обращается к паракриминальной или откровенно криминальной. 90 процентов уличной торговли в Москве - чисто паракриминальная среда, без налогов и бухгалтерии.

Челноки, которые обеспечивают почти 60 процентов рынка товаров народного потребления, не менее паракриминальны. Целые районы нашей страны живут исключительно за счет такого рода бизнеса. В Нижнем Поволжье - браконьерство, в Калмыкии тоже, в Дагестане - фальсификация водки и браконьерство. Если они бросят заниматься этим преступным делом, они просто вымрут.

- А с другой стороны, инфляцию вот остановили. "Газпром" денег за границей занял - и государство пенсию выплатило. Может быть, вот так потихоньку и доплывем до процветания почти незаметно? - Еще говорят, что продали "Норильский никель" и выплатили зарплату.

Но "Норильский никель" у нас один, а зарплата нужна каждый месяц. Через полгода продадите остальные комбинаты - и что будете делать дальше? Что это вообще за экономическая система, при которой правительство выдает зарплату за счет продажи основных средств? Это же зарплата, то есть плата за совершенный труд. А не подачка за счет продажи госсобственности. Если экономическая система по определению не способна обеспечить оплату по труду, то кому она такая нужна? В конце 80-х годов я говорил и моим оппонентам, и корреспондентам о том, что главная проблема - в нехватке идей. Коммунистов можно ругать долго и по разным поводам. Но у них была идея развития страны и государства. Хорошая это идея или плохая - второй вопрос. Но это была идея развития, причем идея комплексная. И из нее легитимная часть общества исходила в своих действиях, поступках, планах и т. д. Мы же сегодня имеем дело с автономным развитием всех областей жизни вне какой-либо концепции. Сегодня нам уже хорошо известна симптоматика наших бед. Мы знаем, какие болезни связаны с общемировыми тенденциями, а какие - с российской индивидуальностью. Теперь должна быть поставлена четкая государственная задача: выработать общую концепцию.

- Но такая разработка требует политической воли. У нашего государства сегодня ее нет. Разработка требует значительных ресурсов - где государству их взять, если на пенсии не хватает? Конечно, денег могут дать наши капиталисты в первом поколении. Но мы-то с вами как раз о том все время и говорили, что им развитие страны невыгодно.

- Но с другой стороны, нынешнее развитие ситуации объективно опасно для всех в еще большей степени - как для "хаотов", так и для "стабилизаторов". Именно по той причине, что могут происходить непрогнозируемые никем события. Как изменится вектор и по кому он ударит, предугадать скоро будет невозможно. Главное, чтобы отечественные магнаты и политики поднялись до уровня понимания этого процесса. Но беда в том, что сегодняшнюю олигархию составляет поколение троечников, младших научных сотрудников. Говорить о том, что там могут встретиться люди с выдающимся интеллектуальным потенциалом, было бы большой ошибкой. Когда им говоришь о реальной опасности, грозящей через пять лет, они серьезно ее не воспринимают. До этого момента ведь надо еще каждому из них лично дожить.

Ну, а потом на аэродроме стоит под парами самолет, а в кармане билет с иностранными словами. Мало кто из них понимает, что в наше время отъезд в Новую Зеландию вовсе не означает гарантию сохранения жизни или финансового благополучия. Мир стал маленьким, и с тебя везде спросят. Но ведь все это тоже надо понять. Пока такой человек ощущает себя неуязвимым, он мозги не перегружает. А большие финансовые возможности способны обеспечить такое ощущение: охрану можно нанять, бронемашину купить, семья в Ницце живет...

Все вроде хорошо, а опасность эти люди представляют себе исходящей из чисто межклановых взаимоотношений. Пока идет процесс поедания друг друга, никого и ничего страшнее друг друга для них не существует.

"Литературная газета" 28 августа 1997 года

Комментарии

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?