Независимый бостонский альманах

СТАЛИН СПАСАЕТ ШОСТАКОВИЧА?

11-05-2004


[версия]

В нью-йокском изд-ве “Альфред Кнопф” вышла новая книга Соломона Волкова “Шостакович и Сталин”. Согласно рецензии Бориса Парамонова (Радио Свобода), С. Волков продолжил свою компанию по очищению (?) образа Шостаковича от всякого рода посторонних (?) нанесений. Подход С. Волкова к воссозданию образов как Шостаковича, так и Сталина при этом остался традиционным.

Почти одновременно с книгой С. Волкова в России была издана книга Юрия Жукова “Иной Сталин”, отталкиваясь от некоторых постулатов которой может быть представлена совершенно новая версия взаимоотношений Сталина и Шостаковича и влияния Сталина на судьбу и творчество Шостаковича. Эта версия предлагается ниже.

* * *

В истории Совдепии нет фигуры более загадочной, чем фигура Сталина. Большинство людей воспринимают его в свете грандиозного оболгания Хрущевым, не задумываясь над тем, мог ли один человек, даже обладавший широкими диктаторскими полномочиями, быть ответственным за все приписываемые ему действия.

Хрущевым были уничтожены все документы сталинской эпохи, опровергавшие сочиненную им версию основных событий времен Сталина, связанных с именем диктатора. Но некоторым дотошным историкам время от времени удается устанавливать новые факты и по-новому интерпретировать извращенные Хрущевым действия и поступки Сталина.

В статье “Жупел Сталина” и в книге “Иной Сталин” историком Юрием Жуковым на основе документов из открывшихся архивов показан совершенно другой облик Сталина: волевого человека среди диких зверей, готовых в любую минуту вцепиться ему в глотку. Он успешно отражает все атаки, но изменить гнусную античеловеческую троцкистско-ленинскую систему ему так до конца жизни не удается.

Довольно много писали о его поведении на вершине власти в первые послепереворотные годы. О том, что он много молчал и старался ни во что не влезать. Он был полной противоположностью Я. Свердлову, пожалуй, самой гнусной фигуре среди троцкистско-ленинских палачей, захвативших власть и ставших немедленно издеваться над российским народом. Свердлов, выбрав удобный момент, решил стать диктатором. Но по причине отсутствия мозгов, был почти немедленно разоблачен и уничтожен по приказанию Ленина. Правда, этому гнусному ленинскому чудовищу удалось организовать и осуществить уничтожение царской семьи..

Постепенно Сталин стал осторожно двигаться к власти. После смерти Ленина он понял, что если не уничтожить всех оказавшихся на верхушке дегенератов (а иных в бандитской шайке просто не было), то страна погибнет, поскольку банда её уже и так разорила почти до тла, и главным левакам-идиотам (Троцкий, Зиновьев, Каменев) было не до восстановления страны, а надо было делать, в соответствии с марксистскими догмами, мировую революцию. Правые во главе с организатором убийства Есенина Бухариным были не меньшими идиотами-палачами, способными лишь на уничтожение людей большими массами.

Сталину удалось укрепить свою власть, но окончательно побороть ленинских ублюдков он не смог. Поэтому до конца своих дней он вынужден был вести борьбу с партократией. В годы 1933-1937 ему не удалось осуществить либерализацию страны из-за сопротивления партократов, которых Сталин хотел таким образом лишить власти. А на его попытки установить в стране альтернативные выборы органов власти, ленинская партократия навязала стране БОЛЬШОЙ ТЕРРОР, который Сталину быстро остановить не удалось.

Пути Сталина и Шостаковича могли уже пересечься в самом начале становления композитора.

Из Дневников М. О. Штейнберга (1883-1946), ученика и зятя Н. Римского-Корсакова, композитора и педагога, у которого учился в консерватории Шостакович, в сборнике “Шостакович. Между мгновением и вечностью”, СПБ 2000.

  • 1928. 19 марта. Вечером был Митя Шостакович, показывал 1-е действие своей оперы “Нос” - как и всё, что он пишет в последнее время, бессмысленный, механический набор звуков, не лишенный значительной доли динамики и, порой, остроумия. Неужели это музыка!
  • 1930. 29 января. У нас новость – радио, проведенное Сережей; на днях слушали “Нос” - ужасная чепуха, однако, как всегда, местами замечательно талантливо. На премьере я так и не был, равно не слышал Майской симфонии; мой милый и благодарный ученик Митя об этом не позаботился. Ну да Бог с ним! Все-таки очень обидно как-то.
  • 13 февраля. За эти дни успел посмотреть “Нос”. Очень утомительно, благодаря необычайному однообразию звучности. Лучше других 2-й акт, особенно остроумна песня Ивана под балалайку с канарейкой (флексатон). Третий акт скомпонован нелепо, да и музыку в нем уже перестаешь слушать, до того внимание притуплено.
    На днях Шостакович выступил с речью на собрании в редакции “Правды (Ленинградской, речь напечатана в газете – Я.Р.), где облаял консерваторию, что в ней, мол, разучился сочинять и т. д., а потому надо пригласить в консерваторию марксистов. Как это всё противно и грустно. Человек, которому консерватория дала в с ё, который в с е м ей обязан, теперь плюет в лицо своему руководителю (не называя, впрочем, имени). Стараюсь не волноваться, но все же так обидно!

(Вот некоторые ^перлы^ из статьи Шостаковича: ^Консерватория сейчас делает вредное дело, консерватория сейчас ничего не дает^, или ^В течение полутора лет я не мог написать ни одной ноты. Рутина, которая там существовала, меня разучила писать^. Шостакович призывал ^заострить вопрос на привлечении марксистских сил в консерваторию^ (вероятно, он хотел пригасить в консерваторию представителей ГПУ? – Я. Р.). В заключение прозвучало предложение вставить в резолюцию пункт, ^клеймящий позором композиторов, не явившихся сюда, - из всех композиторов я вижу здесь только самого себя^).

Хорош же молодой композитор! Написал лживый донос на консерваторию и на своего учителя и еще призвал привлечь ^марксистские силы^ в консерваторию. Через год он повторит некоторые подобные выражения в своей “Декларации обязанностей композитора”.

Подобное поведение показывает, какой личностью являлся молодой Шостакович и каким интеллектом он обладал. Он не чувствовал, что в Ленинграде, где марксиста Зиновьева заменил Киров, что-то произошло…

А вот Сталин, наверное, что-то заметил и намотал себе на ус. Вполне возможно, что Сталин ^засек^ новоявленного музыкального деятеля с марксистскими замашками. Но Сталин, прекрасно уже понимавший ненужность и вредность марксизма для страны, тогда уже дал себе зарок унижтожить всю марксистскую заразу. А наш ^герой^-композитор, сам того не ведая, прилепил себе клеймо.

Из Дневников М. О. Штейнберга.

  • 1933. 17 января. Концерт филармонии из сочинений Шостаковича: 1-я симфония, сюита из “Болта”, 4 отрывка из “Леди Макбет Мценского уезда”. Много пошлости и какофонии, но все-таки какой яркий талант! Очень много публики (почти полно) и огромный успех; впрочем, наибольший пропорционально пошлости…

В дневниках Штейнберга также много написано о большом успехе оперы “Леди Макбет Мценского уезда” в Ленинграде и той же оперы с названием “Катерина Измайлова” в Москве. И после чтения записи в дневнике Штейнберга можно не сомневаться, что именно ПОШЛЯТИНА привлекала широкую публику. Мне довелось побывать на спектакле “Катерина Измайлова” в исполнении Рижской оперы и было безумно жаль моих любимых певцов Жермену Гейне-Вагнер и Микелиса Фишера, участвовавших в этой мерзости. До сих пор перед глазами пошлейшая кроватная сцена, в которой они должны были по оперному совокупляться, но вместо этого, лежали как мумии.

В начале 1935-го на сцене Ленинградского Малого оперного театра состаоялась премьера “Пиковой дамы” в постановке Мейерхольда. Главной целью этой постановки, как утверждали все её главные создатели: постановщик, либреттист, дирижер, было приблизить оперу по тексту и содержанию к пушкинской повести. Но сдается, что у Мейерхольда были и иные, куда более низменные цели. В те годы в Мариинском театре с огромным успехом шла “Пикоовая дама с Николаем Печковским, гениальным исполнителем партии Германа, и похоже, что действительной целью Мейерхольда, ненавидевшего Печковского, было доказать, что бОльший успех оперы может быть обеспечен самой новой постановкой со слабыми исполнителями. Т.е. благодаря гению Мейерхольда. Другими словами, главной целью Мейерхольда в этой постановке было надрать Печковского.

Активные сторонники Мейерхальда, среди которых был Шостакович, отстаивая пушкинскую концепцию спектакля, доказывали право режиссера на отступление от замысла композитора,хотя многие (и я в том числе) считали эту постановку надругательством над великой русской оперой.

На обсуждении постановки “Пиковой дамы”, состоявшемся на заседании в Государственной академии искусствознания 30 янвяря 1935-го (в сборнике “В.Э. Мейерхольд. “Пиковая дама”, СПБ 1994), Шостакович позволил себе исключительно глупые высказывания и продемонстрировал незнание авторов либретто “Евг. Онегинa” (автором назвал Модеста Чайковского, вместо самого композитора и К. Шиловского) и автором текста арии Лизы у Зимней канавки (^очень там неудачный текст^) назвал Модеста Чайковского, в то время как текст был написан самим композитором.

Шостакович: ^Насчет купюр – очень приветствую купюры, сделанные Мейерхольдом и Самосудом (дирижером спектакля), в частности эту русскую пляску у Лизы, затем гувернантку очень хорошо сделали, что скупюровали, потому что это очень плохая музыка. К сожалению, не скупюровали и оставили стансы любви, эту знаменитую арию Елецкого, но, по-моему, одно из слабейших мест в опере. Правда, это хорошо написано вокально, прекрасно всегда звучит, но все-таки это очень слабое место по сравнению со всей “Пиковой дамой”, так что не грех было бы это дело выбросить^.

Как лихо сей композитор готов был расправиться с величайшим творением русской музыки. А ведь, когда в следующем году дирижер Клемперер попросил Шостаковича сократить количество флейт в его 4-ой симфонии, то получил категорический отказ. Легко было кромсать чужое, когда некому было вступиться, при этом без понимания, что всё уже им написанное и то, что он ещё напишет, не будет стоить выкромсанных кусков оперы Чайковского.

Шостакович: ^…я оказываюсь в совершенно особенном положении среди ценителей “Пиковой дамы”, ибо у меня произошло несчастье: я год, или два, или три тому назад действительно любил Чайковского страшно, мне казалось, что вообще это композитор непревзойденный. Видимо, столь сильно его возлюбивши, я им объелся, если можно так выразиться, и сейчас у меня далеко нет того преклонения и восторга перед Чайковским, какие были год или два тому назад. Поэтому мне сейчас не обидно, что то или иное с Чайковским делают, потому что у меня сейчас нет уже восторженного отношения к Чайковскому, даже наоборот^.

Вивисектор, готовый с легкостью растерзывать гениальные произведения великих композиторов. Что это за чудище?

Сталин вполне мог заметить и наблюдать этот феномен. С другой стороны, как руководитель государстава, он, в отличие от Шостаковича, понимал какое искусство и какая музыка нужны народу. Сам он имел в области классической музыки, как и классической литературы, только консервативные убеждения и считал, что творить и насаждать лишь следует то, что может быть отнесено к ^разумному, доброму, вечному^, а сплошные выверты, которые демонстрировал Шостакович в “Носе”, “Леди Макбет Мценского уезда” и в мейерхольдовской “Пиковой даме” были для него совершенно неприемлемы. Сталин был страстным любителем опер, чему есть письменные свидетельства (бас Иван Петров- Краузе), а “Пиковой дамы” - в особенности (баритон П. Селиванов). А с басом Максимом Михайловым любил посидеть просто так часок-другой для снятия напряжения.

Вполне возможно, что лишь события, связанные с убийством Кирова, не позволили ему вмешаться и прекратить надругательство над “Пиковой дамой”, чинимое Мейерхольдом. Но зато позже ^воздалось^ некоторым ^создателям^: постановщик Мейерхольд, либреттист Стенич и директор Малого оперного театра были расстреляны. Было ли здесь личное вмешательство Сталина? Сомнительно.

Г. Свиридов (из книги “Музыка как судьба”, M. 2002):

^Все убытки и протори в области искусства списаны на Сталина и Жданова, на Государство. Но дело во много раз сложнее. Государство давало лишь сигнал к атаке: ^Можно травить! Ату их!^ Травлю же и все злодейства по истреблению культуры творила, главным образом, сама творческая среда, критики-философы, хранители марксистских заветов, окололитературные, околомузыкальные, околохудожественные деятели и т. д. Вот эти ^полуобразованные^ держат в своих руках всю художественную, всю интеллектуальную жизнь, всю культуру и, что с а м о е с т р а ш н о е, всю машину ежедневного, ежечасного воздействия на совершенно беззащитные головы граждан, обитателей государстава^.

Большевики дали Мейерхольду сцену, на ней он создавал идеальный образ революции. Эта власть дала ему всё. Он почувствовал себя хозяином положения (А. Филиппов. ИЗВЕСТИЯ. RU). Он не заметил в тридцатые годы, что его театральные выкрутасы перестали интересовать публику и раздражали власти в области культуры.

У Сталина не было надобности реагировать на притеснения, чинимые Мейерхольду, поскольку искусство последнего было ему абсолютно чуждо, а с марксистскими притязаниями Мейерхольд был идейно близок его злейшим врагам: троцкистско-зиновьевской группе. Коль скоро спасать Мейерхольда Сталин не собирался, то ему было достаточно не вмешиваться, поскольку существовавшая творческая среда и ГПУ-НКВД давно были на стрёме.

Иное дело Шостакович. Сталин наверняка понимал, что молодой композитор, заставивший говорить о себе во многих странах мира, может быть ему полезен в его планах, но для этого Шостаковича нужно переориентировать в музыкальном отношении: он не должен в музыке идти по пути Мейерхольда. Если подобное будет продолжаться, то марксисты, которых Шостакович по недомыслию призывал в консерваторские ряды, сожрут композитора. И Сталин ничем ему не сможет помочь, потому что, помимо марксистов, ежовы также начеку и готовы перегрызть горло в любой момент. Сталину самому приходилось всё время быть начеку, чтобы в результате неверного шага не оказаться в ежовых рукавицах. А если Шостакович будет продолжать разводить мейерхольдовщину в музыке, то спасти его будет просто невозможно. И тогда придется распрощаться с планами павликоморозовского использования композитора.

И Сталин делает гениальный ход: посетив спектакль “Леди Макбет Мценского уезда” он выражает свое личное мнение словами: ^Это сумбур, а не музыка!^ Эти слова и последовавшая статья для Шостаковича становятся охранной грамотой, для композитора наступило время жесткого спасительного самоконтроля.

Святослав Рихтер (из книги Бруно Монсенжона “Рихтер”, M.2002):

^Как-то они с Нейгаузом (Шостакович с Нейгаузом Я.Р.) сидели рядом на концерте, где исполнялась не знаю уж какая симфония, скверно дирижируемая Александром Гауком. Склонившись к уху Шостаковича, Нейгауз шепнул: “Дмитрий Дмитриевич, по-моему, это ужасно!” Шостакович живо повернулся к нему со словами: “Вы правы, Генрих Густавович! Великолепно! Дивно!”. Поняв, что его не расслышали, Нейгауз повторил сказанное. Шостакович пролепетал: “Да-да, э-э-это у-жа-аас-но, ужасно!”.

Биограф Шостаковича Кшиштоф Мейер (в книге “Шостакович”, СПБ 1998): ^…его трудный характер претерпевал изменения, в конце концов приведшие его к такому состоянию, в котором уже трудно было говорить о Шостаковиче как о человеке, нормально реагирующем, рационально мыслящем и последовательно действующем^.

Композитор-неврастеник с шизофреническими наклонностями становится удобной фигурой для спекулятивных игр в области культуры со странами Запада.

Шостакович (из интервью корреспонденту газеты “Нью-Йорк таймс”): ^…мы считаем Скрябина нашим злейшим музыкальным врагом. Почему?.. Потому что музыка Скрябина тяготеет к нездоровому эротизму. А также к мистицизму и пассивности, бегству от реальности жизни^.

Ну а музыка и ^служба^ советскому режиму? Композиторы Виктор Суслин и Галина Уствольская (из книги О. Гладковой “Галина Уствольская”, СПБ 1999): Шостакович ^…нашел некий философский камень, позволяющий ему сочинять в огромном количестве очень посредственную музыку и казаться при этом гением не только другим, но и самому себе. Эту возможность предоставила ему диалектика (читай – Сталин – Я.Р.). Она же дала ему и другую, не менее блестящую возможность: подписывать десятки партийно-директивных статей в центральной прессе, подписывать политические доносы (Сахаров в 1973-м), сидеть в президиумах рядом с бандитами и голосовать за любое бандитское предложение с проворством щедринского болванчика, и в то же время слыть символом внутреннего сопротивления режиму не только в советско-либеральных кругах, но и в собственной душе…. Носимая Шостаковичем маска распятого страдальца нисколько не помешала ему делать блестящий бизнес по всем правилам советского общества. Он был несомненно козырной картой партийной идеологии. Циничные и ^всё понимающие^ московские и ленинградские интеллигенты охотно прощали ему подписи под идеологически-директивными статьями (^это не он писал, только подписывал^, ^его заставили^ и т. д.)… Филипп Гершкович (композитор, ученик Антона Веберна, выдающийся специалист в области музыки ХХ века, - Я.Р.) назвал однажды Д.Д.: ^халтурщик в трансе^…

Действительно, музыка Д.Д. содержит в себе оба компонента: халтуру и транс. Транс отрицать невозможно: иначе осталась бы одна халтура и не было бы никакого Шостаковича. Он обладал уникальной способностью впадать в транс посредством халтуры, что и возвышает его над большинством его советских коллег… его генезис прочно связан с таким новшеством ХХ века, как кино. Из кинозала он перенес в свою музыку плакатность… Если музыка не будет кричаще-броска и плакатна, у нее мало шансов быть замеченной И эти плебейско-пролетарские добродетели были Шостаковичем полностью перенесены на симфоническую эстраду. Его симфонии – это ^общедоступное чтиво^ на очень высоком профессиональном уровне. Они в меру занимательны, в меру скучны, в меру глубокомысленны.

Достаточно для того, чтобы бывший пролетарий в галстуке и белом воротничке смог засвидетельствовать свою причастность к ^высокой культуре^ тем, что посетил концертный зал, а не пивную.

Общественно-музыкальная деятельность Шостаковича была высоко оценена Сталиным: ему было вручено 13 сталинских премий, из которых 8 были за музыку к кинофильмам.

Комментарии
  • Александр Лаврухин - 30.04.2018 в 23:40:
    Всего комментариев: 1
    Крупнейшее упущение автора этой статьи: из анализа творчества и жизненного пути Д.Д.Шостаковича исключена гигантская фигура И.И.Соллертинского, непримиримого Показать продолжение
    Рейтинг комментария: Thumb up 0 Thumb down 0

Добавить изображение



Добавить статью
в гостевую книгу

Будем рады, если вы добавите запись в нашу гостевую книгу. Будьте добры, заполните эту форму. Необходимой является информация о вашем имени и комментарии, все остальное – по желанию… Спасибо!

Если у вас проблемы с кириллическими фонтами, вы можете воспользоваться автоматическим декодером AUTOMATIC CYRILLIC CONVERTER.

Для ввода специальных символов вы можете воспользоваться вот этой таблицей. (Латинские буквы с диакритическими знаками вводить нельзя!)

Ваше имя:

URL:

Штат:

E-mail:

Город:

Страна:

Комментарии:

Сколько бдет 5+25=?